Эпилог

Три года спустя

Ольга

— Нет, я же сказала, что мне нужен отчет в другом формате. Я как рентабельность посчитаю? Я в курсе, что вам необходимо собрать данные, — но на чем-то же я должна считать рентабельность? В вашем отчете даже прибыли нет.

Дверь в кабинет открывается, и входит Ярослав, делает шутливо-злобное лицо, а я запускаю в него скрепкой, которая не долетает до цели.

— Нет, мне это неинтересно! Главный ждет информацию, так что, пожалуйста, срочно. Завтра данные должны быть у меня на почте. Всего доброго.

С грохотом опускаю трубку.

— Ты ж мой злобный колобочек! — Ярослав расставляет руки и присаживается на корточки около меня, обнимает, чмокает в живот. — А я тебе вкусняшек принес.

Достает из кармана врачебной формы манго. Не зеленый — желтый, сладкий, сочный.

— Это подкуп!

— Все для того, чтобы у моей девочки было хорошее настроение.

Ластится, чуть ли не мурлычет котом.

Часто беременные женщины плачут во время беременности, гормоны у них шалят.

Я же какая-то неправильная беременная, потому что меня колбасит от того, как все бесит!

Я честно пыталась совладать с собой, но чем больше срок, тем сильнее накрывает. Сотрудники шарахаются, и мне искренне хочется извиниться перед ними.

— Как ты сегодня себя чувствуешь? — гладит живот большим пальцем.

— Так, будто очень хочу в декрет.

— Месяц остался. Потерпи, солнце.

Беру его лицо в руки и тяну к себе, целую.

— Спасибо за манго.

Целуемся, ластимся друг к другу.

— Признавайся, это подкуп?

— От тебя не скроешь ничего! — вздыхает театрально.

— Выкладывай!

— Ками хочет побывать на вскрытии.

— Ей двенадцать! — ахаю.

— Ну что ты хочешь, твоя дочь спит и видит, как выучится в меде и будет ковыряться во внутренностях людей.

Камила одержима идеей стать врачом. Ни о чем другом думать не хочет. Ее интересует только этот путь. У них с Ярославом уже, кажется, вошло в привычку собираться каждый вечер и перебирать врачебные специальности, подбирая ту, что будет интереснее всего.

Камилу шатает от гинеколога до врача УЗД, от невролога до патологоанатома, от хирурга до стоматолога.

Я знаю, что она приходит в клинику втайне от меня, они даже как-то на пару с Ярославом накладывали гипс.

Когда я узнала об этом, хотелось прибить их обоих.

Посторонним запрещено находиться в клинике, тем более во время врачебных манипуляций.

Ну а Ярослав так вообще рискует получить по шапке, и все равно, что он заведующий отделением, — если проверка нагрянет неожиданно, кранты придут всем.

— Яр, послушай. Я против. Она еще маленькая. Ей двенадцать! Одно дело гипс накладывать, другое трупы вскрывать. Бр-р!

— Ладно-ладно! — поднимает руки, сдаваясь. — Как скажешь, солнце. Слушаюсь и повинуюсь.

Шутливо кланяется, а я выставляю вперед палец:

— Если узнаю — разведусь!

— Да кто тебя отпустит, — усмехается. — Разведется она. Ага.

Я и сама улыбаюсь.

Не разведусь.

Ни за что!

— Ты закончила раздавать пиздюли?

— На сегодня да!

— У-у-у, обожаю свой злобный пузыречек!

— Какой я тебе пузырь!

— Вообще-то, чисто технически внутри тебе плодный пузырь…

— Умоляю, не рассказывай.

— Поехали за Катериной, Оль? — Ярослав смотрит на часы.

— Да, поехали.

Катя усиленно ходит к репетиторам.

Неожиданно для всех она решила стать химиком.

И да, успехи у нее отличные!

Я забрала ее в столицу. Ками, естественно, тоже.

Договориться с Андреем было непросто. Мы долго это обсуждали, иногда на повышенных тонах.

Все решила Катя, объявив, что хочет поехать со мной.

