Глава 3

Я прихожу в себя уже поздно вечером в кровати той самой квартиры, которую с любовью готовила для нашей семьи. Семьи, которая разрушилась всего за несколько минут. Я смотрю в потолок и чувствую, как слёзы снова стекают по щекам. Резко поднимаюсь и охаю от головной боли. Осторожно возвращаюсь в горизонтальное положение.

Я совсем забыла, что уснуть мне помог коньяк. Дима привез меня на квартиру, отправил принимать горячую ванну, а сам побежал в магазин. Со мной он не пил, но заставил выпить несколько стопок. Для кого-то это незначительная доза, а для меня — слишком большая. Я вообще не пью крепкие напитку, потому что очень быстро от них пьянею, а потом страдаю диким похмельем.

Я выпивала стопку, плакала, снова выпивала стопку, снова плакала. Вываливала на Диму свою боль, вспоминая красивую историю любви.

— А я ведь тоже его спасла, как тебя, — рассказывала я прекрасному слушателю Диме. — Гуляла с собакой перед сном. У меня овчарка была. Умная очень. Альфа. Папа сам её тренировал. Команды выполняла чётко и беспрекословно. Мы с ней забрели в отдалённый участок парка. Я увидела, как на одной из аллей дерутся парни. Один против троих. Белая футболка Ромы уже была в крови, когда я подбежала. Лицо разбито, но он не падал. Каким-то чудом умудрился завалить одного из нападавших. Я отдала команду фас Альфе. Она повалила второго. Третий воспользовался заминкой Ромы, достал нож и пырнул его в живот. Сбежал, конечно, тут же, как трус последний. Товарищи его тоже следом поползли. Как назло, я телефон дома оставила на зарядке. Кто ж мог подумать, что такое приключение на задницу свою найду. Рому на себе вытянула из парка. От потери крови он сознание потерял. Чудом наткнулась на полицейских. Они помогли скорую вызвать. Я с Ромой поехала. Кровь ему сдала для переливания. У нас одна группа оказалась. Он когда очнулся, сказал, что, если выживет, женится на мне. Я только посмеялась. А он обещание сдержал, как видишь.

Потом я рассказала Диме о романтических свиданиях, на которых Рома окончательно покорил моё сердце.

Бедный мой водитель слушал всё внимательно и грустно улыбался. Во время моего монолога звонил Рома. Писал сообщения. Я их не читала. В какой-то момент не выдержала и ответила.

— Родная, — послышалось в трубке.

Я замерла на секунду. Пьяное сознание повелось на нежность в его голосе. Однако в ту же секунду в голове появилась картинка полуголой девицы на его коленях.

— Не звони мне больше, понял? — закричала в ответ. — Я тебя ненавижу. Ты все разрушил. Разрушил! Видеть тебя не хочу. Развлекайся со своими потаскухами, а меня в покое оставь.

— Лен, просто выслушай меня.

— Нет. Не хочу ничего слышать.

— Ладно, я дам тебе время остыть.

— Одолжений мне делать не нужно. Я подаю на развод.

— Развода не будет.

— Посмотрим!

— Забудь это слово!

Ответить я не успела. Муж сбросил вызов, ведь последнее слово всегда должно быть за ним.

Только в этот раз я не собираюсь уступать. Побуду несколько дней в тишине и спокойствии, съезжу за вещами и документами, а потом найду адвоката, который поможет мне с разводом. Делить имущество я не собираюсь. Мне достаточно собственной квартиры и моего заработка. Денег Ромы я не касаюсь уже длительное время. Интересно, он это заметил?

Делаю вторую попытку подняться. В комнате включен ночник. Вижу на прикроватной тумбочке стакан с водой, большую круглую таблетку и ложку. Рядом записка, в которой Дима просит кинуть таблетку в воду, размешать, выпить, полежать минут десять и тогда можно вставать с кровати. Выполняю его инструкции.

Снова смотрю в потолок, но уже не плачу. Благодарю Бога, что два года назад спасла Диму, а сейчас он заботится обо мне, как о младшей сестрёнке, хотя я его старше на шесть лет. Наверное, сейчас сидит в гостиной и ждёт, когда я очнусь.

Третья попытка встать оказывается удачной. В голове уже не пульсирует. Немного подташнивает, но это от голода. Я ведь не ела целый день, а закусывать коньяк пришлось лимоном. Первым делом решаю пойти в ванную комнату, чтобы умыться. Тихо выхожу из спальни. В гостиной темно, а вот на кухне горит свет и раздаются приглушенные голоса. Очень хочется послушать, о чём разговор, но потребности организма берут верх над любопытством.

К кухне я подхожу через пять минут. Чувствую себя достаточно бодро. Чудодейственная прям таблеточка. Открываю двери и вижу, что за столом сидят Дима и Богдан.

— Проснулась? — мягко спрашивает Богдан.

Я киваю и подхожу к столу. Богдан тут же встаёт и крепко прижимает меня к своей груди.

— Я рад, что с тобой все хорошо, — искренне говорит он.

— Это всё Дима, — тихо отвечаю я.

— Да, он — молодец. Быстро среагировал. Будешь чай? Мы только заварили.

— Я бы поесть не отказалась.

— Я заказывал ужин в ресторане. Ещё горячее всё, — говорит Дима и начинает расставлять на столе контейнеры.

Богдан выпускает меня из объятий и отодвигает стул.

— Спасибо вам за заботу, — искренне благодарю Диму и улыбаюсь.

— Это лишь малая доля нашей благодарности за твою заботу, — отвечает Богдан, присаживаясь рядом. — Я знаю, что тебе интересно, но спрашивать не хочешь, поэтому расскажу сам. Тем уродам мы популярно объяснили, что они были не правы, что касаться тебя — было фатальной ошибкой. Роман Юрьевич того типа чуть не убил. Еле оттащили. Мразь эта в реанимации.

Я слушаю и не знаю, радовать мне этому факту или нет…