Глава 16

Первая мысль, промелькнувшая в это мгновение: не дай боги ты что-то попытаешься сделать.

Хотя сердце, понятное дело, вздрогнуло от этой мысли, самой идеи, что Кассиан готов помучиться ради меня.

Тем не менее я понимала, что ситуацию это только ухудшит. Я снова проиграю. Веры в то, что во мне еще есть ресурс, чтобы простить, пережить и принять новую реальность, во мне не было. И дабы не думать об этом, я с горьким удовольствием уходила в работу.

Но теперь и в ней, такой желанной, не было уединения, чтобы тайно рефлексировать о своих переживаниях.

- Я искренне надеюсь, что у тебя ничего не получится, - глухо произнесла я и встала, неловко отстранившись от Кассиана. Подарок его я оставила на столе, хотя только одна мысль об этом заставляла мое сердце предательски сжиматься.

Тяжело было не обернуться, не подойти и сказать ласковое успокаивающее слово, как я привыкла, будучи примерной хорошей женой, когда многократно ставила свои чувства ниже других.

Кто бы мне еще сказал, зачем я это делала? Кого сделала счастливее?

Глупая вера уничтожила мой брак.

Податливость и угодливость не смогли сохранить верность мужа.

Меня учили быть мягкой и заботливой, сдерживать свой характер для работы, а дома быть не драконом, а ласковой кошечкой. И да, я десятки лет пыталась бороться с ощущением, что сову натягивают на глобус, и все таки смогла.

Вот так и села у разбитого корыта.

И сажусь в очередной раз, потому что маньяк еще чудесно разгуливает на свободе и ищет очередную жертву, а я даже его психологический портрет не составила и не выявила ритуалы, свойственные психопатам.

Что он хочет? Почему здесь?

Хочет быть найденным?

Хочет, чтобы я восхитилась его изворотливостью?

Ну так вот, милый маньяк, на фоне Кассиана и Валериана даже твоя изворотливость страдает.

Эта мысль придала мне бодрости, и я нашла Стефана во дворе. Он возился с какой-то штуковиной, которая полязгивала и выдахала зловонный черный дым.

- Что это? - скептически поинтересовалась, подберев боком стену с облезшей краской.

- Это внедорожник! - с гордостью сообщил помощник, представив мне еле живой вонючий агрегат, словно представил невесту родителям.

- И?

- Ну как. Валериан сказал, что нам нужен транспорт на случай погони, коль его истинная не соглашается быть таковым. И вообще это недостойное дело женщины таскать на спине мужиков.

- Как будто на шее достойнее, - фыркнула я.

Стефан насупился.

- Я не понял.

- Тебе и не нужно, - отмахнулась. - Продолжай? - я нацепила на лицо максимально заинтересованное выражение.

- Мы сможем спокойно передвигаться по лесу и возить жертв маньяка, если таковые еще будут. Осталось немного починить. Я, когда искал реактивы дома, нашел еще детали, да и вспомнил, что выписанный пару лет назад из столицы внедорожник стоит без дела.

- Будем честны: его списали. Тем более для этого агрегата явно требуется тягловая сила.

- Об этом не беспокойтесь. У нас есть накопители! Я еще статью читал, что идея не прижилась в столице, и все решили, что на лошадях сподручнее.

- А изобретателя куда дели?

- Выслали, - вздохнул Стефан. - Куда-то далеко от столицы.

- Разве есть что-то дальше Скайглора? - проворчала едва слышно. - Ты такими делами занимайся в свободное время. Нам психологический портрет маньяка составить нужно!

- Так в свободное время я с Маей, - попытался возразить Стефан, но остановился под тяжестью моего взгляда. - Ладно, понял. Скоро сделаю отчет.

- Вот и прекрасно, - заключила я и, дабы не встречаться с Кассианом, направилась к Маей, проведать, не разворотила ли она дом. Я все еще не знала, сколько в ней животного и сколько человеческого. Тем более во всем теле ощущалась странная слабость.

Зверюшка нашлась там же, где я ее оставила: на моей кровати, вольготно развалившаяся и помахивающая ядовитым хвостом во все стороны. Я, к своему огромному удивлению, обнаружила тонкий луч солнца, пробивающимся из окна, под которым и разомлела Майя. От нее пахло кашей, словно она доела всю кастрюлю, которую я приготовила себе на неделю.

- Ну что, подруга дней моих суровых, - сказала я, присаживаясь на край кровати и отпихивая пятой точкой пушистой тело ближе к стене. - Что нам делать-то? У меня есть смутное ощущение, что наша жизнь вот-вот развалится на кусочки.

Последнее я едва пробормотала.

Едва сдерживаясь, я вскочила и побежала в уборную. Меня снова вырвало.