Глава 12

Смотрю на нее. Глаза заплаканные. Волосы растрепанные. А взгляд как у побитой собаки. Какой ей трахаться?! Ее хочется обнять, успокоить и погладить по головке, сказав, что все будет хорошо.

Блять, узнаю, кто расстроил девочку, и ему не жить. Открываю дверь шире. Конечно же, я не выгоняю ее, наоборот, понимаю, что это идеальный шанс.

– Проходи, – немного смещаюсь вправо. Ее глаза становятся испуганными. Ну, давай же, ты смелая, раз сама пришла.

Неуверенно, но она проходит внутрь. А я все же опять смотрю на ее зад в шортах. Блять, член колом. А мне себя еще сдерживать придется, или нет?..

Она проходит в гостиную, с восхищением рассматривает все.

– Настоящий? – спрашивает она, кивая на камин. Да, он тут главная деталь, и очень приятно греет зимой.

– Конечно, и эта шкура тоже, – киваю под ноги. Туда, где лежит шкура медведя.

Ее мне подарили клиенты. Сам я не люблю убивать животных и, вообще, не планировал ее тут стелить, но как-то подошло.

Иду к бару. Смотрю на то, что там есть, и понимаю, что нам нужно что-то покрепче. Хотя знаю, что девочку сейчас явно унесет даже от легкого шампанского. Кстати, вот и оно. Женское «Асти».

– Присаживайся, – киваю на кожаный диван, пока беру бокалы.

Она испуганно смотрит по сторонам. Вся былая уверенность моментально исчезает. Но теперь-то я ее сам не отпущу.

– Мы… мы что, прямо тут будем? – выдает она, и я вижу, как начинает краснеть. Хочется, конечно, рассмеяться в голос, но сдерживаю себя, чтобы не обидеть.

– А что тебя не устраивает, красавица? На шкуре убитого зверя с древних времён трахались, – пожимаю плечами я. Иду к ней.

Девочка закусывает губу, отчего член в штанах дёргается. Ну не надо, блять, так делать, я же реально могу не сдержаться.

– Ну да… ты прав, – наконец-то выдыхает она.

Сажусь напротив нее. Подаю бокал с шампанским. Она смотрит на него вопросительно, но, слава богу, не спрашивает, взрослое ли оно.

– Ты пришла ко мне, Лера, и должна понимать, чем это закончится, – решаю все же обозначить свои намерения. Она смотрит на меня, а потом прикрывает глаза.

– Да… да, я понимаю… – произносит тихо.

– Хорошо, а теперь я хочу, чтобы ты это выпила, сразу до дна, – киваю на бокал в ее руках. Хочу, чтобы она расслабилась, потому что сейчас она очень зажата.

Неуверенно она берет напиток и делает глоток. Внимательно наблюдаю за ней, тоже пригубив коньяк. Она морщится, но допивает все до конца, вытирает губы тыльной стороной ладони.

– Довольно приятно… – наконец-то выносит она вердикт.

– Это женский напиток, многим он нравится, —пожимаю плечами я. – Так зачем ты пришла ко мне, красавица? Вернее, почему именно сейчас?

Вот это самый главный вопрос.

– Потому что… – начинает она неуверенно, – потому что мой бывший разрушил мою жизнь!

– Как именно? – хмурюсь. Так и знал, что этот уебок здесь замешан.

– Я… я была учителем, у меня был третий класс. Честно, никто из родителей не жаловался на меня. Все хвалили! —тут ее словно прорывает, по щекам начинают течь слезы. —Дети любили, да и я их тоже… Но директриса сегодня позвонила мне и сказала, что меня увольняют! А все потому, что ей и моим коллегам переслали видео… где я…

Девочка всхлипывает, а я сжимаю бокал до хруста. Блять, нет, я все же закопаю эту тварь.

– В общем, я пью в баре, а потом танцую. Честно… ничего такого, просто мы веселились с девочками с курса… Я тогда еще даже университет не окончила… —всхлипывает. – Я не знаю, где Артем нашел это видео, я думала, что давно удалила его… но вот оно тут. И сейчас меня выгоняют из школы… Директор обещала, что я уйду по собственному желанию, чтобы без скандалов…Но знаешь, я ведь так привыкла к своим детишкам, к своему классу…

– Из-за какого-то видео она решила уволить тебя? —просто даже не понимаю логики начальника. Если работник выполняет свое работу хорошо, то мне было бы похер, что он делает в свободное от работы время.

– Да, ведь учитель не должен пить, – с улыбкой, полной боли, произносит моя гостья. – Я не знаю… что будет дальше. Наверное…. будет тяжело устроиться после такого…

Уже раскидываю мозгами, кого можно задействовать для помощи. А директриса еще пожалеет, что так обошлась со своим педагогом. Думала, что девочку некому защитить?

– Поэтому я пришла сюда, Булат, – смотрит она на меня. – Если уж все считают меня неправильной, то я хочу быть такой!

