Глава 5

Аня – Сына? – заторможенно произносит Стас и переводит взгляд на Влада. – В смысле? Какого сына? От какой любовницы? О чем вы? – Стас, – выпрямляется перед ним Влад, – сядь, нам нужно поговорить. – В офисе насиделся. Объясни, что происходит. О чем только что сказала мама? У тебя есть кто-то на стороне? – Марина, – отвечаю я за мужа. – Он изменял мне с Мариной, моим психологом. И она сегодня родила ему сына. – Что? – в шоке выдыхает Стас, начинает быстро дышать. – Ты изменял маме? У тебя родился сын? – Да, это правда, – пристально глядя на него, кивает Влад. – У меня были отношения с Мариной. Она от меня забеременела, сегодня родила недоношенного ребенка, и… – Да мне плевать, кого она родила! – взрывается Стас. Его шея покрывается красными пятнами, глаза метают молнии, лицо перекосило от злости. – Ты, – медленно надвигается на Влада, – изменял, – сжимает руки в кулаки, – матери? Останавливается напротив отца, смотрит на него как боксер на соперника – свирепо, безжалостно. – Как ты посмел?! – хватает Влада за горло, тот вцепляется в его напряженную руку, пытается убрать от себя, но сын держит его мертвой хваткой. – Убью! – цедит сквозь зубы. – Стас, отпусти его! – кричу я, видя, как лицо Влада начинает синеть. – Стас! – пытаюсь оттащить. – Ты его задушишь! Стас мастер спорта по боксу, Влад – мастер спорта по каратэ. Они поубивают друг друга, если их не остановить. Влад смотрит на сына красными глазами, сжимает губы, как в замедленной съемке убирает от себя его руку, и отталкивает. У меня появляется возможность встать между ними. – Остановитесь! – приказываю, глядя на них по очереди. – Стоп! Дракой вы ничего не решите! – Вы что орете-то на весь дом? – спускается со второго этажа Софа. Запахивает шелковый розовый халат и поправляет полотенце на голове. – Вас даже из ванной слышно. О, Стас, привет! – подходит к брату и целует его в щеку. – Как отработал? – Привет, – цедит сквозь зубы, продолжая испепелять взглядом Влада. – Нормально отработал, – прищуривается и добавляет: – Свой последний рабочий день. – В смысле последний? – вскидывает брови Софа. – Ты что с работы увольняешься? – Считай, что УЖЕ уволился, – хрипло изрекает он, продолжая пилить взглядом Влада. – Подождите, подождите! – возмущенно смотрит на меня Софа, – мам, вы ему рассказали, да? Из-за этого он увольняется из банка? Типа папа для него столько всего сделал, сразу после универа взял к себе на работу, помогает ему во всем, и сейчас он, плевав на все это, просто берет и увольняется? Это нормально по-твоему? – Ты знала, что отец ей изменяет? – разворачивается к ней Стас. – Ты все знала? Давно? – Да, я знала, – вздыхает Софа. – Забыл, с кем я встречаюсь? Конечно мы с Захаром были в курсе их отношений. Но нас с тобой с детства учили не лезть в чужие дела, и… – Мама тебе не чужая! – рычит сын. – Ты знала, что отец крутит с этой… – сжимает губы, – и молчала? У тебя с головой проблемы, Соф?! – стучит пальцем по виску. – Ты первым делом должна была ей обо всем рассказать! Зачем ты скрывала это? У них ребенок родился, ау! – взывает к сестре, которая стоит с невозмутимым видом. – А мама только сегодня узнала об этом! Сегодня же, да? – бегло смотрит на меня, я киваю. – Капец… – в шоке смеется. – Дурдом какой-то. Получается, ты покрывала его. Да еще и общалась с этой Мариной. Вы же с ней чуть ли не лучшие подруги теперь. – Я еще раз повторяю, что не лезу в чуж… не лузу ни в чьи отношения! – повышает голос дочь. – Ты вообще половины всего не знаешь, а обвиняешь меня. Ты сначала спроси, почему я молчала? Может, потому что не хотела расстраивать маму, которая только недавно начала приходить в себя после смерти сестры? Может, я просто боялась добить ее этой новостью? Да, я узнала о том, что папа встречается с Мариной, и что она от него забеременела, и что я должна была сделать? Сразу бежать к маме? Или попытаться уберечь ее от нового стресса? Что я и сделал, между прочим! Она вообще не должна была узнать об этом, ясно?! Папа собирался увезти Марину с ребенком в Сочи, подальше от мамы, и все были бы счастливы, но случилось то, что случилось. Мама теперь все знает. – Допустим, ты не хотела травмировать маму, но какого черта ты постоянно терлась с этой Мариной, зная, что она носит ребенка твоего отца?! – кричит на нее Стас. – Чтобы не испортить отношения с Захаром, за которым ты бегаешь как собачонка? — – Стас! – гремит Влад. – Подбирай выражения! – Что ты сказал? – Стас поворачивается к нему правым ухом, крутит рукой в воздухе. – Повтори, повтори, что ты сказал? – Не смей с ней так