Глава 41

— Нет, ты сейчас серьезно? Это и есть твоя фантазия? — развязав халат и выставив ногу вперед, спрашиваю я.

— Бляяядь, — выдыхает он, смотрит на меня, насупившись и идет напролом.

— Эй, стой. Выставляю руку вперед и ладонь тут же упирается в его широкую грудь.

На мне белый раздельный купальник, который я брала с собой на Мальдивы. После обеда Саша предложил поплавать в бассейне и я без задней мысли надела тот купальник, который мне больше всего понравился в путешествии. Откуда я могла знать, что он впервые увидел меня именно в нем?

— Дай, потрогать, — тянет ко мне руки, а я уворачиваюсь.

— Что?

— Всё.

— Тебе что пятнадцать, Саша?

— Сорок три.

— Ты нормальный вообще или совсем с ума сошел? — запахивая халат, ворчу.

— Да пошутил я, — смеется он и тянет меня за рукав. — Ты такая сексуальная, когда злишься.

Если бы я не знала, какой он в работе, и какой калькулятор у него в голове, подумала бы сейчас, что у него с этой головой точно ненормально. Настоящий хулиган и мой лучший любовник. Без шуток. Стоило развестись, чтобы это понять.

— Давай, Крис, не ломайся, — глядя мне в глаза, развязывает ленту и скидывает легкий халатик к ногам.

— Молотов, никакого секса в бассейне, — шепчу ему в губы. — Это не гигиенично.

— Да блин, — разочарованно тянет он. — Можно хотя бы на шезлонге?

Через его плечо смотрю на этот самый белый шезлонг, корчу рожицу и мотаю головой.

— А он-то чем тебе не угодил?

— Слишком твердый. Неудобно. У меня потом будет болеть спина и поясница.

— Ну давай ты будешь сверху?

— Молотов, угомонись уже пожалуйста, — откинув волосы назад, разворачиваюсь и соблазнительно виляя бедрами, подхожу к лестнице. Когда носочком касаюсь теплой воды, зажмуриваюсь от удовольствия. Через полминуты я уже по шею в воде, через две рассекаю вовсю и чувствую на себе тяжелый взгляд Александра. Ныряю под воду, проплываю довольно прилично, а когда выныриваю и касаюсь ступнями дна, понимаю, что моего мужчины нигде нет.

— Саш! Саша, ты где?

Убираю волосы от лица, приглаживая их. Смотрю по сторонами и неожиданно чувствую, как на мою талию ложатся руки.

— Сашка! — оборачиваюсь в тот момент, когда он выныривает. Вода стекает по лицу, шее и плечам. Я уже видела эту картину в душевой на вилле. Воспоминания прострелили насквозь и в горле тут же пересохло.

— Потеряла меня? — от игривости не осталось и следа, он снова серьезен и собран, а еще движется прямо на свою жертву, пока она (то есть я) не упирается холодную плитку и край бортика. Он ставит свои руки по обе стороны от меня, тяжело дышит и приближает лицо.

— Я предупреждала, никакого се…

Но он не дает договорить и целует меня, как в тот первый раз, когда я проиграла ему. И вновь Молотов сводит с ума, касается мокрого лифа, мнёт грудь, которая от возбуждения и прохладной воды становится тяжелой. От эмоций зуб на зуб не попадает и я начинаю дрожать в его объятиях.

— Замерзла? — заботливо шепчет на ухо.

— Нет, — отвечаю и смотрю в его глаза, после чего он подхватывает меня, усаживает на бортик, а потом сам подтягивается. В следующую минуту он несет меня на руках в разогретую финскую сауну и раздевает там догола. Сам же снимает с себя плавки…и я уже не сопротивляюсь. Такого опыта у меня еще не было. Хорошо хоть у мтены7

***

В большом камине приятно потрескивал огонь, желто-синие языки пламени плясали и согревали в тихий, зимний вечер, когда за окном уже стемнело. Я лежу на его груди в бежевом свитере-тунике и теплых вязаных носках в тон. А Сашка у меня горячий мужчина - всего лишь в футболке. Рассказывает, как мать их закаляла в детстве: ходили босиком, обливались холодной водой и прочее, прочее, прочее.

— Поэтому ты вырос таким большим и крепким, как богатырь, — подняв голову, завороженно скольжу взглядом по лицу, которое стало родным.

— Я если что еще в армии служил, как и Андрей.

— Оу. И младший брат тоже?

— Нет, у него зрение плохое было. Потом коррекцию сделал. Вообще он у нас всегда был самым умным, старший - самым серьезным, а я - самым настоящим раздолбаем. Но хорошо считал.

— Ты просто очаровательный хулиган, — целую в уголок губ. Сашке нравится, он в этот момент на кота, объевшегося сметаны.

— Ну а ты, Кристина Васильевна, какой была девочкой?

— А как ты думаешь? — заигрываю.

— Наверное, отличницей? Хорошей девочкой из интеллигентной семьи?

— Точно. Я окончила школу с красным дипломом, училась в художке, поступила на филфак, но потом увлеклась рекламой. А еще когда-то бегло говорила по-французски. Могла читать Толстого без сносок. Но больше всего я люблю поэзию серебряного века.

— И в итоге связалась с матершинником, — хмыкнул Александр.

— Ну знаешь, даже Пушкин писал матерные стихи. О! — воодушевилась я. — Хочешь прочту тебе Ахматову?

— Давай.

Не знаю, что во мне в этот момент переключилось, но так захотелось приласкать его, целовать его, обнимать. Я медленно провожу ладонью по его лбу, зарываюсь пальцами в волосы и глядя в глаза, начинаю:

Широк и желт вечерний свет,

Нежна апрельская прохлада.

Ты опоздал на много лет,

Но все-таки тебе я рада.

Сюда ко мне поближе сядь,

Гляди веселыми глазами:

Вот эта синяя тетрадь

С моими детскими стихами.

Прости, что я жила скорбя

И солнцу радовалась мало.

Прости, прости, что за тебя

Я слишком многих принимала.

Он долго не отвечает, только пристально смотрит. Взгляд постепенно меняется и мне бы так хотелось прочитать его мысли. В этих карих глазах столько глубины, нежности и чего-то невысказанного.

— Саш…

— Хорошие девочки всегда связываются с плохими мальчиками.

— А ты плохой мальчик? — облизываю губы, а потом прикусываю их. Стратегическая ошибка.

— Плохой, — соглашается, сильно сжимает в кулаке волосы и жар внезапно проносится по всему телу. Это отнюдь не из-за камина. Просто я снова в его власти, которой он так умело пользуется. — Мать со мной натерпелась в свое время: бокс, драки, двойки. Потом армия, не женился по залету, вообще не женился, трахал всё, что движется. И это правда.

— И зачем ты мне сейчас это говоришь? — что-то странное происходит с сердцем. Его точит червячок ревности, причем делает так больно, что мне физически неприятно.

— Чтобы ты знала, кто я есть. Ты же уже поняла, что я что вижу, то говорю. У меня была бурная молодость, но потом я, наконец, взялся за ум, много работал, мы с Андреем всегда двигались вместе, все победы - наши общие. И только теперь я понял, чего мне все это время не хватало. Вернее, кого.

Молча смотрю на него, а он ждет, что я задам тот самый вопрос.

— Кого? — спрашиваю и замираю.

— Тебя. Кажется, я в тебя влюбился, Кристина Васильевна.