Глава 17

Домой я вернулась позже, чем планировала. Катя и мама уже поужинали, но оставили мне порцию запеканки. Я чувствовала лёгкие угрызения совести из-за задержки, но внутреннее воодушевление перекрывало всё.

— Как прошёл день? — спросила мама, когда я присоединилась к ним в гостиной. На её лице читалась усталость, которой не было утром.

— Неожиданно хорошо, — улыбнулась я. — Получила повышение. Теперь буду руководить проектом торгового центра.

— Ого! — Катя оторвалась от телефона. — Поздравляю, мам! Это круто!

— Это действительно отличные новости, — мама сжала мою руку, но улыбка вышла какой-то вымученной. — Думаю, нам стоит это отметить. У меня как раз остался тот клюквенный морс, который ты любишь.

Мы сидели за столом, пили морс, я рассказывала о проекте, о своей идее, о реакции коллег. Впервые за долгое время мы говорили не о проблемах, не о предстоящем разводе или финансовых сложностях, а о чём-то позитивном, о будущем…

— На выходных съездим к тебе в квартиру, посмотрим, что там и как, — предложила я, замечая её усталый вид. — Заодно и документы заберём, о которых ты говорила.

— Мы уже съездили сегодня с Катей, — мама тяжело вздохнула, бросив короткий взгляд на внучку.

— Да? — я удивлённо посмотрела на дочь. — А как же школа?

— У нас отменили последние уроки, — пожала плечами Катя. — Я решила бабушку проводить, ей одной тяжело.

— А как съездили? — спросила я маму, заметив, что она всё время потирает виски. — Голова болит?

— Да, немного, — она вздохнула. — И новости не самые приятные, Оля. Помнишь, я утром говорила о сдаче квартиры в аренду?

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от её тона:

— Что-то случилось?

— Там потоп, — мама покачала головой. — Серьёзный. Соседи сверху затопили квартиру, похоже, ещё неделю назад. Полы вздулись, обои отклеились. Жить там невозможно, не то что сдавать.

Я почувствовала, как моё хорошее настроение начинает улетучиваться:

— Почему соседи не сообщили раньше?

— Говорят, пытались дозвониться, но не смогли, — мама устало потерла глаза. — К тому же, эти новые жильцы сверху куда-то исчезли, телефоны не отвечают. А управляющая компания, сама знаешь... им не до чужих проблем.

Я кивнула, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Только этого не хватало. Очередная проблема, очередные непредвиденные расходы.

— Завтра съезжу посмотрю, — решительно сказала я, вставая из-за стола. — Если потребуется ремонт, решим, что делать дальше.

Утром я отпросилась с работы на пару часов и поехала в мамину квартиру. Район был старым, но уютным — тихие дворы, много зелени, пятиэтажные кирпичные дома хрущёвской постройки. Мама жила здесь с тех пор, как я себя помнила. Здесь прошло моё детство, отсюда я уходила в самостоятельную жизнь.

Поднявшись на третий этаж, я достала ключи, которые всегда носила с собой, и открыла дверь. Запах сырости сразу же ударил в нос. Я щёлкнула выключателем — свет не зажёгся. Видимо, электричество отключили для безопасности.

В тусклом свете из окна я увидела масштаб бедствия. Потолок в коридоре был покрыт серыми разводами, обои отошли от стен большими пластами, ламинат на полу вздулся пузырями. Я осторожно прошла дальше, открывая двери в комнату и кухню. Та же картина — следы потопа были повсюду.

В комнате я обнаружила, что струя воды попала прямо на мамин старый книжный шкаф. Книги, альбомы с фотографиями, документы — всё отсырело, многое было безнадёжно испорчено. Сердце сжалось при виде размокших семейных фотографий. Мама так дорожила ими.

На кухне ситуация была не лучше. Старенький холодильник стоял в луже воды, шкафчики разбухли от влаги, а с потолка до сих пор капало.

Я вернулась в коридор и присела на единственный сухой участок пола, доставая телефон. Нужно было найти телефон ЖЭКа, управляющей компании, кого-то, кто мог бы оценить ущерб. А потом вызвать электрика, чтобы проверить проводку, и сантехника для ремонта труб.

Я позвонила в управляющую компанию, описала ситуацию. Мне пообещали направить мастера, но «не раньше следующей недели». Типичная история.

Выходя из квартиры, я столкнулась с соседкой по лестничной клетке.