– С удовольствием помогу тебе в этом, люблю развращать хороших девочек, – шепчу я. Да, блять, я так развращу ее. – Иди сюда!

Сам тяну к ней руку, помогая встать. Неуверенно, но она встает и идет ко мне. Но как только подходит ближе, останавливается, не зная, что делать дальше. Поэтому это делаю я. Быстро беру ее за бедра и сажаю на себя. Так что она от неожиданности вскрикивает. Оказавшись лицом к лицу со мной.

– Мы будем разговаривать именно так, – хрипло произношу я. И трусь об нее уже вставшим членом. Да, девочка, почувствуй, как я хочу тебя.

– Он… он большой… – немного шокированно смотрит она на меня. Ощущая мой бугор.

– Рад, что ты это заметила, – усмехаюсь. – Но думал, что ты это поняла раньше, когда мы плавали, – напоминаю ей о том купании. Надо бы повторить, только уже раздеть ее полностью.

– А теперь мне хочется узнать, сколько у тебя было мужчин, – без каких либо церемоний спрашиваю я, глядя на нее. Вижу, как она приоткрывает губы, ее дыхание участилось. Спорим, что она уже мокрая!

– Это так важно? – фыркает она, а я наклоняюсь и кусаю ее подбородок.

– Мне – да, теперь ты играешь по моим правилам, —рычу я. Забираюсь рукой под ее футболку, касаясь кожи, пусть девочка привыкает.

– Тогда я хочу задать встречный вопрос: сколько у тебя было женщин? – дерзко заявляет она. Усмехаюсь, ну да, логично.

– Окей, я отвечу.

– Один. Муж был у меня первым, – заявляет она.

И почему я не удивлен? Хотя и зол, что такому олуху досталась эта девочка, да еще и нетронутая, а он все проебал. Зато я с удовольствием возьму ее себе.

– Хорошо…

– Эй, а теперь ответь на мой вопрос, сколько у тебя было женщин? – напоминает мне Лера.

Усмехаюсь, уже сжимаю ее попку, и она даже не сопротивляется.

– Много.

– Много – это не ответ, – хмурится.

– Я не считал, красавица, – добираюсь до нежной шейки, прикусывая ее, пробуя кожу. Слышу ее стон, и да, это музыка для моих ушей. Ее кожа нежная, и там уже остается красный след от моих укусов и жесткой щетины. – Их было слишком много.

– И я буду в этом списке… – выдыхает она.

– Ты слишком много думаешь, – хрипло произношу я. – А должна думать только об одном…

Целую ее губы. Хотя нет, пожираю. Потому что хочется, хочется допить ее до дна. Никогда я так не хотел женщину.

Тяну ее футболку вверх, хочу видеть ее. Она не сопротивляется, потому что сама заведена.

– Давай сама, пока я не разорвал ее, – хрипло прошу ее, отстраняясь.

Щеки девочки красные, дыхание сбилось, а взгляд затуманен.

Дальше следует лифчик, и я опять смотрю на эти охуенные сиськи.

– Божественно, – хрипло говорю. Беру одно из полушарий, и оно идеально ложится мне в ладонь. – Ты знаешь, что я хочу, чтобы ты подрочила мне, используя только их?

От этих слов она стонет. Уверен, что никто не говорил ей таких грязных слов. Наклоняюсь и беру один сосок в рот, прикусывая, чувствуя, как он твердеет.

Вторая рука уже пробирается под ткань ее шорт, в трусики.

И да, блять, там очень мокро. Девочка течет. Один палец внутрь – и она дёргается, с ее губ слетает стон. Присоединяю второй. Блять, даже сейчас чувствую, какая она узкая, словно девственница.

– Булат… – хрипло произносит девочка, когда я начинаю трахать ее пальцами.

– Да, красавица, мне нравится, как ты произносишь мое имя, – рычу я и опять возвращаюсь к ее шее, прикусываю нежную кожу. Хочу оставить на ней засосы. Пометить, чтобы все знали, что она моя!

Лера уже ничего не соображает. Но сама насаживается на мои пальцы, входя во вкус. Я и сам еле сдерживаюсь, чтобы заменить пальцы своим членом. Но нет, хочу, чтобы она была трезвая, когда я буду трахать ее.

– Я сейчас… – хрипит она и смотрит на меня. Да я и сам понимаю, что она кончает, ждал этого момента.

– Давай, красавица, смотри на меня, – говорю я. Беру ее за шею, заставляя не отводить взгляд. – Хочу посмотреть на это.

И все, она доходит до кульминации. И да, это самый охуенный оргазм в мире. Так что я и сам готов кончить только от вида.

Она прислоняется лбом к моему плечу, тяжело дыша. А я глажу ее по мокрой спине и спутанным волосам.

– А теперь ложись спать, – говорю я то, что никогда бы не сказал ни одной женщине. Но мне приходится это сделать.

Она удивленно смотрит на меня затуманенным взглядом.

– А ты? – хрипло спрашивает.

– Сегодня я обойдусь рукой, но завтра ты никуда не денешься…