разговаривать! – пугающим тоном произносит Владислав. – Она твоя сестра. Вижу, как к лицу сына приливает кровь. – А она твоя жена! – кивнув на меня, передергивает мышцами, и морщит нос от злости. – Твоя, черт возьми, жена! Ты спишь с ее психологом, но меня учишь, как нужно обращаться с сестрой? Да у нас тут большая семья нарисовывается! – смеется Стас. – Отец с психологом и сыном, ты с Заха… Он резко замолкает и в упор смотрит на Софу. – А… – протягивает он, – я, кажется, понял, почему ты прикрывала отца… Помнишь ты вышла из новой тачки Захара у нашего дома и сказала ему, чтобы он был поаккуратней с твоей машиной? Я это услышал и спросил у тебя, почему эта машина твоя? И ты сказала, что мне просто послышалось. А мне ни хрена не послышалось! – поворачивается к Владу. – Это ты купил ей тачку! Купил, чтобы она была на твоей стороне! – Это правда? – спрашиваю у Влада. – Ты купил Софе машину? Мы собирались купить ей машину, когда она сдаст на права. Хотели вручить на день рождения, в декабре. Софа еще учится в автошколе, прав у нее нет. А он уже купил ей машину, скрыв это от меня. И это говорит о том, что он действительно решил ее таким образом перетянуть на свою сторону. – Да, это правда. Я купил Софе машину, но на ней временно ездит Захар. Он по вечерам учит ее вождению. – Ах вот как… – качаю головой, разочарованно глядя на него. – А что скажешь по поводу квартиры в Сочи? Ты так и не ответил мне, на кого она оформлена. – Тоже на Софу, – равнодушно пожимает плечами. – Чтобы тебе от нее ничего не досталось при разделе имущества, – продолжает за него Стас. – Я верно излагаю? – выгнув бровь, смотрит на Влада. – Никакого раздела не будет, – расправляет он плечи. – И развода тоже не будет. Я уже сказал об этом вашей матери, и теперь говорю вам: Марина с сыном уедут в Сочи, а я останусь с вами. Будем жить так же, как жили раньше. – Ну что мам, – потирает ладони Стас, – может, блинчиков отцу испечешь? Мы же живем так же, как раньше. Он так решил. Чаю ему организуй, стол накрой, рубашки погладь. Ничего же не произошло, верно? Резко меняется в лице, подходит вплотную к Владу, и цедит: – Как раньше никогда не будет. Ты не будешь указывать нам, как жить, и как относиться к тому, что ты сделал. Вали в Сочи со своей новой семьей. Пошел к черту вместе со своим банком! Мне от тебя ничего не нужно. Я тебе до конца жизни не подам руки, запомни это. И я тебе не мальчик, чтобы диктовать мне, что делать, и как себя вести. Обводит его брезгливым взглядом. – Хреновый из тебя пример, – усмехается ему в лицо. – Жаль, что мой родной отец умер. Он любил маму. И никогда бы ее не предал. – Стас, ты дурак? – шепчет Софа. – Ты что несешь? Владислава задели за самое больное. Его зрачки сужаются, губы превращаются в тонкую линию, на скулах снова оживают желваки. – Давайте прекратим этот разговор, – боюсь, как бы они не подрались. – Я очень устала сегодня. Хочу пойти спать. Все остальное обсудим завтра. Стас, ты слышишь меня? – смотрю на каменное лицо сына. – Стас! – беру его за руку. – Идем наверх, пожалуйста. Перевожу взгляд на Влада и понимаю, что он затаил на Стаса дикую злобу за эти слова. Сын впервые в жизни упомянул Артема при Владе. Да, Стас никогда не видел родного отца, но я рассказывала ему о том, как мы любили друг друга, как он заботился обо мне. Да что там рассказывать – из фотографий, которые до сих пор хранятся в старых альбомах, и так можно понять, что между нами была космическая любовь. Я хотела, чтобы сын знал, каким был его биологический отец, и чтобы берег в сердце теплую память о нем. Но я всегда говорила ему, что Влад заботился о нем почти с самого рождения, рассказывала, как он помогал нам в трудные времена, всегда ставила его в пример. А сегодня этот «пример» рухнул как карточный домик. Для Стаса его предательство – это такой же удар, как и для меня. Он всегда уважал Влада, относился к нему как к отцу. Несколько лет назад на дне рождении Влада Стас в тосте произнес очень добрые слова: «В детстве я на тебя часто злился за то, что ты был строг ко мне, но сейчас я благодарен тебе за достойное воспитание. Ты многому меня научил. Ты стал для меня примером. А ваши отношения с мамой – самый настоящий образец счастливого брака. Я горд, что у меня такой отец. Обещаю, что никогда тебя не подведу». А сейчас он смотрит на него как на ничтожество. Влад опустился в его глазах на самое дно. – Все, идем, – тяну за руку сына. Он наконец-то сжимает мою ладонь, напоследок жалит взглядом Влада, мы идем к лестнице, и слышим за спиной: – Посмотрю, как вы оба скоро заговорите!