Глава 14

Мы с бригадой ремонтников осматриваем дом вот уже пятнадцать минут, и везде находятся свои недостатки. Тут всё сгнило, там осело, здесь скрипит… Хотя основной их задачей является электропроводка и водопровод. Но тут они сразу сказали – надо всё менять. Полностью. Нужен капитальный ремонт дома. Но об этом я и сама догадывалась. – Вы мне скажите для начала, сколько будет стоить смена проводки и водопровода? – пресекаю обсуждение лишнего. А то знаю я их, сейчас будут давить на безопасность жизни, что тут нельзя ничем пользоваться, и в итоге вместо поддержания жилья, я его буду перестраивать. Нет уж. Не сегодня. Потом об этом подумаю. – Так а толку вам её менять, если стены скоро обвалятся? Для начала стоит их укрепить, – продолжает наседать мастер. – Так не ваши же, – смотрю на него упрямо. – Так сколько? – Если всю на ваш дом, то… Он что-то высчитывает на калькуляторе в телефоне, сверяясь с их прайс-листом, а затем называет сумму. Да такую, от которой у меня глаза лезут на лоб. – Сколько? – переспрашиваю. – Да это грабёж, – возмущаются остальные члены моей команды. – Да дешевле выучиться на электрика и самому всё поменять! Я же хмурюсь, размышляя, насколько в моих силах позволить себе такие траты. В теории, конечно, могу, но если я хочу вернуться в строй в кратчайшие сроки и успеть достаточно заработать, чтобы обустроить теплицу до зимы, то стоит сделать акцент на воду, наверное. – Это вместе с водопроводом, я правильно понимаю? – уточняю. – Нет, это пока только электричество, – обламывает меня мастер. – А всё вместе тогда сколько будет? – хмурюсь сильнее. – А всё вместе у них ещё столько же будет сверху. В итоге вы по миру пойдёте с их расценками, – вдруг слышится за спиной знакомый ехидный голос. Ещё через миг рядом встают мои вчерашние помощники. В их руках очередная трёхлитровая банка с вином, её же они суют мне в руки. – Говорил же, обдерут как липку тебя, Лидок, эти городские шишки, – заявляет уже один Никитич. – А мы с Филипком, между прочим, за ночь уже всё придумали. Тебе только и надо, что закупить провода и трубы. Остальное предоставь нам. И выйдет, кстати, это всё в три раза дешевле текущей стоимости! – А гарантия какая на этот товар будет и вашу работу? Три дня? – язвит недовольно мастер. – Три дня – это у вас, рахитных мальчиков, а у нас, сельских, всё делается с душой и на долгую службу, – парирует Филипок. – С душой вы только пить можете! – А вы и того не можете! Я только успеваю рот открыть и тут же его захлопываю, ведомая рукой Грома. – Не лезь, – шепчет он на ухо. И я действительно не лезу. В первую очередь потому, что друг руку так и не убирает. Прижимает к себе плотнее. А большой палец принимается нежно водить по щеке. Я так зацикливаюсь на ощущении неожиданной ласки, что пропускаю весь последующий разговор. Меня неожиданно парализует в моменте. И вроде бы ничего такого, но я опять думаю совсем не о том, о чём должна. Ругаю себя на все лады, но мысли зайцами скачут, доводя меня до тихой истерики. Особенно, когда ладонь смещается на плечо, а всё тот же палец будто невзначай мажет по губам. Как прощальный поцелуй, перед тем, как Гром отстраняется. – Хватит, – произносит он довольно сухо, тоном директора, заставляя всех резко замолкнуть. – Если всё так, то, думаю, дальше мы справимся и без вас, – добавляет уже непосредственно для вызванных рабочих. Те недовольно ворчат, но послушно собирают вещи и идут в сторону своего фургончика. А я, запоздало опомнившись, только и успеваю, что проводить их взглядом. Я же так и не смогла до конца мысль обдумать, как лучше поступить! – Мужики в чём-то правы. Это сплошная обдираловка, – добавляет Гром уже мягче и тише, исключительно для меня. Замолкает, но не надолго: – К тому же у нас и свои спецы тоже реально имеются. – Ага, а инстанциям я потом что говорить буду? Где разрешения брать? Например, для той же пожарной безопасности. Вряд ли они примут ответ, что я сама тут за всем слежу. Или мужики из деревни. Тем более, ферма близка к лесу. – А все инстанции к собственнику территории отправляй, уверен, он разберётся. Это же его проблема, за которую ты ему аренду платишь, верно? – встречно усмехается на все мои озвученные переживания Андрей. Ну так-то да. Наверное. Всё же в аренду мне раньше землю брать не приходилось. Да и маленькая я ещё. Мне даже ИП рано оформлять, можно обойтись самозанятостью. А там главное только