Глава 20

Наше время

– Ты что вот так возьмешь и просто уйдешь?

Алан сверкал глазами, а я вытянула вперед руку.

– Алан иди пожалуйста к Мадине! Не надо ей всего этого слышать!

Сын мрачно вышел из спальни, а я наблюдала за тем, как Салманов складывает свою одежду в дорогой крокодиловый чемодан. Я подарила. Как и швейцарские часы. Себе ничего не скопила, зато всегда дарила мужу дорогие подарки, хотелось сделать все, как лучше.

Темирхан застегнув чемодан поднес его к двери и посмотрел на меня. Как то странно. Я сидела на кровати. В голове билась страшная мысль выпить и мне от нее было не по себе. Раньше такого не было, что это со мной…У меня что то поменялось… А может мама не просто так пила…Может ей так было легче?

Я помотала головой, даже думать об этом не смей, Карина. Даже не смей думать.

Никакого алкоголя. Дети. У меня дети…

– Ничего не спросишь?

Столько высокомерия, презрения…

– Нет! Иди к своей беременной содержанке которая только школу закончила!

Салманов скривился.

– Ты против меня сына настроила! Зачем? Я тебе сказал ничего не поменяется, просто в моей жизни появилась любимая женщина!

У меня потемнело в глазах. Как это звучит то любимая женщина…А я кто…Хрен собачий? Любимая женщина…

– Карина давай начистоту, я уважал тебя, ценил, но не любил и ты знала это!

– Нет не знала, как и не знала что это Женя человека за меня чуть не убил, а ни ты! Я тебя идеализировала и вот что получила!

Разочарование, привкус горечи, боль…Что только во мне не было. Все это так страшно что глаза на мокром месте. Я просто не знала что мне делать. Не знала, как быть дальше и что делать..

– Квартира остается детям, машину я забираю, деньги на первое время есть! Я перевел тебе на карту! Дальше иди работай, раз не захотела жить по моим правилам!

Толкает дверь, а я просто смотрю ему вслед. Я даже не успела его спросить чем она лучше меня. Моложе? Красивее? Или трахается лучше?

Сглатываю ком в горле. Больно. Очень больно…

– Мама, а почему папа ушел?

Мадина так на меня смотрела своими большими ясными глазками. Мне рыдать хотелось. До жути. Чтобы не смотреть на нее и не отвечать на этот вопрос. Почему папа ушел…Я тоже в детстве маленькая этот вопрос маме задавала почему папа ушел…Это так больно когда не полная семья, когда малыш ждет папу, хочет чтобы и папа и мама были вместе, но это невозможно…

Салманов бросил нас, ушел…Долго обнимал целовал Мадину, врал ей про командировку, а вот Алан даже не стал разговаривать с отцом. Просто ушел…

Как это все было больно…

– Он уехал в командировку!

Мадина вздохнула. Так философски, грустно совсем, как взрослая. От того, как она вздохнула.

– А я знаю что у папы другая семья, Алла сестра Димы, Алан и его друзья его избили сильно! И Аллу хотят избить! Она беременна, да?

У меня темнеет в глазах. Господи только ни это. Она все уже знает, как это страшно…

– Мадин…

– Мама, я уже взрослая и успокаивать меня не надо! Хорошо?

Я молча целую дочь. Это так все позорно… Ведь уже все знают, абсолютно все, вся школа Алана и Мадины.

С Аланом дела обстояли сложнее. Сын сделал вид что спит, а я сидела на кухне и смотрела на бар. Раньше у меня таких мыслей не возникало вообще. Я всего этого не понимала. Не понимала маму и вообще на всех праздниках меня и бокал вина не заставишь выпить, что сейчас происходило я не понимала.

Меня нереально тянуло…Нет нельзя… Надо на завтра обед приготовить, что то, Мадину и Алана в школу отвезти. Я так не могу. Встав отправилась к холодильнику и достав кусок говядины, отправила его в раковину под воду. Взгляд упал на початую бутылку коньяка. Внутри все перевернулось. Ничего от одной не будет, тем более я чуть чуть. Протянув руку достала ее. А следом сок.

