14

– Ты с ума сошла, – качает головой Марина. – Ты же любишь его! – Да-да, сама говорила, что он твой любимый муж! – поддакивает Вера. – А ты ушла! – Глупо было думать, что он тебя не найдет, – вздыхает Инга. – С его-то возможностями! – Он меня толкнул. И ударил, – все еще не могу в это поверить. – Оксана, ты должна успокоиться, – в три голоса заявляют подруги. –  Поставь себя на его место. Жена бросает ни с того ни с сего. Естественно, он вспылил. Я позвонила Инге после произошедшего, она приехала вместе с Маринкой и Верой. Теперь мы сидим на кухне, обдумывая, что делать дальше. Но вместо поддержки я получаю лишь осуждение. Никто из девчонок не встал на мою сторону. Все поддерживают Назара, а не меня. А хуже всего, что даже мои родители против развода. Мать закатила по телефону истерику, требуя, чтобы я одумалась и не смела бросать идеального мужа. – Кому ты нужна с прицепом? – кричала она. – Очередь там стоит, ждет тебя, что ли? Или думаешь, что мы кормить будем? Я даже объяснять ничего не стала. Тем более Назар уже успел им позвонить и рассказать свою версию событий. Что у меня видимо кризис среднего возраста, ПМС или “что там еще у вас, баб, бывает”. Отец тоже просил подумать. Я по голосу слышала, что он и рад бы встать на мою сторону, да не может. Слишком сильно зависит от зятя. Назар им и раньше помогал деньгами, а недавно спонсировал цех по производству мебели, который открыл мой отец. Понятно, что папа не хочет терять свое дело, а без денег Назара он его не потянет. Только я не могу вернуться к мужу. Даже ради спокойной жизни родителей. Даже ради денег. – А что Зойка? – спрашивает Инга. – Как она это восприняла? Кошусь на дверь комнаты, за которой спит дочь. Она наплакалась и рано уснула. – Плохо. Она любит отца. – Ну вот, не ломай жизнь ни себе, ни ребенку, – увещевает Марина. – Помирись с мужем. Подумаешь, один раз ударил. Ты еще битая не ходила! Качаю головой. – То есть, я ему еще и спасибо должна сказать? – Дура! Он же на коленях просил прощения! Опускаю взгляд. Да, просил. И мне в тот момент было очень неловко. Но это ничего не меняет. – Мы договорились, что я поживу пока здесь, – говорю вполголоса. – И он согласился? – Да. В памяти всплывают его слова: “Если ты так хочешь, то побудь одна. Только без моих денег”. Назар надеется, что я передумаю и вернусь. А я знаю, что не смогу. Не смогу вернуться, сделать вид, что забыла, и жить как ни в чем не бывало. Терпеть измены, грубость, пренебрежение. Даже если после этого он снова будет стоять на коленях. Как ни пытаюсь донести это до родителей или подруг – меня никто не слышит. Никто не верит, что Назар на такое способен. Все хором утверждают, что он любит меня. Только странная эта любовь. Злая. Подруги уходят, унося с собой осуждение. Только Инга подмигивает, мол, прорвемся. А меня накрывает запоздала мысль: вдруг это она рассказала Назару где я нахожусь? Ведь кроме нее никто об этом не знал. На следующий день начинаю искать работу и подбирать Зое садик. Оказывается и то, и другое непросто. Вечером изучаю предложения, которые пришли в ответ на мое резюме. Но все не то. Предлагают либо неоплачиваемый испытательный срок от двух недель до двух месяцев, либо вообще поработать веб-кам моделью. От таких предложений у меня волосы на затылке шевелятся. Но и бесплатно работать я хочу. Вера предлагает место админа в ее онлайн-магазине косметики. Надо принимать звонки, формировать заказы. Зарплата маленькая, но с первого дня идет процент от продаж. Я