Глава 49

Глава 49

Кристина

— Здравствуйте! Можно ключ от “404”?

Девушка-администратор мило улыбается и протягивает мне белые прямоугольник с логотипом отеля. Сегодня я не краснею и не стесняюсь, а чувствую себя уверенно и прекрасно. Забрав ключ, иду к лифту и нажимаю на круглую кнопку. Сжимаю кожаный ремешок сумки, отбиваю ритм носочком ботильона, пытаюсь унять пульс, предвкушая нашу новую игру. В кабине внимательно разглядываю себя в зеркальной стене. Хороший макияж успела сделать на работе, а вот про губы забыла, потому что снова опаздывала. Вытащив из сумочки помаду рубинового оттенка, открываю крышечку и, глядя в свое отражение, наношу ее сначала на верхнюю, затем на нижнюю губу. Образ заиграл по-новому, и я очень довольна результатом. От мысли, что оставлю сейчас красные следы на теле своего мужчины, внутри начинает всё приятно щекотать.

Выйдя на нужном этаже, поворачиваю направо и иду к номеру. На мне сейчас не самая сексуальная одежда для подобных встреч - серый брючный костюм и черная шелковая блузка. Но зато уверенности придает черное кружевное белье, которое я так удачно одела. Более того, после нашей встречи в кафе, я заехала в магазин и купила чулки, которые натянула уже в своем кабинете. Так что, держись, Сашенька.

Я знаю, что он ждет меня в номере. Хочу снова поиграть в игру “властный босс и нерасторопная секретарша”. Прикладываю ключ к замку и как только загорается зеленый огонек, нажимаю на ручку и открываю дверь.

В комнате снова темно. Окна зашторены, лампы выключены. Сердце бьется быстрее, меня бросает в жар и по позвоночнику ползет капелька пота. Снимаю пальто, бросаю на пуф вместе с сумкой и пиджаком. Держась за стену, иду по наитию вперед и зову его тихо:

— Саша…

В ответ тишина, но я слышу за спиной шорох и его шаги. Останавливаюсь. Слышу, как беснуется сердце, а пульс барабанит в ушах. Внезапно сильные руки обнимают меня сзади и прижимают спиной к твердой груди.

— Ты опять опоздала, Кристина, — горячее дыхание обжигает кожу, манящая хрипотца и его близость порождают во мне безрассудное, дикое желание.

— Простите, Александр Иваныч. Пробки, — дрогнувший голос выдает мое волнение, и чтобы справиться с ним, я обхватываю пальцами его запястья.

— Это не объяснение, Кристина, — строго говорит Саша, расстегивая пальцами пуговицы на блузке.

— Я, — теряюсь с ответом, потому что в голове полнейший туман. В этой густой темноте чувства настолько обострились, что я уже дрожу от нетерпения, но он и не думает прекращать эту пытку.

Мама дорогая, если бы я только знала, что могу вот так реагировать на ролевые игры? Но прожив на этом свете 46 лет, я только сейчас начала открывать в себе другую женщину. И все благодаря Саше.

— Что ты, Кристина? — жестко шепчет мой “босс”, распахивает рубашку и сжимает груди, прикрытые кружевным пуш-апом.

— О Боже, — с губ слетает приглушенный стон. — Даа…

— Отвечай на вопрос, — требует мой мучитель, резко потянув чашечки вниз и обнажив полушария. Или мне тебя заставить? — цедит сквозь зубы и сильно, до сладкой боли тянет пальцами соски.

— Да, — облизав губы, соглашаюсь и бессовестно трусь ягодицами о его пах. Кайфую от его реакции на себя. С ним я перевоплощаюсь в два счёта и перестаю стыдиться своих тайных фанатзий. Я хочу, чтобы он меня заставил, наказал, целовал, обнимал, трахал до светящихся мушек перед глазами.

— Ты сама напросилась, Кристина, — непонятно откуда в его руках появляется широкая атласная лента, которой он завязывает мне глаза.

Касаюсь кончиками пальцев гладкой ткани и замираю в ожидании. Он снимает с меня блузку и бюстгальтер, затем тянет вниз молнию на брюках и спускает их вниз. Дотрагивается до кружевной полоски на чулках, останавливается.

— Оставлю их на тебе, Кристина.

Через несколько секунд я остаюсь только в них и трусиках. Саша берет меня за руку, подводит к кровати и приказывает лечь. Подчиняюсь, сгибаю ноги в коленях, пытаясь принять красивую позу…насколько это возможно. Слышу как щелкает выключатель на стене. Значит, в комнате теперь горит свет. Но передо мной по-прежнему тьма.

— Саша, — зову его, забыв, что здесь он Александр Иванович.