Я думала, она просто хотела перебраться из глубинки в столицу, но нет. Внезапно дочь схватилась за учебу. Практически все свободное время проводит за учебниками, даже довела себя до невроза бесконечными занятиями, и я отправила ее на йогу, приводить душу и тело в порядок.

Ками неугомонна.

Она нашла пацанов, чтобы играть в футбол и лазать по турникам и в столице.

Ярослав в шутку предложил отдать ее на айкидо.

Уже на следующий день они с Яром привезли купленный кейкоги — специальную одежду для тренировок по айкидо.

Я думала, что после переезда столкнусь с проблемой поиска работы, но Ярослав решил и этот вопрос. Я работаю в клинике вместе с ним, только отвечаю за экономическую часть.

А Андрей… он нашел баланс в жизни.

Теперь он в одиночку растит своего долгожданного сына.

Где Виолетта, я не знаю — не знаю и знать не хочу.

Лишь однажды Катя рассказала мне по секрету, что та хотела вернуться, но Андрей ее не пустил. Они судятся друг с другом за ребенка.

Мы толком не общаемся с ним, так как за эти годы наши пути полностью разошлись.

Ярослав помогает мне устроиться в машине, садится за руль, выезжает.

— Ольк, как насчет инструктора? Тачка простаивает, а я так не люблю, когды ты на такси катаешься.

— Яр, давай я рожу и… мы подумаем над этим еще раз, хорошо? — спрашиваю умоляюще.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Ярослав купил мне машину. Вернее, выбрала ее я, Ярослав был слишком хорош в убеждении. Но с момента наступления беременности у меня появился какой-то страх, и я забросила попытки сесть за руль.

Выходит, в будущем у меня отвертеться не получится.

Катя уже ждет нас у ворот школы. Увидев машину, быстро подходит и садится.

— Привет!

— Привет, Катюх! — здоровается Яр. — Как занятие?

— Мозг взорвали. Колбу тоже, — хихикает.

— О-о, круто! Нам такое тоже надо! — хохочет Ярослав.

— Прошу вас, нет! — умоляюще складываю руки на груди.

Ярослав подъезжает к дому, в котором мы купили квартиру, паркуется, и дружной компанией мы идем к подъезду.

А там на лавочке сидит Ками.

Гладит грязный комок, который, по идее, должен быть пушистым.

Катя становится над сестрой:

— Кот или крыса?

— Я чо, совсем, что ли, крысу домой тащить?

— С тебя станется, — старшая смеется.

Ярослав заглядывает в руки Ками и оборачивается ко мне:

— Кошак.

— И никакой это не кошак, а котенок! — обижается Ками и смотрит на меня жалостно: — Ма-а-ам!

— О боже! — стонет Катя. — Тебе двух котов мало, ты третьего приволочь решила!

— Он маленький, он умрет!

Перспектива еще одного животного в доме в восторг меня не приводит.

Помимо двух котов у нас неразлучник, черепаха и хамелеон.

Я смотрю на Яра, который чешет затылок и поворачивается ко мне:

— Одним больше, одним меньше.

— Ура! — радуется Ками.

— Ну как всегда, — Катя закатывает глаза.

Жесть.

— Яр, такими темпами нам понадобится квартира побольше, — бормочу под нос.

— Будет сделано! — кивает с неожиданной готовностью.

Ярослав

— Открой ротик.

Демид вертит головой из стороны в сторону.

— Нужно съесть еще.

Снова нет.

Позади меня открывается дверь, и по коридору проносятся торопливые шаги, хлопает дверь в ванную.

— Давай так, Дем: ты съедаешь кашу, а я даю тебе мармелад. Пчелок мармеладных будешь? — трясу перед его носом пакетиком.

Договариваемся.

Оперативно кормлю сына кашей, пока он увлеченно рассматривает мармеладки.

На кухню заходит Катя.

— Доброе утро, — говорит хрипло.

— Привет, Катюх.

Идет к крану, пускает воду, делает жадные глотки.

— Я бы на твоем месте так не закидывался водой, а то потом снова будут рвотные позывы и опять все окажется сама знаешь где.

— Да? Ладно.

