Глава 61

- Типа хочешь, чтобы я признал свою слабость? Попросил помощи? – зло бросает.

- Признать ошибку нужна сила. А продолжать настаивать на своем, понимая, что ты облажался – это дурость, - замечаю спокойно.

Он фыркает. Вскакивает с места, снова падает назад. Пыхтит.

- А ты будешь упиваться тем, что я признаю. Скажешь, вот сынок прибежал под мамкину юбку.

- Я бы предпочла, чтобы ты изначально думал головой и этого разговора не было в принципе. Но имеем, что имеем, - развожу руками.

- Мам, когда ты стала такой стервозиной, не замечал, - смотрит на меня насупившись.

- Внимательней надо быть, Арсений. А то влезть во взрослые игры ты смог, а просчитать риски и последствия не удосужился.

- Всего не просчитаешь, - упрямо поджимает губы.

- Я бы ответила, но ты решил, что в моих советах не нуждаешься.

- А ты теперь ждешь, когда все признаю, и сам попрошу.

- Я реально смотрю на вещи. И понимаю, что ничего по желанию не происходит. И твои изменения – это большая работа. В первую очередь твоя. И если ты думаешь, что я за тебя решу все проблемы. Ошибаешься. Не решу.

- А что, позволишь Стернову с меня живьем шкуру снять? – тон голоса провокационный.

- Я бы с тебя спустила, если бы ты так поступил с моей дочерью, используя ее, чтобы подобраться ко мне, - отвечаю жестко.

Сын бледнеет.

- С Дашкой некрасиво вышло. Я не знал, что они с Илоной столкнутся. Она классная девка, лучше, чем я думал. Но изначально, да, планировал ее использовать. А потом… - замолкает, смотрит задумчиво в окно. – Она точно не виновата. Ни в чем. Это я признаю и понимаю.

- И какой вывод?

Не собираюсь ему подсказывать. Знаю характер сына, ему надо дойти самому до этих выводов. Если я буду говорить, это в одно ухо залетит, из другого вылетит.

- Что я пошел по стопам своего отца… - говорит с мукой в голосе. – Типа он изменил, и я… Капееец, - обхватывает голову рукой. – Я меньше всего хотел быть на него похожим… А я… я… подлил, подставлял, зная, что он творит, молчал… Но я же это делал, потому что так надо было, - хрипит.

- Надо для чего? – интересуюсь спокойно.

- Для того, чтобы он понял! Чтобы осознал, что со мной так нельзя! – выкрикивает сын.

Он полностью растерял выдержку. Уверенность в том, что можно многое творить, оправдывая своими целями пошатнулась.

- Как?

- В общем, он…

И тут Арсений выкладывает мне то, что мой муженек учудил, когда сын пришел к нему с просьбой. Про слова Платона.

Желание придавить муженька вспыхивает с новой силой. Вот почему Арсению было ко мне не подойти? Он предпочел отдалиться, и меньше попадаться мне на глаза. Даже от брата дистанцировался. Потому что не хотел и ему признаваться, как его унизили.

- И что? Теперь жалеть будешь? Какой я жалкий никчемыш? – поднимает на меня красные глаза, завершив свою исповедь.

Его трясет. Признание далось очень сложно. Он переступил через себя, каждое слово словно клещами из себя вытаскивал.

- А что изменит моя жалость и сожаление? Надо действовать, Арсений. К примеру, если ты пребываешь в уверенности, что твой шеф не знает, что ты увел у него из-под носа выгодную поставку автомобилей, то ты ошибаешься.

- Ты и это знаешь? – округляет глаза. – Как? Мам, как ты это делаешь?

- Я просто пытаюсь выжить.

- И мой шеф готовит для меня расправу?

- Готовит.

- И что мне делать? – а вот сейчас в его взгляде проскальзывает растерянный ребенок. – Я же… я один не вывезу.

- Не вывезешь. Но и не ожидай, что я стану твоей волшебной палочкой. Арсений, ты все это заварил, и без последствий не уйти.

- Я честно, вообще без понятия как это разрулить. А должен знать, нервно барабанит пальцами по столу. – Блин, мам, а ты права. Паршиво признавать, но я реально вписался туда, откуда теперь не могу сам выйти. И еще Даша… Илона… какого я ей доказываю? Она же… она убийца, продажная дрянь. На ней пробу ставить негде… Сдался я ей со своей крутостью… - шепчет, заикается, и смотрит на меня… я бы сказала, впервые хоть немного осознанно.

И это уже внушает осторожный оптимизм. Хоть, естественно, мгновенных изменений не бывает.

- Рада, что ты это понял.

- Я рискую присоединиться к отцу в его скитаниях в поисках ночлега, если вообще после всех разборок буду в состоянии передвигаться. И даже некого винить… только себя, - выдыхает с хрипом.