Глава 34

Мы приезжаем к бабушке, к концу мая, когда сирень уже распустилась и воздух пахнет сладко и густо. Егор ведёт машину уверенно, но я вижу, как он иногда бросает на меня быстрые взгляды. Он волнуется. Я тоже.

— Если станет тяжело, просто скажи, — повторяет он уже в третий раз. — Мы уедем в любой момент.

Я киваю и кладу ладонь ему на колено.

— Я знаю. Спасибо.

Дом бабушки встречает нас знакомым запахом пирогов и старого дерева. Мама открывает дверь первой. Её взгляд сразу останавливается на Егоре, потом переходит на меня. Улыбка выходит натянутой.

— Приехали всё-таки… вместе.

— Вместе, мам, — отвечаю я спокойно и обнимаю её.

Внутри шумно. Бабушка сидит в своём любимом кресле, повязав поверх платья цветастый фартук. Увидев нас, она всплёскивает руками.

— Варенька! А это кто такой красавец с тобой?

Егор вежливо улыбается, здоровается, протягивает бабушке букет белых хризантем. Бабушка сразу тает, потому что это ее любимые цветы.

— Ох, какой воспитанный… Проходите, проходите.

Папа выходит из кухни, вытирая руки полотенцем. Он смотрит на Егора долго, оценивающе, потом коротко кивает.

— Добрый день.

Родители все еще не приняли мой развод. Для них Антон, был идеальным мужем, а мои слова и аргументы, женской истерикой. Мол, и чего мне только не хватало. Крыша над головой была. Одета, обута, любима, и что мне еще не хватало.

Я и ехала без особых ожиданий. Егор старался меня поддержать, но я понимала, что случится может всякое.

Ужин проходит в напряжённой, но вежливой атмосфере. Мама всё время поглядывает на нас, будто пытается понять, что здесь происходит. Когда бабушка уходит на кухню за очередным блюдом, мама, наконец, не выдерживает.

— Варя, можно тебя на минуточку?

Это должно было случиться. Егор, уже встает, чтобы пойти со мной. Самому все рассказать. Но я кладу руку ему на плечо, показывая, что справлюсь сама.

Мы выходим на балкон. Вечерний воздух прохладный, но приятный. Мама обхватывает себя руками.

— Значит, вот так? — говорит она тихо. — Развелась с Антоном и сразу… с другим. Он же военный, как и Антон. Ты что, совсем не учишься на своих ошибках?

Я смотрю на неё спокойно. Сердце уже не колотится так сильно, как раньше.

— Егор не как Антон, мам. Совсем не как.

— Они все, одинаковые, — вздыхает она. — Форма, погоны, командировки… Ты опять будешь одна сидеть по военным городкам и ждать, пока он вернётся. А потом снова слухи, снова развод…

— Он не продлевает контракт, — говорю я ровно. — Уходит из армии. Мы рассматриваем варианты в других городах. Я снова веду уроки, много учеников. У меня своя жизнь, мам. Настоящая.

Мама качает головой. В её глазах, смесь жалости и осуждения.

— Развод… Это неправильно, Варенька. Семью нужно сохранять. Антон был надёжный, при деньгах, с положением. А ты что сделала? Бросила всё и побежала, ухватилась за другого?

Я чувствую, как внутри поднимается старая боль, но она уже не острая. Просто ноющая.

— Мам, Антон изменял мне. Постоянно. Контролировал каждый шаг. Запрещал работать. Я пять лет молчала, потому что думала, что обязана ему. А потом поняла, я ему ничего не должна. Я имею право на счастье. Настоящее.

Дверь на балкон открывается. Выходит папа. Он молча встаёт рядом, смотрит на меня.

— А этот… Егор, — говорит он, наконец. — Он хороший?

Я улыбаюсь. Впервые за весь вечер искренне.

— Он тот, кто пять лет назад меня отпустил, потому что думал, что так будет лучше для меня. А потом все это время жалел. Он не идеальный. Но он меня слышит. Не давит. Не проверяет. Просто любит.

Папа долго молчит. Потом кивает.

— Ладно. Посмотрим.

Когда мы возвращаемся в комнату, бабушка уже разливает чай. Егор сидит рядом с ней и что-то тихо рассказывает. Бабушка смеётся, так звонко, по-молодому. Мама садится напротив, всё ещё напряжённая.

— Ну что, молодые люди, — говорит бабушка, глядя то на меня, то на Егора. — А когда свадьбу-то играть будем?

Егор берёт меня за руку под столом. Его пальцы тёплые и уверенные.

— Когда Варя будет готова, — отвечает он спокойно. — Я никуда не тороплюсь. Главное, чтобы она была счастлива.

Я смотрю на него и чувствую, как внутри разливается тепло. Настоящее. Без страха. Без упреков.

Мама вздыхает, но уже не так тяжело. Папа молча наливает себе чаю. Бабушка улыбается хитро и подмигивает мне.

Позже, когда мы выходим на улицу, Егор обнимает меня сзади и целует в висок, в плечо.

— Тяжело было? — спрашивает тихо.

— Было, — признаюсь я. — Но… легче, чем я думала. Они увидели тебя. А большего мне и не надо.

Он поворачивает меня к себе лицом. В вечернем свете его глаза кажутся почти чёрными, но такими тёплыми. Они согревают меня изнутри. Как тонкие лучики, проникают в самые дальние уголки и делятся своим светом.

— Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь снова чувствовала себя обязанной. Ни передо мной, ни перед кем. Я просто хочу быть тем человеком, рядом с которым ты дышишь свободно.

Я прижимаюсь лбом к его груди и закрываю глаза.

— Я уже дышу свободно, — шепчу я. — С тобой.

Мы стоим так долго. Майский ветер треплет волосы, сирень пахнет сладко, а где-то вдалеке тихо гудит город.

Пять лет боли, вины и молчания закончились.

А впереди теперь только наша жизнь.

Медленная. Настоящая. Наша.