— Ольга! Давно тебя не видела. Как мама? — женщина средних лет искренне обрадовалась встрече.

— Восстанавливается потихоньку, спасибо, — я кивнула на дверь маминой квартиры. — А вот у нас здесь беда.

— Да, ужасная история с этим потопом, — соседка покачала головой. — Новые жильцы сверху... даже не знаю, как сказать. То ли безответственные, то ли просто неудачники. Поставили машинку, шланг отсоединился, а сами на работе. Когда вернулись — уже все этажи затопило.

— А где они сейчас? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

— Уехали, квартиру закрыли. Говорят, к родственникам. Телефон не отвечает. Управляющая компания пытается их найти, но пока безрезультатно.

— Понятно, — я вздохнула. — А страховки у них, конечно, тоже нет.

— Какое там, — соседка махнула рукой. — Съёмщики, молодая пара. Им своих проблем хватает.

После разговора я вернулась в квартиру и ещё раз ее обошла, делая фотографии повреждений для управляющей компании. Оценить стоимость ремонта навскидку было сложно, но я понимала, что речь идёт о значительной сумме. Новая проводка, замена полов, потолков, стен... По самым скромным подсчётам выходило не меньше полумиллиона рублей. Денег, которых у нас сейчас просто не было.

Выходя из квартиры, я столкнулась с мастером из управляющей компании, которого вызвала соседка. Он бегло осмотрел помещение, качая головой:

— Да, тут работы много. И главное — сначала нужно всё просушить, а иначе ремонт делать бесполезно. Бактерии, грибок пойдёт.

— Что вы посоветуете? — спросила я, чувствуя себя совершенно потерянной.

— Есть специальные осушители, можно арендовать. Но это тоже деньги, — мастер задумчиво почесал затылок. — Если хотите, могу дать контакты ребят, которые занимаются восстановлением после потопов. Они сделают всё под ключ, но и стоить будет соответственно.

Я взяла визитку, поблагодарила и вышла на улицу. Голова кружилась от обилия информации и нахлынувших проблем. Сдать квартиру в аренду в таком состоянии было невозможно. Продать — разве что за бесценок, с огромной скидкой на ремонт. А на капитальное восстановление нужны были деньги, которых у нас не было.

По дороге на работу я пыталась придумать выход из ситуации. Может, взять кредит? Но с моей нынешней зарплатой банки вряд ли одобрят достаточную сумму. Продать что-то ценное? У меня ничего такого не было, все деньги от продажи бабушкиной квартиры давно вложены в наше с Андреем жильё. Попросить у друзей? После истории с Андреем круг общения сильно сузился, да и неловко обременять кого-то такими суммами.

В офис я вернулась с тяжёлым сердцем, но твёрдым намерением не дать личным проблемам повлиять на работу. Сейчас это было важнее, чем когда-либо. Единственный стабильный источник дохода, шанс на финансовую независимость.

— Ольга, вот вы где, — Виктор Павлович встретил меня в коридоре. — У нас через час презентация для заказчика. Вы готовы?

— Абсолютно, — кивнула я, откладывая все тревоги в сторону. — Материалы уже загружены в систему, презентация готова.

В конференц-зале собрались представители компании-заказчика — серьёзные мужчины в костюмах, с планшетами и ноутбуками. Я стояла перед ними, объясняя своё видение проекта, показывая чертежи, отвечая на вопросы. Голос звучал уверенно, руки не дрожали, мысли были кристально ясными.

Когда я закончила, в комнате на мгновение повисла тишина, а потом раздались аплодисменты. Не вежливые хлопки, а настоящие, искренние аплодисменты.

— Впечатляюще, — сказал главный представитель заказчика, крепко пожимая мне руку. — Именно такой подход мы и искали. Креативный, но практичный.

После презентации Виктор Павлович отвёл меня в сторону:

— Не теряйте хватку, Ольга, — сказал он с уважением в голосе. — То, что вы продемонстрировали сегодня — это высший класс. Они в восторге.

В этот момент я почувствовала, как внутри разливается тепло. Несмотря на все проблемы, несмотря на разрушенную личную жизнь, потопленную квартиру матери, финансовые сложности — моя профессиональная жизнь возрождалась. И это давало надежду, что всё остальное тоже можно будет восстановить. Шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком.

Я справлюсь. Мы справимся — я, мама, Катя. Что бы ни случилось дальше.