соглашаюсь. И в первый же день понимаю, что спать мне теперь вряд ли придется. Почему-то большей части клиенток именно в три часа ночи хочется заказать себе крем или маску. Уже две недели спустя понимаю, что этих денег недостаточно. Раньше за все платил Назар, а теперь расходы легли на мои плечи. Нужно искать что-то еще. Зоя снова начала кашлять. Идем с ней к семейному врачу, и только уже в холле клиники вспоминаю, что прием не бесплатный. А денег в обрез. – Возможно, у вас бронхиальная астма, мамочка, – врач выносит вердикт. – Сдайте анализы. Пишет длинный список платных анализов, процедур и лекарств. Я лишь стискиваю зубы. Ничего, не я первая. Справлюсь. Но приходится урезать расходы как можно больше. Экономлю на всем, кроме дочери. Ей нужно лечение. А значит, придется что-то делать. На мою карту падает шестизначная сумма. Это от Назара. Первым делом хочу вернуть деньги, но останавливаю себя. Он отец, имеет право заботиться о дочери. К тому же ей нужны деньги на лечение, хорошую еду и одежду. Я пока столько не зарабатываю. Так и живем. Я мало сплю, мало ем. Постоянно на телефоне, чтобы отвечать на звонки. Зоя рядом со мной. Отправить ее в садик не получается и нанять няню тоже. А значит, найти работу с нормальным окладом я тоже пока не могу. Сегодня суббота. Обычно по субботам приходит Назар. Он не оставил попытки сблизиться. Каждый раз просит одеться и везет в ресторан. Я молча подчиняюсь, просто потому что не хочу больше скандалить. Оформив очередной заказ, закрываю ноутбук. Иду в комнату к Зое. Та сидит на полу и играет с мозаикой. Вставляет цветные камушки в рамку. Дочь улыбается, когда я вхожу. – А папа сегодня придет? – спрашивает она, а мое сердце ёкает. Она больше не называет Назара папочкой. Будто в ней тоже что-то сломалось. Сажусь рядом. – Как ты, солнышко? – притягиваю к себе. – Я хорошо, – она улыбается. Обнимает меня за шею. Моя доченька, моя радость. – Давай играть в дочки-матери, – спохватывается она. – Чур, я мама! Вот, возьми рюкзачок, пойдем в магазин! А это будут твои сестрички! Я улыбаюсь, глядя на ее суету. На душе становится теплее. Зоя вручает мне детский рюкзак с мордочкой обезьянки. Следом мне выдают кукол, так называемых сестер. Внезапно из рюкзачка что-то выпадает. На пол планирует цветная картонка. Нахмурившись, поднимаю ее. И тут же сердце начинает биться сильнее. Это визитка. Та самая, которую дал Мирослав. Но как? Откуда она у Зои? Я же ее вроде бы выбросила… Сглатываю комок застрявший в горле. Дочка щебечет рядом, я гипнотизирую взглядом знакомое имя. Мирослав Матвеевич Савицкий… Он говорил, что у него тут филиалы. Даже дал визитку. А может ему требуются сотрудники? Мне сейчас любая должность подойдет. Тут же отгоняю от себя эти мысли. Он же мой бывший. Снова смотрю на дочку. Нет, я не в том положении, чтобы разбрасываться такими возможностями. Не съест же он меня в самом деле, если позвоню. Тем более все вакансии, на которые я откликалась, не подошли. А один из работодателей вообще заявил, что не может взять на работу жену Бессонова. Мол, конфликт интересов. Тогда я поняла, что без Назара тут не обошлось. Он не даст мне устроиться на работу. Никто не захочет с ним враждовать. Выбора нет. Выдыхаю. Беру телефон и все же набираю номер Мирослава. Сердце стучит в висках. – Да, слушаю, – в  трубке раздается знакомый голос. Низкий, с бархатной хрипотцой. Мурашки пробегают по телу. – Мирослав, это Оксана, – отвечаю, нервно стиснув трубку. А у самой все внутри замирает.