Глава пятая

Я просыпаюсь раньше Антона и уже долго лежу, глядя в потолок.

В комнате тихо, только его ровное дыхание нарушает тишину. Ещё вчера это дыхание успокаивало меня. Сейчас - раздражает. Я почти не сомкнула глаз ночью, потому что не могла отделаться от мысли, что рядом со мной спит человек, которому я доверяла больше всех на свете и который так легко это доверие потерял.

Я осторожно выбираюсь из-под одеяла, беру телефон и иду на кухню.

За окном моросит дождь, и серый свет делает квартиру еще холоднее. На столе стоит забытый Антоном пакет с круассанами. Я смотрю на него и отворачиваюсь. От его привычки покупать мне сладости (как будто забота может загладить вину) становится только хуже.

Я решаю поискать работу, пока он спит. Мне не хочется, чтобы Антон знал об этом. Не сейчас.

Сначала я просто открываю заметки в телефоне и выписываю несколько идей: что я умею, что могу делать, где можно начать без опыта. Список получается жалкий, короткий и неубедительный. Я смотрю на него и всё сильнее чувствую, как внутри растет паника.

Мне всего девятнадцать, у меня нет еще образования, нет работы, нет денег, нет своего жилья, и есть муж, который изменил мне и теперь я не знаю, как мне жить дальше. Конечно, я планировала пойти учиться, но пока шла у него на поводу, потому что ему нравилось, что у него дома сидит молоденькая женушка, хранительница очага. Вот я и правда дура.

Я открываю сайт с вакансиями и начинаю листать. Администратор, помощник, контент-менеджер, ассистент, продавец-консультант. Почти везде требуется опыт, стрессоустойчивость и готовность работать в высоком темпе. То есть всё то, чего у меня в этот момент нет.

Я подписываюсь на обновления и уже собираюсь закрыть страницу, когда в дверях кухни раздаются шаги.

Антон стоит на пороге в домашней футболке, с растрепанными после сна волосами и помятым лицом. Он красивый мужчина. Я влюбилась в него еще в детстве, тогда он казался мне идеальным, идеальным старшим братом моей подруги.

- Ты чего так рано? - спрашивает он, щурясь на экран телефона.

Я быстро переворачиваю его экраном вниз.

- Не спится, - холодно бросаю я.

Он смотрит на меня чуть дольше, чем нужно:

- Кофе?

Я отрицательно качаю головой.

Антон подходит к столу, берет кружку и подставляет ее под кофемашину. Всё в нём сегодня все какое-то резкое и нервное — движения, голос, даже то, как он варит кофе. Это не тот человек, который был со мной когда-то. И от этого воспоминание ударяет особенно больно.

Я вдруг вижу его прежнего - не нынешнего, злого и сдержанного, а того, другого.

Тот Антон мог встать раньше меня и принести кофе в постель, даже если сам не любил вставать по утрам. Мог смеяться, когда я возмущалась, что он опять купил мне слишком дорогой десерт просто потому, что «ты же любишь именно этот». Мог поцеловать меня в макушку, проходя мимо. Когда-то он смотрел на меня так, будто я и правда была для него самым главным человеком в мире.

И именно поэтому сейчас было так невыносимо смотреть на него и понимать, что от того Антона осталась только оболочка.

- Ты чего зависла? - спрашивает он.

Я моргаю и отвожу взгляд.

- Ничего.

Он ставит свою кружку на стол и садится напротив.

- Ты сегодня какая-то дерганая.

Я коротко усмехаюсь.

- Серьёзно? А ты ожидал, что после вчерашнего я буду расслабленной кошечкой?

Он сжимает челюсть, но молчит.

Я снова утыкаюсь в телефон, делая вид, что читаю объявления. На самом деле я просто не хочу, чтобы он догадался, чем я занята. Не потому, что боюсь, что он может мне запретить выходить на работу. А потому, что не хочу его реакции. Не сейчас.

Антон некоторое время молчит, потом говорит:

- Сегодня никуда не уходи.

Я поднимаю на него глаза.

- Почему?

- Потому что нам нужно поговорить.

- Мы уже поговорили.

- Нет, - отрезает он. - Это был не разговор.

Его тон мне не нравится. В нем снова появляется то самое старое - желание поставить точку там, где ему удобно, не думая о моих чувствах.

Я сжимаю телефон в руке. Хочется сказать что-нибудь резкое, но я сдерживаюсь и отворачиваюсь, глядя в окно.

Он наклоняется вперед, опираясь локтями о стол и смотрит на меня тяжело и пристально.

- Аня, - произносит он тише, - я не собираюсь сейчас лезть к тебе в голову. Но и делать вид, что всё нормально, не буду.

- Никто и не просит.

- Тогда не веди себя так, будто тебя здесь уже нет.

От этих слов что-то неприятно шевелится внутри. Потому что он попал слишком точно.

Я встаю из-за стола, беру телефон и иду в ванную, не отвечая. Мне не хочется сейчас ни смотреть на него, ни объяснять, что я уже мысленно начала искать, куда уйду, если все совсем развалится. Пусть еще немного живет в иллюзии, что все может остаться как раньше.

Когда я выхожу обратно в коридор, Антон уже одетый, как всегда безупречно, стоит у входной двери, застегивая часы на запястье.

- Я по делам, - говорит он. - Вернусь вечером.

- Хорошо.

Он смотрит на меня так, будто хочет что-то добавить, но не добавляет. Только задерживает взгляд на мне чуть дольше обычного.

- Ты не сбежишь?

Я встречаю его взгляд и спокойно отвечаю:

- Нет.

Это не ложь. Просто не вся правда.

- Хорошо. Потому что есть кое-что, чего ты еще не знаешь. И в твоих же интересах быть дома, когда я приду.