Глава 54
Платон
Сын появляется в коридоре в одних трусах. Смотрит на отца с немым вопросом: «А ты что тут делаешь». На лице не то, что радости нет, он даже не удосуживается изобразить хоть минимальное уважение к отцу.
- Видишь! Разберись с ним, он меня пугает, - надувает губы девица.
- Пугаю? – не выдерживает Платон. – Вы осторожней, дамочка, вы все же с отцом своего молодого человека разговариваете, - басит, голосом, которым отдавал распоряжение в офисе.
Расправляет плечи и бесцеремонно отодвинув девушку входит в прихожую.
Арсений… он краснеет, слабо, но Платон это отчетливо видит.
Он краснеет, от того, что Платон его отец? Эта мысль только подливает масла в огонь.
Он же знает, какая у отца ситуация, и вместо поддержки вот такая встреча? Словно он реально бомж, просящий милостыню у порога!
- Ты не вовремя, - выдавливает Арсений.
- Так че, он реально твой папаша? – девица округляет глаза.
- Даш, давай вот не сейчас. Оставь нас, - Арсений говорит со стальными нотками.
- Арсюш, но у нас же романтик… - канючит.
- Я вроде бы сказал, уйти в комнату, - голос становится на тон резче.
- Ладно. Ты только не долго.
Девица еще раз бросает презрительный взгляд на Платона.
Как же бабы ведутся на внешний лоск, еще всего пару дней назад, вот такого вот типа дамочки шеи сворачивали и облизывались, желая заполучить такого самца, как Платон, себе.
Ничего, все еще у него впереди. Он не позволит себе упасть в грязь лицом. Больше нет.
- А как же Илона? – почему-то начинает разговор с сыном с этого.
Он был уверен, что сын одержим ею и даже не смотрит на других девок.
- Что Илона? – Арсений выгибает бровь. – Я к тебе лез в постель? Указывал с кем спать? Нет. Вот и ты не лезь.
- Ты вообще берега попутал так со мной говорить? – Платон закипает. – Морщишь нос завидев родного отца. Стыдишься меня! Арсений, ты… - от всего стресса даже не находит слов, чтобы охарактеризовать свое разочарование.
- Ты себя видел? А вообще. Какого ты пришел ко мне без звонка и на ночь глядя? – скрещивает руки на груди.
- Потому что ты мой сын. Мне надо переночевать, - Платон теряется.
И от этого ему становится противно от самого себя. Эти все события подкосили его, он даже не может в нужном тоне вести диалог.
- И поэтому ты притащил гору мусорных пакетов? Ты вообще в курсе, что у меня однушка? Как видишь, у меня планы на вечер.
- Это мои вещи!
- А почему ко мне? Ты же к Софе переехал.
- Софа, - Платона начинает трясти мелкой дрожью. – Она… Она… Ноги… подмышки… Арсений, ты бы знал, чем она занималась. Я больше ее видеть и знать не хочу! – снова рвотные позывы.
У него уже рефлекс выработался. Едва вспоминает, так сразу белый друг зовет.
- А ты это откуда знаешь? – раздраженно восклицает.
- Стоп! – вглядывается в лицо сына. – Так ты знал! Все знал!
- Слушай, отец, ты что тут пришел мне разборки устраивать? Знал не знал, я не так много просил. Просто не лезть в мои дела. Но нет, вы с матерью, решили разрушить все мои планы.
- Ты знал, и не предупредил меня кто она такая? Ты же от Илоны был в курсе наших отношений.
- А должен был? – хмыкает.
- Да! Мы же родные люди.
- Мне вообще не с руки было, чтобы ты знал.
- Ты… ты шантажировал этим Софу! Ты ее в долги загнал! – догадывается Платон. – ты и Лукас. Ты или с ним заодно, или по одиночке.
- Не лезть в то, что не потянешь.
- Я не потяну, мелкий гаденыш! Ты что себя великим комбинатором возомнил? Что ты мутишь? Во что ты вляпался? – Платон ревет на всю квартиру.
- Держи себя в руках. Не позорь меня еще больше перед дамой. Посмотри до чего ты докатился, вся твоя жизнь уместилась в несколько мусорных пакетов. Отец, возьми себя в руки. Я тебе дам денег, сними себе номер в отеле. У меня для твоего барахла места нет.
- Пошел ты, - Платон злобно на него смотрит, - Сын называется, - громко хлопает дверью.
Как раз из лифта курьер выходит.
Платон стоит сбоку и смотрит, как сын вежливо и любезно общается с посторонним разносчиком. А как с отцом?
Дико больно и обидно становится.
Он выносит пакеты на первый этаж. Достает телефон и набирает номер Илоны. Пусть знает, с кем ее Арсений развлекается.