Поставив на стол, достала бокал и плеснув коричневой жидкости, тут же отпила ее запивая сверху соком. Приятная обжигающая жидкость пронеслась таким теплом что я вздохнула и блаженно прикрыв глаза, села на диван. Хорошо…Мне было очень хорошо… Не понимая зачем я это делаю и для чего налила себе еще. Быстро запила соком и жалея что не курю, вздохнула. Память уносила меня далеко… На пятнадцать лет тому назад…Пятнадцать лет, в роман, в красивую историю где все начиналось и где я выбрала ни того, совсем ни того. Спасибо ему только за детей, больше ни за кого….

Пятнадцать лет назад

Солнечные лучи радостно проникали в комнату. Я распахнула окно. От запаха перегара запотели казалось стекла…

Вздохнула. Мама валялась на кровати. В грязных джинсах и такой же грязной майке. Волосы спутались.

Я не могла поверить что это моя мама. Красивая мама. Яркая красивая женщина…

Я ничего не понимала. Вздохнула и направилась на кухню убирать следы вчерашней попойки.

Чайник весело свистел на плите, а я подперев руку кулаком смотрела в окно. Скоро осень, а мне одеть нечего, у куртки рукава короткие, опять, как посмешище пойду в школу…

– Доброе утро!

От неожиданности я вздрогнула. На кухню вошел Никита. Я молча кивнула и быстро убрав чайник с плиты, насыпала себе растворимый дешевый кофе.

– В холодильнике полно еды, угощайся! Много чего есть! Карбонад, фрукты, арбузы!! Будешь дыню???

Никита широко улыбнулся, а мне от его улыбки дрожь по телу прошла. Чужого я никогда не брала, только когда Зинаида Ивановна очень вкусными булочками с яблоками угощала. А чужое не могла взять и еду этого Никиты брать не хотела.

– Спасибо, я не голодна! – тихо произнесла я и подхватив чашку выскользнула с кухни.

Находится с этими людьми, я ни то что не хотела, не могла…

– Карина, доченька, я немного денег Виталику отправлю и вот у меня есть! Денежка есть, ты не сердись на меня дочка!!!

Мама дрожащими руками на стол положила деньги. Я вздохнула, пару тысяч каких то, их ни на что не хватит…

– А сколько он заплатил?

Мама вздохнула.

– Виталик…

– Мама хватит! – я яростно ударила по столу. – Виталик игроман, а ты его долги карточные оплачиваешь, тебе сказать какой у нас долг за коммуналку? Мне одеть нечего! Неужели штаны дороже дочери?

Мама глаза опускает, а я в окно смотрю. Как это все низко и больно, как…

– Настя совсем человеческий облик потеряла! Пьет!

Я стояла в очереди за хлебом и слышала, как обсуждали мою маму. А когда то мы сюда приехали, были такими счастливыми. С нами жил папа… Мы были счастливы, а потом папы не стало и жизнь покатилась под откос, мама совсем скатилась…Виталик…

От омерзения меня передернуло. Его посадили и хоть за это я была счастлива что не приходилось терпеть его пьяную рожу, хотя мама без него пила также, как с ним если не хуже… Мама совсем скатилась и бабушки в очереди были правы…

– Маш, иди за пирожными, я колбаски куплю вкусной!

Я вздрогнула и обернулась. К очереди шла расфуфыренная в красивом дорогом платье, моя одноклассница Маша Константиновская с высокомерным взглядом и лучшая подруга Лены Монастырной, нашей королевы. Я отвернулась. На душе было противно…Пирожные…А я забыла когда их последний раз ела эти вкусные корзиночки с кремом… Блаженно закрыла глаза…Пирожные, как мне хотелось хоть одно, но я не могла, бюджет был рассчитан.

– Господи, прикинь замарашка наша в очереди! У нее босоножки стремные такие, да и футболка ты бы видела…

В горле встал ком. Она с кем то говорила по телефону и я понимала речь стоит обо мне. Ведь я была замарашкой для них. Беспонтовой замарашкой…