Глава 25. Влад

— Знаешь, что-то я сомневаюсь, что мы его найдем… — протянул один из моих преследователей.

— Согласен, мне как-то не улыбается сейчас прочесывать лес, и чем больше мы будем крутиться возле его машины, тем больше шансов засветиться, — отвечает второй.

— Тогда, поехали?

— Поехали, только проверю, нет ли у него в машине видеорегистратора, — тот который с лопатой пошел опять к моему автомобилю, подсвечивая себе дорогу фонариком. — Чисто. — резюмировал он после осмотра машины. — Можно ехать.

Я смог полноценно выдохнуть только после того, как свет фар удаляющегося автомобиля перестал отбрасывать блики на асфальт.

Выбрался из своего укрытия и, больше не оглядываясь, на ощупь начал пробираться через лес.

Сначала мне хватало света, который отбрасывала луна, но когда лес стал гуще и крона деревьев практически закрыла этот источник освещения, я всё-таки попробовал включить фонарик на телефоне.

Я так и не понял, что я там нащелкал, но минут через пять на мобильном загорелся фонарик. После этого мне стало намного проще идти между густо растущими деревьями и кустарниками.

Не знаю, сколько времени прошло, но когда телефон ожил входящим звонком, я не успел его принять, мобильный издал сигнал низкого уровня заряда батареи и вырубился.

Черт! Сколько мне еще здесь плутать? Надеюсь, что я хотя бы двигаюсь в правильном направлении.

“Да, Влад, влип ты, конечно. Скучно тебе жилось, решил добавить в жизнь разнообразия.” — сам себе усмехнулся, прокручивая в голове всё, что случилось за последний месяц.

И я понял, что ни капли не жалею, что помог Яне. Решил сам себе признаться, что неравнодушен к этой девушке, зацепила она меня ещё тогда, когда я впервые подвозил её, испуганную, со следами побоев на лице.

Погрузившись в свои мысли, я даже не заметил, что деревья начали редеть, и буквально через несколько шагов я уже стоял на проселочной дороге.

Адекватного освещения так и не было, но, несмотря на это, я всё равно узнал эту дорогу. Именно на нее я съезжаю с трассы, когда еду в деревню.

Осталось пройти совсем чуть-чуть, и я на месте.

Если честно, дошёл я уже чисто на голом энтузиазме.

Стоило мне открыть дверь, которая почему-то оказалась незапертой, как на меня налетел белокурый вихрь. Не ожидая такого напора, я даже по инерции сделал шаг назад.

— Наконец-то… — прошептала Яна дрожащим голосом, обнимая меня за талию и со всей силой вжимаясь в моё тело.

Почувствовал, как её тело сотрясает мелкая дрожь, и я ещё сильнее прижал Яну к себе, одной рукой обвивая тонкую талию, а другой зарываясь в волосы.

— Всё хорошо, уже всё хорошо, — прошептал я, целуя её волосы.

— Что произошло? — она вскинула голову и посмотрела на меня своими потрясающими ярко-голубыми глазами, которые блестели от подступающих слез.

А меня стало затягивать в этот глубокий омут, и вот я уже перевожу взгляд на припухшие губы, которые она, скорее всего, без конца кусала, когда переживала за меня.

Волна эмоций захлестнула меня, лишив рассудка и контроля над своими действиями. Без раздумий, управляемый безумным желанием, я наклонился и, придерживая Янину голову за затылок, прикоснулся к её губам, которые оказались такими же нежными, мягкими, тёплыми и сладкими, какими я их себе представлял.

Яна не стала сопротивляться, не отпрянула, не влепила мне пощёчину, она поддалась ко мне ближе и, обняв меня руками за шею, с тихим вздохом углубила поцелуй.

Провела кончиком языка по моим губам, отчего по телу прошелся табун мурашек. А когда её маленький юркий язычок скользнул ко мне в рот, по моим венам заструился жар, и моя сдержанность разбилась вдребезги.

Я целовал Яну со всей страстью, поглощая её стоны. Мои руки блуждали по ее податливому телу, ладонями очерчивая хрупкую фигуру с соблазнительными формами.

Подхватил Яну на руки и направился с ней в спальню.

Полумрак спальни, холодные простыни, обнаженное тело самой желанной девушки на свете.

Нам не нужно было слов, они были лишними в нашем уединении. За всё говорило наше желание, искры возбуждения и страсти, пробегающие между нашими телами, лишенными одежды и условностей.

Я был с ней нежен и осторожен. Мне казалось, что с Яной по-другому нельзя, она как хрупкая хрустальная ваза, требующая бережного и трепетного отношения.

Мне доставляло особое удовольствие покрывать поцелуями каждый миллиметр её обнажённой кожи, ловить губами её вздохи и стоны.

Тело Яны выгибается, когда я обвожу языком сосок, втягиваю его в рот и с наслаждением посасываю.

Я уже еле сдерживался, но не хотел торопиться. Мои мучения прекратила сама Яна. Посмотрела на меня пылающим от возбуждения взглядом и, облизнув губы, хрипло прошептала.

— Влад… пожалуйста… я больше не могу…

Дальше меня уговаривать не пришлось.

Одним плавным толчком я вошёл в её податливое тело. Она была настолько узкая, что я замер и сделал несколько вдохов и выдохов, останавливая подкатывающий оргазм. Когда напряжение немного схлынуло, начал двигаться медленно, постепенно наращивая темп, отчего Яна уже не сдерживаясь стонала в голос.

Яна очень быстро достигла пика, замерла, содрогнулась всем телом, и ее крик прокатился по комнате. Я почувствовал, как она сжимает меня все сильнее, сокращаясь с нарастающей силой.

Поясницу прострелило разрядом тока, и я последовал за Яной. Перед глазами замелькал фейерверк, а по телу прокатилась волна судорог, сковала мышцы. Но потом пришла расслабленность, укравшая остатки сил после сегодняшнего тяжелого дня. Тяжелого не только физически, но и эмоционально.

Посмотрел на Яну, которая молча свернулась у меня под боком, положила голову на плечо и, закрыв глаза, задремала.

Я смотрел, как мерно вздымается её грудь, прислушивался к тихому сопению и всё четче понимал, что Яну я никому не отдам и буду бороться за неё до последнего, чего бы мне это ни стоило.

“Спи мой белокурый ангел и ни о чем больше не переживай”

Я оставил еще один нежный поцелуй на её губах, обнял за талию и, устроившись поудобнее, тоже начал проваливаться в сон. И последней мыслью, что промчалась в моей голове, была: “Мы не предохранялись…”.