Глава 22

— Что за фото тебе прислали? Ты уверен, что на них всё было однозначно? Что ты не мог просто как-то не так понять?

— Ну нет, — он откинулся на спинку стула. — И тебя, и Голованова я на них видел максимально чётко. В кафе, в парке, поцелуи, объятия. Потом видео в коридоре, уже менее чётко, с трясущейся камерой, но всё равно было видно, что это тебя он целует.

— Допустим, фото подделали, — задумчиво произнесла я. — Технологии и тогда позволяли. Но видео? Его ведь не склеишь из ничего. Или можно?

Я подняла взгляд на Андрея, боясь в очередной раз увидеть там сомнение. Но нет, он крутил вилку в пальцах, но в его глазах не было ни намёка на: «Конечно, рассказывай, подделка».

— Ты говорил, была ещё и переписка? В каком виде? Где?

— Корпоративная почта, уже после того, как ты ушла, подняли это дело.

— И снова Виктор помог?

— Не Виктор. Отец.

— Твой отец? — удивилась я.

Андрей кивнул.

— Он затеял внутреннюю проверку, искал предателя среди своих, и вот нашёл.

— Нашёл…

Внутри кольнуло болью. Вспомнилось, что, когда я была вынуждена уйти, Сергей Борисович даже взглянуть на меня отказался. Вот, значит, в чём дело.

Я молчала, с трудом сдерживая дрожь.

— Почему ты мне об этом не рассказал? Я ведь только сейчас узнала, что меня обвинили в сливе информации.

— Всё это казалось лишним, — хмуро произнёс он. — Я для себя поставил точку.

За столом повисло тягостное молчание.

— А ты не мог показать мне всё это и спросить, что я об этом думаю?

— Мог, — ответил он после паузы. — Но ты бы стала отрицать, а я бы не поверил.

Я резко подняла взгляд.

— То есть никакого шанса у меня не было?

— Не было, — устало признал он. — Я этим не горжусь, но я был молод, упрям и… чертовски уверен, что знаю всё на свете.

Я усмехнулась.

— Знаешь, что самое обидное? Я даже не знала, в чём ты меня обвиняешь. Ты просто поставил точку за нас обоих. Не позволил мне оправдаться.

Я могла собой гордиться, обида в голосе почти не прозвучала. Андрей выглядел так, будто признал поражение, но ответить не успел.

Официант принёс наш заказ, и мы переключились на еду, каждый думая о своём. Вкуса я почти не чувствовала, не стоило так тратиться.

Но это был шаг Андрея к пониманию, хоть и слишком поздно.

— Скажи, — произнёс он, глотнув воды. — Насчёт ребёнка. Что это тогда было?

— А ты как думаешь?

— Я хочу услышать от тебя.

Я вздохнула и ответила:

— Просто ошибка. У меня была задержка, я испугалась.

— Ты поэтому так нервничала в последнее время? — догадался он.

Я кивнула.

— Когда решилась рассказать, было слишком поздно.

— Я повёл себя отвратительно. Прости.

Я мигнула, удивившись.

— Ну, ты ведь нашёл меня позже, убедился, что я не беременна.

Не то чтобы я искала для него оправдание, я даже не знаю, как бы он поступил, если бы я всё-таки ждала ребёнка.

— Это не отменяет того факта, что я серьёзно ошибся, — жёстко сказал он.

Я вдруг поняла, что он не только с окружающими строг и холоден. Двадцать лет назад он таким не был. А теперь самый строгий судья для себя самого.

— Как скоро Виктор начал за тобой увиваться? — спросил он наконец.

— Скоро. Но я после тебя никого к себе не подпускала. Больше года.

Он помолчал, хмуро глядя на меня.

— А ты? — не сдержалась я. — Твоя жена…

— Вика, — коротко бросил он. — Антипина.

Мои брови поползли вверх.

— Та самая?

Я прекрасно знала, кто она такая, крутилась возле него, дочь друга Сергея Борисовича. Андрей смеялся, что отцы договорились поженить их ещё в детстве.

— Ты же её терпеть не мог.

— Не мог. Но она была рядом, — признал он, как есть.

Я кивнула, ничего не сказав. Всё просто, нашёл мне замену, и даже искать не пришлось. Утешился, женился, обзавёлся сыном. Молодец.

Он читал мои мысли, они были написаны у меня на лице.

— Знаешь, наверное, карма всё-таки существует, — горько усмехнулся он. — Мы развелись из-за её измен.

Я не сдержала удивление.

— Почему, если она так тебя хотела?

— Наверное, все хотят, чтобы их любили. Я её не любил.

Его способность спокойно признавать неприятные истины немного удивляла. Витя придумал бы сто причин, почему он не виноват в разводе.

— Если карма существует, тогда за что наказана я? — улыбка вышла кривоватой.

Нет, безгрешной я себя не считала, тоже допускала ошибки, тоже, наверное, могла побороться за свою любовь. Добиться от Андрея объяснений.

Гордость не позволила. Я просто ушла, когда мне указали на дверь, не желая унижаться.

Будь я тогда беременной, родила бы от него ребёнка, и плевать, если бы он не захотел участвовать.

Но вышло иначе. Ребёнок у меня есть, но не от него. А от того, кто мне теперь противен.

— Что ж, — наконец произнесла я. — Если этот разговор поможет нам мирно сосуществовать в твоей фирме, я буду рада.

Я улыбнулась и отпила воды.

— Мне очень нравится на новом месте. Сергей Львович…

— Вер.

— Да?

— Я надеюсь на большее.

Я застыла, не донеся салфетку до губ.

— То есть?

— Я хочу восстановить справедливость. Наказать виновных.

— И как ты собрался их наказывать?

— Найду варианты. Ты ведь хочешь, чтобы Виктор понёс за это ответственность?

— Я уже отомстила ему. У него и так проблемы с бизнесом. Не хочу тратиться всю жизнь на попытки ему насолить. Для меня сейчас главное — получить развод.

— У тебя хороший адвокат?

— Да, вполне.

— Если нужно…

— Не нужно, спасибо.

— Принципиально не хочешь моей помощи?

— Будь это так, я бы на тебя не работала.

Андрей хмыкнул, признавая мою правоту.

— Хорошо. Давай договоримся, если что-то понадобится, ты можешь прийти ко мне.

Я молча смотрела на него.

— Или позвонить. В любой момент, — добавил он с нажимом.

— Как быстро ты изменил ко мне отношение.

Его взгляд прошёлся по моему лицу, подмечая там обиду.

— Я сказал, что хочу восстановить справедливость.

— А я сказала, что меня устроит, если мы будем мирно работать вместе. Большего мне не нужно.

— Вера.

— Андрей.

Я подняла на него взгляд, отложив приборы.

— Спасибо за прекрасный ужин. Правда.

От его внимания мне захотелось сбежать подальше. Отвыкла я от него. Сжав губы в тонкую линию, Андрей кивнул.

— Хорошо, не буду тебя торопить.

Что он имел в виду? В друзья ко мне набивается? Разворот на сто восемьдесят градусов?

Закончив ужин, он отвёз меня обратно к офису и проводил до машины. Открыв дверь, я собиралась сесть, но Андрей придержал меня за локоть. Я повернула к нему голову и услышала:

— Я говорил, что мне нужно большее.

Я непонимающе взглянула на него.

— Для начала, заслужить твоё прощение.

Этого я точно не ожидала. И тем более того, что, наклонившись, он поцелует меня в щёку. Почти невинно и дружески, если бы я не знала Андрея так хорошо.

Ничего просто так он не делает.