Глава 21

Ольга

— Мам, а что теперь со школой? — неожиданно спрашивает Камила на следующее утро.

— Варианта два. Либо я буду возить тебя туда и забирать, либо мы устроимся в здешнюю школу. — Потираю большим пальцем складку между бровей. — Хотя нет, есть еще третий вариант: ты можешь остаться жить с отцом.

Аж дышать тяжело от этих мыслей.

— Последнее — точно нет, — выдает дочь серьезно. — А если возить, то на чем?

Резонный вопрос. Права-то у меня есть, а вот машины нет. Да и работы пока тоже…

— Я могу купить какую-нибудь недорогую отечественную машину.

— А работа? Тебя отпустят?

— Значит, надо искать такую работу, где будут отпускать.

Камила закусывает губу:

— Нет, такое нам не подходит. Давай тут школу выберем? Может, даже найдем школу с уклоном в химию или биологию? Было бы здорово.

Протягиваю руку через стол и сжимаю руку дочери:

— Камила, ты знаешь, что ты потрясающий ребенок? — спрашиваю и не могу не улыбнуться.

— Конечно знаю! — отвечает серьезно, а сама улыбку сдерживает.

Камила с первого класса твердила нам, что, когда вырастет, станет врачом. Я не знаю, почему ей это взбрело в голову — ни в моей семье, ни в семье Андрея нет медиков. А вот она составила план и следует ему.

— Ками, у тебя биология и химия будут только через три года.

— Мам, я не собираюсь ждать три года! Начну изучать раньше, а в школе зафиксирую знания.

Современные дети это нечто, конечно.

— Хорошо, я узнаю, где и что сейчас преподают, какие учителя и все в этом духе. Но, Ками, ты не будешь скучать по друзьям?

— Буду, — пожимает плечами. — Но тебя я люблю больше, чем друзей.

Встает из-за стола, легко чмокает меня щеку и уходит.

Я еще какое-то время сижу, размышляя о дальнейших планах, а потом иду к себе в комнату и открываю ноутбук.

Вчера я немного посидела на сайте с вакансиями, сейчас планировала продолжить.

Я откликнулась на несколько объявлений на должности от менеджера до бухгалтера. Надо бы еще старым знакомым напомнить о себе, может, кто-то сможет помочь.

У меня начинает звонить телефон, и я спешно беру его в руки в надежде, что это Катя, но звонят с незнакомого номера.

— Алло?

— Олька?

— Это кто?

— Коля Дубинин!

— О, привет, Коль! Сто лет не виделись!

— Ага, в последний раз на встрече выпускников. Слушай, я чего звоню. Твоя матушка позвонила моей матушке и сказала, что тебе нужна работа.

— Ох, мама, — вздыхаю.

И мне ведь ни слова.

— Ну что ты хочешь? — по-доброму усмехается Коля. — Мать она и в Африке мать. Короче, я звоню, чтобы предложить тебе работу.

— Какую? — спрашиваю с интересом.

— У меня ИП, и бухгалтер, которая его ведет, собралась на пенсию, а мне, как ты понимаешь, — откашливается, — нужен свой человек.

— Коль, это невероятное предложение, но мама, наверное, не сказала, что у меня практически нет опыта с бухгалтерией.

— Так в том-то и дело, что Оксана Сергеевна собралась на пенсию через два месяца. Вот и обучишься как раз. Только сразу предупреждаю: эти два месяца я буду платить минималку, дальше полную.

— Я согласна, Коля. Я на все согласна! — чуть ли не подпрыгиваю от своего счастья.

— Сможешь приехать часа через два, обсудим детали?

— Конечно!

Быстро бегу в душ, мою голову, заматываюсь в полотенце.

В комнате рассматриваю свой гардероб.

Каждая вещь тянется нитью к бывшему мужу. Блузки, юбки, брюки — все нагоняет уныние. Я понимаю, что не хочу тащить эти вещи в новую жизнь. Значит, как только финансы будут позволять, нужно обновить гардероб. Накупить базовых вещей, которые между собой сочетаются.

