Глава 10

Мила

Несколько дней от Николая не было никаких новостей, я уже начала переживать. Может я была слишком навязчивой во время последней встречи? Он не выходил из моей головы, его руки, плечи… Я не могла думать об учебе, работе. Ба тоже достала своими нравоучениями! Еще и начала подозревать что-то, постоянно упрекает меня, говорит, что я в облаках летаю. А как не летать, если рядом такой мужик? Говорит, мне надо о работе думать и об учебе, что я должна в люди выбиться. Сама-то она ни фига никуда не выбилась, всю жизнь проработала швеей, кроме квартиры ничего не купила. Короче, так себе из нее советчик.

Анька писала, что там что-то с младшим произошло у них, может поэтому Николай молчит, за сына переживает. Мне кажется, он хороший отец, а они его не ценят. Никто. Только я знаю, как ему угодить.

— Здравствуйте, меня зовут Мила, сегодня я бу… — я начала свою привычную речь, сегодня у меня была вечерняя смена, после 4х пар в институте. Я устала и провести еще 4 часа на ногах мне вообще никак не хотелось, но я не могла себе этого позволить. Я не успела договорить, как поняла, что за столиком сидит именно тот, кого я так долго ждала, — здравствуйте, Николай.

— Привет, — он озорно улыбнулся мне, — тебе идет этот фартучек.

Я молниеносно покраснела, только не от стеснения, а от возмущения! Я не могу ассоциироваться у него с этим фартуком! Это не я.

— Приходится, — неловко ответила я.

— Угостить тебя кофе?

— Здесь? — шепнула я, слегка нагнувшись к нему, стараясь как можно естественнее подставить свою грудь ему прямо под нос, — советую вам не пить здесь кофе.

— Я тебя понял, — кивнул он и громче произнес, — мне чай, пожалуйста, с мелиссой и мятой, иии…. — он пробежался взглядом по меню и добавил, — просто чай.

— Хорошо, Николай, — более томным голосом произнесла я, а потом снова наклонилась к нему и, нарушая все границы приличия, откровенно заигрывая, произнесла, — будет сделано.

Его взгляд вспыхнул, а губы расплылись в сальной улыбке. Наверняка, он уже представлял, какая я под этим фартуком, а я уже судорожно размышляла, чем бы мне подогреть его воображение.

Я передала заказ в бар и быстренько скрылась в рабочей подсобке, где стояли наши шкафчики. Там я подкрасила губы блеском, чтобы они были более влажными и манкими, потренировалась перед зеркалом, как будет красивее приоткрывать рот и проводить по губам кончиком языка. А после ослабила лямки рабочего фартука, приспустила с одного плеча футболку, чтобы вырез стал более откровенным, и вернулась в зал. Чай для Николая был уже готов. Под зорким взглядом своей руководительницы я поставила чайник и чашку на поднос, подошла к его столику и, наклоняясь слишком низко, выставила все перед мужчиной. Он, не отрываясь, следил за моими руками и декольте. Я видела это и торжествовала внутри. Все идет по плану.

Когда я ставила перед ним чашку, он слегка коснулся моей руки и прошептал:

— Ты не присоединишься ко мне?

— Не положено, — тихо ответила я и уточнила, — Николай Степанович.

— Жаль, — протянул он, его взгляд скользил с моих губ, по шее вниз, до ложбинки груди. Он даже не пытался этого скрыть.

— Мне тоже, — смело ответила я.

Он посмотрел мне прямо в глаза, расшифровывая мои намеки, и кивнул.

Я развернулась и направилась к бару, как меня тут же перехватила Наталья, администратор зала, приторно улыбаясь мне, она потащила меня в подсобку.

— Ты что творишь? Совсем сдурела? — накинулась на меня рыжая бестия, как только за ними закрылась дверь.

— Вы о чем? — невинно хлопая глазками, спросила я.

— Думаешь, я не вижу, как ты перед гостем сиськи свой выкатила? Это что? — она дернула меня за лямку от лифчика.

— Вы…вы все не так поняли, — залепетала я, пытаясь сильнее вжаться в стену. Все-таки гнев начальства был таким себе удовольствием, а эта мерзкая баба мне просто завидует! Ей то уже под 40, а она все в кафе работает. Неудачница.

— Ты мне сказки не рассказывай, — она перла на меня, как танк, — я твою блядскую натуру изнутри вижу. Как на рентгене. Еще одна такая выходка и ты уволена. Поняла?

— Поняла, — безропотно ответила я, опустив глазки в пол.

