Глава 3

Я еду домой, не веря в то, что делаю. Как я могу подозревать мужа в связи с Верой? Да это просто абсурд!

Ну не бывает такого в жизни. Правда ведь? Не бывает же?

Чувствую себя глупой, ревнивой и подозрительной женщиной. Аж самой противно от своего поведения. Но что-то внутри не дает покоя. Женское чутье еще ни разу меня не подводило.

Бросаю машину на подъездной дорожке и вхожу в дом.

В доме пусто.

Тишина сразу бьёт в уши. Обычно Кир всегда включает музыку или телевизор фоном, но сейчас — ничего. Я прохожу в гостиную, бросаю сумку на диван и оглядываюсь.

— Кир? — зову я, но ответа нет.

Поднимаюсь на второй этаж, захожу в спальню — пусто. На кровати аккуратно сложена его домашняя одежда, но самого Кира нет. Странно.

Достаю телефон, набираю его номер. Гудки идут долго, но он не отвечает. Пробую снова. И снова. Абонент недоступен.

У меня внутри что-то неприятно сжимается. Это уже ненормально. Кир никогда не игнорирует мои звонки. Даже если занят, он всегда перезванивает через пару минут. А сейчас… ничего.

Я опускаю телефон, обхватываю себя руками.

Что-то тут не так.

Я снова вспоминаю слова Насти: «Нет у неё никакого мужа…»

Грудь сдавливает тревога. Дышать становится тяжело. Я сошла с ума, придумав несуществующую теорию заговора. Но если вспомнить, Вера всегда выпытывала у меня подробности моей семейной жизни. Особенно сильно ее интересовали мои отношения с мужем. Я не обратила на это внимания. Просто бабский треп, не более.

Это не может быть Вера.

Но если всё так, то почему мне так не по себе? Почему Кир не отвечает?

Внезапно мне приходит в голову мысль.

Его кабинет.

Я никогда туда не лезла. Кир не запрещал, но всегда как-то… охранял это пространство. Говорил, что там рабочие документы, ничего интересного.

Но сейчас… Может, я найду там то, что он может скрывать?

Я почти несусь туда, толкаю дверь. Внутри идеальный порядок. Полки с книгами, аккуратно расставленные папки, ноутбук на столе, закрытый.

Я начинаю рыться. Раздвигаю бумаги, проверяю ящики, открываю шкафы. Сердце стучит в груди бешено.

Но ничего.

Ни единого намёка на что-то подозрительное.

— Чёрт… — выдыхаю я и опускаюсь на пол прямо посреди кабинета.

Нервы сдают. В груди распирает отчаяние, и вдруг мне становится до абсурда смешно.

Я действительно сошла с ума.

Вот так сидеть, рыться в вещах мужа, подозревать его в каком-то любовном романе… Да у меня просто поехала крыша!

Но почему тогда мне всё равно так тревожно?

* * *

Я сижу в гостиной, бессмысленно уставившись в экран телевизора, где мелькают какие-то кадры из фильма, который я даже не слушаю. Внутри всё ещё тлеет напряжение, но оно уже не такое удушающее, как днём. Я устала. Дико устала.

Часы показывают почти два ночи, когда наконец хлопает входная дверь.

Я сразу поворачиваю голову, сердце сжимается, но я стараюсь выглядеть спокойно.

Кир заходит в гостиную, слегка удивлённо приподнимает брови, увидев меня.

— Почему не спишь? — его голос звучит мягко. Он снимает куртку, бросает ее на кресло.

Я пожимаю плечами, поднимаю чашку с уже остывшим чаем и делаю маленький глоток.

— Без тебя не могу уснуть, — тихо говорю я.

— Серьезно? С тобой все в порядке, Нина? Чаще всего ты уходишь спать в другую спальню, сбегаешь от меня при каждом возможном случае. А сегодня — уснуть не смогла, — усмехается Кир, подходя ко мне ближе.

Я вся сжимаюсь. Черт, он прав. Надо было правдоподобней врать.

— Где ты был? — я стараюсь, чтобы голос звучал буднично, но сама внимательно смотрю ему в лицо. — Я тебе звонила, ты не отвечал. Поэтому и волновалась. Думала, с тобой что-то произошло.

Кир потягивается, зевает и проводит рукой по волосам.

— Мужики пригласили внезапно поиграть в гольф. Мы были за городом.

Кир ведёт себя как обычно. Расслабленный, чуть уставший, но довольный. В его голосе нет ни капли напряжения, ни малейшего намёка на ложь. Я накрутила себя. Как дура.

— Телефон оставил в раздевалке, совсем про него забыл. Потом в гольф-клубе поднялись в бар. Не заметил как время прошло. Обратно час езды, вот и вернулся так поздно.

Я смотрю на него, ожидая, что сердце сожмётся от нового приступа тревоги… но оно, наоборот, постепенно отпускает.

Гольф? Ну да, похоже на Кира. Он всегда любил такие вещи.

Я киваю, делаю ещё один глоток холодного чая.

— Понятно, — выдыхаю, позволяя себе расслабиться.

Значит, я правда себя накрутила.

— Ты спать собираешься? — спрашивает.

— Да, пять минут.

Кир кивает и уходит в нашу спальню. Я расслабляюсь. Ну, что за глупости, в самом-то деле? Вот же придумала себе! Если кому-то расскажу — засмеют!

Я допиваю чай, закусываю губу и наблюдаю, как Кир выходит из гостиной. Он идёт неторопливо, движения плавные, уверенные, без намёка на вину. Он проходит в нашу спальню, даже не оглядываясь, не пытаясь ничего уточнить.

Если бы ему было, что скрывать, он бы вел себя по-другому, верно?

Я трясу головой, пытаясь окончательно выбросить из головы глупые подозрения.

Я поднимаюсь, собираю со стола пустую чашку, выключаю телевизор. Всё, спать. Завтра в благотворительном центре полно работы, мне нужно быть в форме.

Но когда я уже собираюсь идти в спальню, бросаю взгляд на куртку Кира, небрежно брошенную на кресло.

И вдруг внутри что-то сжимается.

Карманы…

Пальцы сами собой тянутся вперёд. Я застываю в нерешительности, будто жду, что Кир сейчас вернётся, поймает меня, но он уже в спальне, и я слышу, как он включает воду в душе.

Я сама не знаю, зачем это делаю. Мне ведь уже спокойно, верно?

Но что-то внутри меня не успокаивается.

Я осторожно засовываю руку в карман его куртки и почти сразу нащупываю что-то твёрдое.

Пульс подскакивает, я достаю находку и, взглянув, чувствую, как по спине пробегает холодная дрожь.

Чек.

Из бара. Вчерашняя дата.

Но не из гольф-клуба.

А из дорогого ресторана в центре города.