Глава 69

— Упс… у нас гости, — протягивает Лена. — Неожиданно.

— Это к лучшему, — изрекает Фомин.

— Серьезно? К лучшему? — Миша смотрит в шоке то на друга, то на псевдодочь. — Вы за моей спиной? И давно? И твоя типа дружба, Коля — это всего лишь прикрытие, чтобы добраться до моей фирмы?

— Все несколько иначе, Миш. Не делай поспешных выводов.

— Да, мы тебе не враги, так что не надо так реагировать, — Лена ставит пакеты и проходит в комнату, садится на подлокотник кресла рядом с Фоминым.

Он тут же вскакивает и уступает ей место.

— Присаживайся, Лен. Разговор у нас будет непростой.

Видимо, мало ему потрясений. Теперь снова шок. Миша и подумать не мог, что человек, которому он реально доверял, мог так поступить.

— Интересно, а Надя с вами в связке работает?

— Нет. Я с матерью разорвала контакты и больше ей не помогаю, — Лена поджимает губы.

— Мы случайно пересеклись пару месяцев назад. До этого я только от тебя слышал про Надю, про Лену знал, снова же с твоих слов. Мы встретились в ресторане. Я узнал ее по фотке, подошел, она была одна, ела и с кем-то переписывалась в телефоне, — Николай стоит позади кресла, над головой у Лены. Смотрит на Мишу открытым взглядом, ни капли раскаяния, стыда. Выглядит спокойным и сосредоточенным. — Она подняла на меня взгляд и нечто между нами произошло. Я уже не молодой пацан, всякое в жизни было… но, чтобы так проняло… Я обалдел. Не мог я пройти мимо, ощущал отклик. Мы стали общаться. Сначала просто… я медлил, разница в возрасте, я был уверен, что она твоя дочь. Лена была скрытной, о себе практически ничего не говорила. И вечно дерганая была, отчаянное беспокойство в глазах. С ней явно что-то не то было.

— Было, — псевдодочь кивает. — Мать на меня давила. Всю жизнь так. А я стремилась ей доказать, что люблю ее, не разочарую, хотела, чтобы она мною гордилась. А требования мамы становились все жестче. Только сейчас могу признать, насколько я была от нее зависима. Я вышла замуж за левого мужика только потому, что на него указала мама. А он был ей нужен для ее грязных муток. И таких примеров очень много. А я все ей что-то пыталась доказать. Но знакомство с Колей все изменило. Я на многое стала смотреть иначе.

— Мы постепенно сближались. Ты надумал уходить от Веры, я подумал, что это неплохая возможность нам все расшириться. Твоя Вера бы не согласилась на слияние, а ты вполне. Я полагал, что мы все заживем дружной семьей, ты с Надей, я с Леной. Но я тогда и понятия не имел, что из себя представляет Надя. Мой косяк, не стал копать сильно. А Лена насчет матери молчала. Только недавно мне открылась, и мы обсудили все. Плюс еще твои откровения Миш. Далее я и сам копнул и многое выяснил. Она реально Гадя. Что я пытался тебе донести, но разве ты меня слушал? Я был послан. А мне уже не нужно было слияние такой ценой. У меня успешный бизнес. У меня любимая рядом. И если Гадя как-то во все это проникнет — это будет крах всему. Я сказал Лене рвать все связи. И я не хочу никакого договора. Вера на самом деле сделала благое дело, подав в суд. Если ты продолжишь таскаться с Гадей, она тебя по миру пустит, а с тобой и меня.

— Нет больше у меня фирмы… Вера шантажировала грешками Нади, говорила, что пустит все в ход и тогда Лене и Наде будет плохо. И я все переписал на Веру. Отказался от фирмы чтобы спасти… — Миша судорожно сглатывает горький ком.

— Ты спасал меня? — Лена вскакивает с кресла, подбегает к Мише. — Я не ожидала… реально… Благодаря матери у меня могли быть такие проблемы… я столько натворила… — по щекам льются слезы. — Миша, это такой поступок! Ты герой в моих глазах! Ты не останешься без поддержки!

— Конечно, нет! — кивает Фомин. — И хорошо, что Вера встала у руля компании, — добавляет. — Она женщина умная, талантливая и заслужила это.

— Да, Вера кремень. Я ее ненавидела, потому что ее ненавидела моя мать. Это жутко вот так зависеть от матери. И я до сих пор не знаю, как так получилось. Как она настолько привязала меня к себе, что постоянно хотелось угождать, чтобы заслужить хоть одну похвалу, чтобы она признала, что я хорошая дочь, а не глупая паршивка… Но, чтобы я ни делала, я всегда оставалась глупой паршивкой… — по щекам Лены льются слезы.

— Ленусь, слезы очищают. Она в прошлом. Я больше не позволю ей даже приблизиться к тебе, — Фомин обнимает ее и смотрит на друга. — Мишань, прорвемся. Ты главное в своей голове наведи порядок, а мы с Леной тебя не оставим. Ты не один. Просто знай это.