Решительно захлопываю дверцу шкафа и иду в мамину комнату. У нее тут большая гардеробная. Здесь же мои старые вещи. Принимаюсь открывать чехол за чехлом.

В шкафу вещи, которые я носила еще в университете. Они безбожно вышли из моды, и надевать я их точно не буду.

А вот в этом чехле то, что я привезла пару лет назад. Достаю льняной сарафан. На толстых бретелях, красиво облегает грудь, а от талии свободный, длина до колена.

Я помню, как Андрей психовал, когда увидел этот сарафан. Он ему сразу не понравился из-за того, что ткань не сильно плотная и белье просвечивает.

На мой резонный комментарий, что не собираюсь под сарафан надевать красные трусы, муж никак не отреагировал. Сказал, выкинет его, когда меня не будет дома.

Сарафан мне очень нравился, поэтому я, чтобы спасти ему жизнь, отвезла его к маме.

Черт, да на нем даже бирка сохранилась!

Нахожу телесного цвета белье, надеваю сарафан, кручусь перед зеркалом.

Ну вот, все прилично и отлично, ничего не просвечивает. Волосы распускаю, концы подкручиваю, наношу макияж. Нюдовый, как обычно.

Можно было бы акцентировать губы, но у меня нет яркой помады.

— Вау! Мам! — в комнату заходит Камила и смотрит на меня с обожанием. — Какая ты красивая.

— Правда? — улыбаюсь.

Мне и самой нравится мое отражение.

— Вообще! — у Ками загораются глаза, и я поворачиваюсь к дочери.

— Ками! Это что?! — на подбородке у нее ссадина.

— Это я с местными пацанами познакомилась, — выдает счастливо.

— В смысле? — округляю глаза. — Тебя обидели?

Беру дочь за подбородок и верчу из стороны в сторону.

— Меня?! — фыркает Ками. — Я сама кого хочешь обижу. В футбол играла с ними.

— И кто победил? — смеюсь, от сердца отлегает.

— Наши, — отвечает дочка.

Мы идем на кухню, я обрабатываю Ками рану, потом уезжаю на встречу с одноклассником.

У Коли своя пекарня, цех заморозки и несколько продуктовых магазинов. Продукцию поставляют по нашему городку и в соседние.

Судя по всему, работы будет много, но я на таком заряде, что готова хвататься за дела хоть сейчас.

Договариваемся, что я приступаю со следующей недели. Окрыленная, иду домой. Издалека замечаю соседку, сидящую на лавочке. Это мамина подруга, так что я останавливаюсь, чтобы перекинуться с ней парой слов.

— Здравствуйте, теть Ань! — подхожу ближе.

— Привет, Ольга. Ох и сорванец твоя младшая. Камила, да?

— Ага.

— С пацанами сдружилась. Они уже к ней приходили, яблок принесли, как пострадавшей в бою, — смеется женщина, и я вместе с ней.

— Ага, они в футбол играли.

— Я знаю этих мальчиков, хорошие. Но футбол их, будь он неладен! Дуреют на поле.

— Надо же куда-то девать энергию.

Тетя Аня украдкой смотрит по сторонам и приближается ко мне, спрашивает заговорщически:

— Познакомилась с соседом?

— Да. Представился Ярославом.

— А то мы не знаем, — закатывает глаза и шепчет: — Ты поаккуратнее с ним.

— Почему? — хмурюсь. Мне мужчина не показался опасным.

— Сосед твой врач, — шепчет.

Теперь понятно, почему он так уверенно обработал рану, — просто делал это множество раз.

— И что не так? — хмурюсь.

— Человека он убил, Олюшка, — строит скорбную гримасу. — Прямо на операционном столе. Да не просто человека. Ребенка. Ребенка убил, ирод.