Глава 17

– Серьёзно? Ответить? – переспрашиваю. – Да-да, только не говори ничего про вчерашнее, может, он сам намекнёт? – Ага, или прямым текстом скажет. Поёрзав на стуле, я снимаю трубку и ставлю телефон на громкую связь. Пегов даже не скрывает своего самодовольства. Крайне обеспокоен тем, как у меня дела. – Маря, у тебя всё хорошо? Ты что-то пропала… – Несколько дней назад. А ты только сейчас очухался? – Не язви, тебе не идёт. – Теперь я сама решаю, что мне идёт, что нет. Я поднимаю взгляд на Артура, у того покер фейс натянут, а мне неприятно перебрасываться любезностями с Гриней при Крылове. – Ты, смотри, аккуратно на дорогах, а то дожди зачастили, скользко там. – Да-да… и проводка в коммерческих помещениях горит. Это я в курсе, – не могу удержаться от сарказма. А Крылов смотрит на меня возмущённым взглядом и одними губами произносит: «Не провоцируй». – Ты сейчас о чём? – с подозрением спрашивает Пегов, но я отмахиваюсь. – А ты о чём? Чего хотел-то? Григорий с ходу начинает давить на то, что нам надо встретиться. – Зачем? – спокойно спрашиваю, а у самой внутри всё дрожит от возмущения. – Подписать соглашение, я переделал его. Сумму увеличил до пяти миллионов, и знай, что это моё последнее предложение, – добавляет уже строго. – Ну просто аттракцион невиданной щедрости, – тяну елейным голосом, потом уже резче: – Мой ответ прежний. Нет. Будем делить по суду, как положено. Потому что цена вопроса больше пяти миллионов. Значительно больше! – И мой ответ прежний, – рявкает, внезапно вышедший из себя Гриша, – ты ничего не получишь. Ни черта, Маря. Он, наверное, думал, я буду сговорчивее после проблем, которые он мне устроил, но на самом деле, проблемы будут у него самого, когда люди Крылова найдут исполнителей и те сдадут заказчика. – Пусть будет, как будет, – философски замечаю и кладу трубку первой. Затем вздыхаю и смотрю на Артура. – Прости, я только сейчас начинаю понимать, насколько он меня бесит. И что делать будем? – Постарайся не реагировать. – Да я не об этом. – Я понял. Пока живёшь в спокойном режиме, – даёт краткие указания. – Занимаешься восстановлением бизнеса, нанимаешь круглосуточного охранника, ты же понимаешь, что теперь он точно нужен? Я киваю. Куда уж там… конечно, теперь без вариантов. – А мои люди готовят документы, которые тебе нужно как-нибудь подсунуть на подпись мужу. У тебя есть идеи, как это можно провернуть? – с хитрой усмешкой интересуется. – Не имею не малейшего понятия, если честно, но могу попробовать. Надо просто подловить удачный момент. Например, когда он в расстройстве. Гриша плохо соображает и обычно растерян, если что-то его выбило из колеи. Уж я за годы брака изучила эту его особенность. А там налью чарку, как говорится, он выпьет и даже подвоха не заметит. Он, наверное, и не подозревает, что я могу хитрить. Уж сколько лет я для него, как открытая книга, он это сам говорил. Мол, тебя всю прочитал. А тут, хоп, и второй том неожиданно вышел с запутанной завязкой. – А что в документах тех? – Полный перевод бизнеса на тебя. Он откажется от своей доли. Мои глаза в шоке распахиваются. Я даже неосторожно дёргаю рукой и что-то с громким стуком летит на пол со стола. – Ой… – настораживаясь, выпрямляя спину. – Навряд ли он такое подпишет. – Ну не подпишет, будем действовать по плану «Б», но, если подпишет, тебе же легче будет. Оставишь его с дулей, а не он тебя. Я медленно киваю, пытаясь просчитать, насколько это реально? – Отлично, – продолжает Артур. – Ну а насчёт твоей доли в бизнесе, что подумала? Тебе нельзя оставлять её себе. Лучше продай, отдай под управление. – Навряд ли Гордей в это впишется. А ты? Крылов смотрит на меня прищурившись, и меня охватывает напряжение. Он сейчас похож на дикого опасного тигра. Он может быть мягким, но сдержанным, а может быть хищным. Вот сейчас в глубине глаз я вижу предупреждение, что с этим мужчиной надо поосторожнее. Артур и сам мне это говорит. – А ты не боишься просить меня вписаться? Не выдержав напряжения, я вскакиваю и, сжимая чашку с кофе в руке, начинаю выхаживать по комнате. Мысли мои крутятся в хороводе. – А что делать, Артур? Мне больше некому доверять. Придётся тебе. – Я самый ближайший конкурент твоего мужа. Ты не подумала, что я просто хочу его фирму себе? – А ты хочешь? Крылов наклоняет голову сначала к правому плечу, потом к левому, очень медленно. – Скажем так, не отказался бы. – Спасибо, что предупредил, но у меня, правда, вариантов нет. Давай я просто буду думать, что ты благороднее Пегова. – Не знаю даже, можешь думать, конечно, но ради твоего же спокойствия подпишем соглашение, закрытое. По которому я обязуюсь всё тебе обратно продать, скажем, через пять лет. Что думаешь? – Думаю… я почитаю случаи из практики, возможно ли такое, но ты, правда, мой единственный вариант. Звучите это моё «ты – мой единственный вариант», как-то двусмысленно. Я даже немного смущаюсь от короткой усмешки Артура. Он всё подмечает. Пока я борюсь в желающими порозоветь щеками и взвешиваю за и против, хотя там взвешивать нечего: их почти поровну; Крылов подходит ко мне и забирает у меня чашку. – Ты её сейчас сотрёшь в пыль. Расслабься. – Сам меня напряг, теперь расслабиться предлагаешь, – фыркаю я, ничего не подразумевая под своими словами, но Крылов… Крылов отставляет чашку, а затем проводит кончиками пальцев по моим обнажённым плечам. – Расслабься, – приказывает он. И я то ли вздыхаю, то ли произношу что-то вроде протяжного «а-а-ах». Артур щекочет до мурашек, которые разбегаются по всему телу. А после плеч – его руки скользят по сторонам моей шеи к мочкам ушей и тут я закрываю глаза и… уже точно не могу сдержать стона. Который тут же тонет под натиском горячих губ Артура. Он захватывает мою нижнюю зубами и мягко покусывает, заставляя впустить свой язык и дать ему полный доступ. Его пальцы зарываются в мои волосы. Одной рукой он наглаживает затылок, второй продолжает ласкать шею. А потом гладить щёку, ключицу и ниже. Скользит по груди, пока не останавливается на талии. Я наклоняю голову, и мы продолжаем целовать. Глубоко, страстно, сладко. С привкусом кофе и корицы, которую я добавляла в свой.