Катя отставляет стакан, садится рядом с Демиком, устало улыбается ему и гладит по головке:

— Кушай-кушай.

Демик смеется, а Катя вздыхает и украдкой смотрит на меня.

— Я вчера съела что-то не то.

Ага. Знаем мы эти истории. Валом по больнице такие ходят.

— И позавчера тоже съела что-то не то? — наигранно удивляюсь и закидываю Демику в рот ложку каши. — Ну ты мазохистка, конечно, Катюх. Неделю подряд тухляк есть.

Катя шумно сглатывает, глаза мокрые.

— Срок знаешь? — спрашиваю у нее тихо.

Она мотает головой, огромные слезы стекают по лицу, она тут же стирает их.

— Две недели задержка, — шепчет.

— Скорее всего, около шести недель. — Функция «врач» врубается автоматически. — Надо УЗИ делать и ХГЧ сдавать.

— Я боюсь, — губы у нее трясутся. — Меня мама убьет.

Вскидываю брови:

— Катюх, с какого… ты подобного мнения о своей матери? Нет, она, может, в восторге не будет, ей еще сорока нет, а уже бабушка, но точно за порог-то не выставит.

— Ты так думаешь?

— Твоя мать — удивительной мудрости женщина, — произношу восхищенно и с придыханием, иначе никак. — Ну а тебе восемнадцать, не вижу никаких проблем. Батя есть?

— Яр, ты же врач, — улыбается устало. — Должен понимать, что непорочное зачатие — история не из реальной жизни.

— Значит, нет, — подытоживаю. — Был бы, ты бы не рыдала.

Шмыгает носом.

— Ничего, Катюх, все будет хорошо, не реви.

— Но учеба…

— Академ возьмешь, потом восстановишься. Мы с матерью поможем. Справишься, Катюх. А нет, так… это твоя жизнь, и только тебе решать, как поступить с плодом. Если срок позволяет, можно аборт таблеткой сделать. Лично мое мнение в данном случае — я против. Но решать тебе.

Катя смотрит на Демика, улыбается сквозь слезы.

— Нет. Я хочу этого ребенка.

— Ну и все. Устрою тебе УЗИ и сдашь ХГЧ в клинике.

— Ярослав, а можно тебя попросить пока маме ничего не говорить? Я сдам анализы, чтобы убедиться, и расскажу маме.

— Идея так себе, но хорошо. Я буду нем, как рыба.

На кухню подтягивается сонные Ками и Ольга.

— Привет, зубастик, — Камила подходит к Демику, чмокает его в пухлую щечку. — Ну-ка скажи «А-а-а-а». Мам, у него резцы вылезли! Поэтому он так верещал, бедолага!

Ольга смотрит на дочь, улыбаясь.

— Ками, значит, сегодня ты педиатр?

— Ага. Мам, а мы поедем к папе на каникулах?

— Хотите? Мы отвезем вас, да, Яр?

— Конечно. Заодно с матушкой твоей увидимся. Только график надо будет посмотреть.

— Можно я помогу? Помою Демика и подгузник поменяю, — спрашивает Катя.

— Ольга! — кладу руку на сердце. — Ты родила святых детей!

— Если это правда, почему Демик орал сегодня ночью так, как будто его не аист принес, а птеродактиль? — Ольга смеется, а девчонки уходят вместе с сыном.

Я тут же зажимаю жену в углу.

— Выспалась? — веду носом по шее, вдыхая ее запах.

— Да! — стонет. — Спасибо тебе огромное, что дал поспать.

— Ночью вернешь долг, — дергаю бровью.

— Дать тебе поспать? — спрашивает наигранно непонимающе.

— О-о нет, солнце, совсем наоборот.

Целую. Спешно, ненасытно. Спать хочется, но еще больше хочется Ольгу.

— О чем вы тут шептались с Катей? — спрашивает, отрываясь от моих губ.

— Да так, сюрприз тебе готовим.

— Что-то я не очень люблю сюрпризы.

— Этот тебе понравится. Возможно, не сразу, но уверен, потом ты будешь в восторге.

Осталось только выяснить, кто счастливый отец.