Глава 42

Ночью Дана от него не отходит. И это удушает. Нечем дышать. Ее запах, его собственное состояние, все одно на одно накладывается.

И прогнать ее не может, ведь она реально помочь пытается.

Утро начинается с запахов на кухне. Дана ушла и к Владимиру наконец-то сон приходит. Как же хорошо в тишине. А вставать надо… свадьба чтоб ее…

Не готов он сейчас. Не хочет. Все внутри противится этому, хоть и доводы железные. И все вроде бы правильно, а внутренний протест заглушить не получается.

- Володь, вставай, я вкусный завтрак приготовила, нам надо подкрепиться, перед таким важным днем! – появляется на пороге.

- Угу…

Принимает холодный душ. Легче ни на грамм не становится. С кем же Лина ему изменяла? От кого нерадивый Кирилл? Эти вопросы никак из головы не выходят. Спросить бы ее. Посмотреть в ее глаза.

Но разве скажет правду?

Снова обвинит его во всех грехах.

На кухне запахи душат. И вроде бы вкусно пахнет. Дана уже восседает за столом. Около нее три тарелки. На месте Владимира две.

- Садись, а то все остынет, - откусывает большой кусок тоста.

- Угу…

Ковыряется вилкой. Снова тянет опорожнить желудок в туалете. Что же так паршиво? Неужели лучше не станет?

Дана наминает омлет, закусывает холодцом, заедает салатом, и шлифует все тостом. Ест жадно и быстро, словно отбирает кто. И ему реально хочется забрать у нее тарелки, крикнуть, чтобы перестала жрать!

Нервы сдают.

- Володь, я сейчас в салон, там мне макияж, прическу сделают, а тебе надо поехать забрать костюм, который я тебе заказала. Я тебе сбросила на телефон расписание, - выдает, старательно вычищая пустую тарелку куском тоста.

- Слушай, Дан, а давай, это… отложим.

Она замирает. Медленно поднимает на него недоуменный взгляд.

- Как это отложим? Володь, ты чего? – обиженно надувает губы.

- Ну не в том я настроении. Понимаешь, сколько на меня навалилось. Не до свадьбы сейчас. Давай позже. Я не отказываюсь, просто не сейчас.

- Володя, сейчас, - в голосе стальные нотки.

- Мне тошно! У меня вся жизнь кувырком! Мой сын мне не родной! Дай переварить!

- Твой сын тут, - тычет себя в живот. – И жизнь у тебя налаживается. Я не понимаю, чему ты противишься? Счастью?

- Просто потом. Все! – резко встает из-за стола.

Уверенность в правильности решения только растет.

- Сейчас! – Дана тоже вскакивает, - на груди жирное пятно, пока ела заляпалась. – У нас все готово!

- Можно же отложить! Я сам со всеми передоговорюсь. Что там за список, сейчас перезвоню, - Владимир идет к своему телефону на прикроватной тумбочке. – Сейчас даже твоих детей нет в городе, ты хочешь, чтобы они все пропустили?

Дети Даны отдыхают на островах. Он лично оплатил им путевки. На целый месяц.

- Стой! Нет! – Дана бежит за ним с небывалой прытью для ее веса. – Дети потом все в записи посмотрят. Они будут за нас рады, поверь!

- Я сказал так лучше! – его кроет сильнее.

Безумно хочется хотя бы отложить этот брак.

- Володя, - она цепко хватает его за руку. – Послушай меня.

- Это не обговаривается, - отрезает.

- Слушай, мы связаны слишком крепко. Не хочу напоминать, но… ты же в курсе, что я знаю, - голос мягкий, а слова режут.

Это Лина думала, что у них все идет по маслу. Что они поднимались своими силами, а конкуренты просто так растворялись. На самом деле – это жестокий бизнес. И иногда он требовал радикальных действий, Володя как мужик, оберегал свою королеву и все брал на себя. Он расправлялся со всеми, кто им мешал. Иногда методы были, слишком радикальными. Нет, до прямого устранения не доходило, но все же, его есть за что взять.

Он же впитывал всю тьму, все для его королевы. А она… она развлекалась на стороне. Она заставила его воспитывать не своего ребенка! А он для нее столько всего провернул! И не для фирмы, а именно, чтобы Лина не парилась, чтобы все у нее получалось, чтобы была довольна и уверена в себе.

Дана же многое раскопала. Уж как ей это удалось Володя не знает. Она как-то рассказала, что в курсе его делишек. Заверила, что это их общая тайна. И вот сейчас он чувствует, как ее рука сжимает его бубенцы, крепко так. Она не отпустит.

- Ты решила шантажом меня под венец повести? – скалится.

- Решила напомнить, как мы связаны, и что более преданной женщины тебе не найти. Потому прекращай мандраж предсвадебный, ты мужик, так и будь им. Все решено, Володя, - улыбается ему, хищно так, шипящую змею напоминает.

- А если не пойду? Что сдашь?

- Ты пойдешь, Вов. И поймешь, какое счастье нас ждет впереди, - заявляет уверенно.

- С угрозами?

- С напоминанием, кто тебя всегда прикроет. И ты знаешь, это не пустые слова.

Вот потому только Дана может быть с ним. Тут она права. Никто не знает его лучше. Только она. И поэтому он принял эти отношения, не только из-за ребенка. Но на сердце все равно булыжник, от ее шантажа. Она ведь сейчас прогибает его, и Вова согласится. Не из страха, а потому что да, она права, только Дане известно все, и с ней он может дальше работать и строить черную империю. А Лина… Лина осталась без своего царства, она забрала свой предательский свет, оставив его задыхаться во тьме. Но иного теперь не дано.

- Окей, действуем по расписанию, - выдает, и будто прыгает с высокой горы, летит во что-то темное и липкое.

Дана все организовала, не только церемонию, но и банкет в ресторане по ее завершению. Пригласила нужных людей. Все сделала быстро. И Володя сейчас стоит перед регистраторшей и произносит удушливое: «Да».

Надевает на палец Даны кольцо. В салоне постарались, сделали ей макияж, прическу. На невесте белое платье, слишком пышное, оно делает ее еще больше. И в целом нет в ней ничего привлекательного. Макияж не творит чудес. Не спасает. В ушах все еще стоят ее слова. Она его шантажировала. И он повелся. За это стыд накрывает.

- Ну что, дорогой папаша, могу тебя поздравить! – раздается за спиной.

Владимир оборачивается и видит в дверях отродье, которое он столько лет считал своим сыном.