Наталья одним движением мощной руки отодвинула меня от двери и произнесла напоследок:

— Губищи стерла свои, майку натянула и пошла работать дальше!

Она вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Для нее репутация заведения была на первом месте, ради нее она способна усмирить даже свой гнев. Я слегка выдохнула и подошла к зеркалу, поправила свою одежду, стерла блеск с губ и приказала своему отражению:

— Идешь и не подаешь вида!

Минут через 10–15 Николай подозвал меня взмахом руки, все это время я сновала у бара, старательно не глядя в его сторону. Я передала ему счет и отвела глаза, как только он достал карточку. Нам строго запрещалось даже дышать в сторону карт. Николай делал вид, что несколько раз неправильно приложил карту к аппарату, а сам тихо шепнул:

— Ты до скольки?

— Наше заведение работает до 11, - официальным тоном уведомила я.

— Понял, — кивнул он, правильно приложив наконец карту. Аппарат приветливо пикнул и выдал чек. Внутри меня все бушевало от радости! Значит, он придет вечером! Придет!

Я пожелала ему доброго дня, и он покинул наше кафе, а мне оставалось считать минуты до конца смены.

Огромным усилием воли я отработала до конца, если честно, у меня даже все свербило в одном месте! Неужели сегодня наши отношения изменяться?

Перед выходом я повторила манипуляцию с губами, нанесла духи и взбила волосы. Николай ждал меня прямо у входа. Повезло, что все наши сплетники покинули работу раньше меня. Он стоял, облокотившись спиной на стену, руки в карманах джинсов, идеальная белая рубашка, хотела бы я пуговичку за пуговичкой избавить его от нее.

— Добрый вечер, — первая произнесла я.

— Привет. Долго же я тебя тут ждал.

Я лишь пожала плечами, не оправдываться же мне, что я ждала, пока Костик и Наталья уйдут, ни к чему им наблюдать за мной. Николай кивнул в сторону и прошел за угол, я, как послушная собачка, пошла следом, он повернулся ко мне, демонстративно крутя на пальце связку ключей.

— Держи, — Николай протянул мне ключи и победно улыбнулся. Я ведь наблюдала за ним долгие годы и раскусила его. Для него самое главное — это эго. Он нарцисс, его надо хвалить и твердо верить, что он такой один на свете, гениальный, шикарный мужчина.

— Оооо, — то ли выдохнула, то ли простонала я, — боюсь я…

— Мила, друг попросил только, чтобы ты цветы поливала и с соседями не ругалась.

— А квартплата?

Николай снисходительно улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Серьезно? — ошарашенно спросила я, — только цветы?

Он кивал с таким видом, как будто спас планету от вторжения единолично. Победитель по жизни, мать твою.

— Спасибо, Николай! — я восторженно- наигранно вскрикнула и даже подпрыгнула на месте, а после кинулась ему на шею. Пусть это выглядело, как естественная реакция на радостное событие, но все было продумано до мелочей, — вы самый лучший!

Он даже ни капельки не смутился, лишь нагло ухмыльнулся в ответ. Да, это тебе не 20летний пацан, проверни я такой фокус с Костиком, он бы уже растекся от счастья. Николая так просто не возьмешь.

— Даже не думала, что такое может быть, — призналась я, крпко прижимая ключи к груди.

— Друг просил вести себя прилично, мальчиков не водить, — ревностно предостерег меня Николай.

— Меня мальчики не интересуют, — как бы невзначай сказала я.

— Неужели девочки? — он понял мою фразу правильно, но решил подыграть мне.

— Нет, мужчины. Взрослые, самодостаточные мужчины, — я провела языком по верхней губе.

Николай кивнул, глядя меня прямо в глаза глубоким страстным взглядом. Он был такой горячий, я бы хотела его прямо сейчас…

— Извини, — прохрипел он, прочистив горло, — подвезти не могу. Меня ждут…

Наверное, хотел сказать дома, но мы бы оба тогда вспомнили и про жену, и про Аньку.

— Адрес я тебе здесь написал, код от домофона, — он протянул мне бумажку, задержав пальцы на моей ладони, — нужна будет помощь с переездом, звони. Номер мой там же, внизу.

— Спасибо еще раз! Даже не знаю, как вас отблагодарить! — конечно, знаю, да еще как. Я бы отблагодарила тебя так, что ты бы всю жизнь меня вспоминал.

— Когда-нибудь отблагодаришь, — подмигнул Николай, выпустил мою руку и, как можно скорее, скрылся с места своего преступления.