Глава сорок девять

Кристина выводит меня из кафе. Мы переходим дорогу и направляемся к парку.

Утренний дождь уже закончился. Воздух свежий, влажный, пахнет сырой землей и опавшими листьями. На ветках еще дрожат тяжелые капли, а мокрая брусчатка блестит в редких лучах солнца.

Кристина останавливается у маленького киоска и покупает нам по стаканчику безалкогольного глинтвейна.

Мы молча бредем по дорожке, каждая погруженная в свои мысли.

Пряный вкус горячего напитка возвращает меня в реальность только через несколько минут.

- Он добился своего, - говорю я наконец. - Я из-за него лишилась всего. Сначала дома, потом работы.

Кристина останавливается и ошарашенно смотрит на меня.

- Тебя уволили?

- Да.

- Ты лишилась работы не потому, что сделала что-то плохое. Твой босс испугался, а Антон устроил травлю. Это разные вещи.

- Но Матвея можно понять, Крис. Люди узнают меня, и это сильно ударило по репутации кафе.

- Возможно. Но, наверное, можно было придумать что-то без таких кардинальных мер.

Я пожимаю плечами.

- Посмотрим. Сейчас нужно разобраться с кредитом, разводом и закончить учебу.

Я делаю глоток глинтвейна и на секунду задумываюсь.

- Еще у нас увеличилось количество отмен бронирований в мои смены. Видимо, я действительно что-то делала не так.

- Очень сомневаюсь, - задумчиво говорит подруга.

Я смотрю на нее и вдруг не выдерживаю.

- Слушай, я до сих пор в шоке от того, как ты наехала на Матвея.. Кажется, он был в ужасе от нас обеих.

Кристина фыркает.

- Я не наехала. Я просто обозначила свою позицию.

- Ты тыкала ему пальцем в грудь.

- Это был эмоциональный жест.

Я смеюсь. Мы вспоминаем лицо Софии и то, как Кристина перепутала ее с Оксаной. Постепенно напряжение внутри немного отпускает.

Мой телефон вибрирует. Илья спрашивает, где я. Быстро набираю ответ: “Матвей меня уволил. Я гуляю в парке с Кристиной”. Ответ приходит почти сразу: “Скоро буду”.

Через двадцать минут начинает моросить дождь. Мы выходим из парка, и почти сразу на парковке останавливается машина Ильи.

Он выходит, идет к нам навстречу, здоровается с Кристиной и раскрывает над нами зонт. Потом обнимает меня.

- Аня, что случилось? Я не стал звонить Матвею. Решил, что ты сама все расскажешь.

Кристина смотрит на часы.

- Давайте поедем домой. Я ужасно хочу снять мокрые кроссовки.

Мы садимся в машину. За окнами уже загораются первые огни вечернего города. Дворники мерно скользят по стеклу, размазывая капли дождя.

По дороге я коротко рассказываю Илье, что произошло. А когда мы подъезжаем к дому, показываю ему новость из паблика.

Кристина прощается и уходит, сказав, что будет ждать меня дома.

Илья читает пост, пролистывает комментарии. Его лицо становится серьезнее.

- Он из-за этого попросил написать заявление? - спрашивает он наконец.

Я киваю.

- Не подписывай пока ничего.

Дождь стекает по лобовому стеклу, печка тихо гудит. Я смотрю, как прохожие, спрятавшись под зонтами, торопливо идут мимо машины.

- Илья, не надо вмешиваться и в это, пожалуйста, - тихо говорю я. - Я так устала быть во всем виноватой. Я и так втянула тебя во всю эту историю с разводом и кредитом.

- Ань, но это все случилось не по твоей вине.

- Но это все происходит вокруг меня.

Илья убирает прядь волос с моего лица и проводит пальцем по щеке.

- Аня, посмотри на меня.

Я поднимаю глаза. Его взгляд теплый и уже такой родной.

- Я там, где хочу быть.

Он целует меня нежно, и я отвечаю, на несколько секунд забывая обо всем. Мои пальцы запутываются в его коротких волосах, и мне хочется быть ближе, чувствовать его крепкие, надежные объятия.

Но поцелуй прерывает звонок телефона. Илья отстраняется, смотрит на экран и хмурится.

- Извини, надо ответить, - говорит он и берет трубку.

Он слушает собеседника, и его взгляд постепенно мрачнеет. Брови сходятся к переносице. Илья перекидывается с кем-то несколькими короткими фразами, а потом заканчивает разговор. Но телефон от уха убирает не сразу. Несколько секунд он смотрит перед собой, будто пытается удержать в голове слишком много мыслей одновременно.

- Что случилось? - спрашиваю я.

Он переводит взгляд на меня. В нем больше нет привычной мягкости - только холодная, собранная тревога.

- По моей компании назначили проверку. Крупную сделку поставили на паузу.

Я чувствую, как внутри все снова сжимается.

- Это из-за Антона?

- Я не знаю.

Он берет меня за руку, но его пальцы впервые кажутся напряженными и холодными.

За стеклом машины медленно гаснут огни в окнах - и почти сразу загораются новые.

И я понимаю: Антон начал выполнять свое обещание.