Поглаживая ладонями прохладную, мягкую простынь, с нетерпением жду его и вздрагиваю, когда ощущаю приятную тяжесть мужского тела. Молотов склоняется надо мной и целует в губы. Сразу сильно, жестко, голодно, проталкиваясь языком, сплетаясь с моим, заставляя желать большего. Ищу пальцами его лицо, провожу ими по скулам, волосам, царапаю ногтями затылок. Утопаю в нашем откровенном, долгожданном поцелуе, тянусь к нему и глажу по шее и каменным плечам.

— Сашенька, — прервав поцелуй, шепчу и улыбаюсь.

— Крис, малышка моя, как же я соскучился по тебе, — мы вдруг сбрасываем маски и становимся самими собой, но я не хочу снимать повязку. Так еще интереснее, острее, чувственнее.

— Я тоже, мой…— приподнимаюсь, обнимаю его крепко, трусь сосками о широкую волосатую грудь и шепчу в ухо: — Ты слышишь? Ты только мой, Саша. Ты мой!

— А ты моя, да? — отвечает, шумно дыша.

— Да, Саш. Да!

Александр вновь просит меня лечь и продолжает ласкать мое тело, прихватывает зубами соски, покусывает их, терзает, затем облизывает. Мой стон разлетается по всему номеру. Я схожу с ума.

Мой мужчина движется вниз, просовывает указательные пальцы под ткань трусиков по бокам и тянет так, что влажная ластовица впивается в промежность. Вскрикиваю от шока и наслаждения.

— Тише, тише, моя девочка. Я еще даже не начал.

— Саш, ты сумасшедший!

— Сошел с ума от любви к тебе, — признается он и раздвигает мои бедра шире.

— Господи! Да!

Выгибаюсь, сминаю пальцами простыни, когда он проводит языком по чувствительным складочкам. Меня лихорадит от происходящего, трясёт, стоит ему обвести кончиком набухший клитор, накрыть его губами и засосать. Теряя связь с реальностью и слушая причмокивания своего мужчины, накрываю ладонями груди. Перекатываю пальцами ноющие вершинки, усиливая ощущения.

— Твою мать, Крис, продолжай, — прервавшись на секунду, просит Саша, после чего подсунув ладони под ягодицы, приподнимает их и продолжает жадно пожирать мою плоть.

Я кричу всё громче, чувствуя приближение оргазма. Зарываюсь пальцами в Сашины волосы и с силой тяну, намекая ему на скорый финал. Он понимает все правильно, усиливает напор языком и через мгновение я распадаюсь на миллионы частиц, кончая на его губах.

— О да! Да! Да! Я люблю тебя, Саша!

— Ну наконец-то сказала, — слышу, как усмехается, а после кладет руки на мою талию и сминает кожу по-хозяйски сильно и приятно.

— Моя охуенная, любимая девочка. Обнаженная, оттраханнная, в повязке и в чулках, — довольно мурлычет Молотов. — Я тебя навсегда запомню именно такой.

— Саш, — двигаясь наощупь, нахожу его пальцы и переплетаю с твоими. — Я хочу тоже попробовать тебя.

— Уверена? — от его голоса всё тело покрывается мурашками, а во рту образуется слюна при мысли о том, что я собираюсь сделать.

— Да. Помоги мне встать.

Молотов берет меня за руку, осторожно поднимает и ведет меня чуть дальше от кровати. Он помогает мне опуститься на колени и я замираю, прислушиваясь к ощущениям и запахам. Первое, что делаю - припадаю губами к его коже. Понимаю, что целую его в живот, возможно оставляю на нем след от помады. Если она все еще жива. Слышу его одобрительный стон, поднимаю руки и вожу ими по телу своего мужчины. Его твердость вновь дарит мне невероятные ощущения внизу живота, когда я с нескрываемой радостью понимаю, что готова для него.

— Открой рот, Крис, — просит Саша поглаживая ладонью по волосам.

Повинуюсь ему и чувствую как гладкая теплая головка проходится по нижней губе, затем - по верхней. Почти также, как кончик помады чуть раньше. Я потеряла счет времени, сосредоточившись на умопомрачительных ощущениях от орального секса с закрытыми глазами.

— Хорошая девочка, — хвалит и гладит как покорную кошечку. — Поласкай его.

Хитро улыбнувшись, беру его ствол в руки и провожу по нему ладонью. Саша реагирует, зарывается пальцами в локоны, мычит еле слышно. Оставляю на стволе короткие поцелуи, после - размашисто провожу по нему языком. Но когда я начинаю посасывать головку, балдея и дурея от Сашиного вкуса, он давит на затылок и толкается бедрами, прося взять глубже. И я опять подчиняюсь, даря ему удовольствие и сама получая его в троекратном размере.