вовремя платить налоги, насколько знаю. Сдаюсь, согласно кивнув. – Но, если что, знай, это ты виноват, – скидываю нагло на друга ответственность за произошедшее. Он отказался от легальных ремонтников? Он! Вот пусть и разбирается потом, если что. Успокоив себя таким образом, беру под руку Никитича и Филипка и вместе с ними направляюсь в дом. – Рассказывайте теперь вы тогда, что надо сделать, купить и где, – велю им на ходу. – Да чего там смотреть-то? Чай не впервые здесь. – Вот и отлично. Значит много времени не займёт, – улыбаюсь им. Те с тоской смотрят на банку в руках, но со вздохом ставят её на ступень крыльца и проходят в дом. А следующие полчаса я слушаю уже их вердикт моей проблеме. И в их понимании здесь работы на пару дней. И самое сложное из всего – это вскрыть стены и вскопать землю в нужных местах. В итоге, воду они и вовсе предлагают отложить, так как водопроводная система ещё в неплохом рабочем состоянии, и заняться электричеством. С ним и правда беда. Я усердно их слушаю, записывая всё, о чём они мне говорят, а потом ещё и в магазин обещают съездить со мной, чтобы подобрать всё самолично и по приемлемой цене. А я удивляюсь, откуда им вообще это всё известно. – Дык чего тут сложного-то? – удивляется Никитич. – У нас с этим и ребёнок легко справится. – Эх, и избалованные вы городские. А ещё с высшим образованием все, – вставляет Филипок. Я лишь виновато улыбаюсь. Что сказать, правы они. Нам проще купить услугу, чем научиться справляться самим с чем-то. Вот и не спорю. – И где ты их только откопала? – удивляется сын, когда мужики отвлекаются на моих девочек, уговаривая их выпить с ними, позабыв обо мне. – С Таней вчера пошли искать трактористов в село за холмом. Вот. Нашли. Улыбаюсь, глядя на то, как Филипок разливается соловьём перед девушками, убеждая передохнуть и выпить. Правда в итоге сам же бежит с ведром за водой для мытья полов. Всё же забавные мужички нам с моей помощницей попались. Та, кстати, вполне благожелательно принимает из их рук кружку с вином. А глядя на неё и остальные соглашаются попробовать неизвестный напиток. А за ними и все мужики. В итоге вся наша рабочая деятельность уже через час превращается в корпоративный отдых, где никто и думать не думает о делах. У одного из парней в багажнике шампуры находятся. У другого пакет с углями. Деревенские тут же убегают к себе за мангалом и ещё парой банок вина. Даже Тимур подхватывает идею и берёт нас с Андреем в оборот. Мы едем в ближайший супермаркет, где покупаем мясо, овощи и много чего ещё. А по возвращению я вовсе не узнаю свою территорию. На улицу вытащена вся доступная мебель, даже два стола где-то находят, составляя их в ряд, и стулья. – Вот бы в работе так же себя проявляли всегда, – ворчу беззлобно, осматриваясь. Им же реально всего час понадобился, чтобы накрыть поляну! – Отдыхать – это тебе не пахать, – откликается весело сын. – Лучше бы ты так активно с невестой своей разобрался, – снова ворчу, но к накрытию стола присоединяюсь. Помимо мяса для шашлыка и овощей, мы прикупили ещё и одноразовую посуду, её-то я первым делом и достаю из пакета. Но это не мешает мне заметить, как кривятся губы сына на моё высказывание. – Да поговорю я с ней, – ведёт плечами. – Просто… видеть её пока даже не могу. В мыслях всё самое плохое рисуется. Она и отец. Вздыхаю. – Но ты хоть узнавал, как она там? – интересуюсь уже другим. – Да. Всё в порядке. Угроза ещё присутствует, но в целом чувствует она себя хорошо. Если тенденция сохранится, то выпишут дней через десять. – И ты собираешься ждать выписки, так понимаю? Или что? Тимур молчит, а выражение его лица становится ещё угрюмее. – Я не знаю! Не знаю! Довольна? – взрывается вдруг. Разворачивается и уходит. Я же снова вздыхаю. Собираюсь пойти за ним, но ловлю взгляд Грома и торможу. Он качает головой и сам направляется вслед за сыном. Я же возвращаюсь к раскладыванию приборов. А ведь всё так хорошо было. Зря я подняла эту тему. Не маленькие люди, в конце концов, сами способны разобраться со своими проблемами. И без помощи беспокойных мамочек. Пожалуй, дальше лучше в тряпочку молчать буду. Не хватало ещё поругаться с собственным ребёнком из-за этого. Именно поэтому, когда Тимур возвращается, я первым делом обнимаю его. – Прости. Ты прав. Мне не стоит влезать. Делай, как знаешь. Я в любом случае тебя поддержу, как уже говорила, – каюсь. Сын молчит, но обнимает меня в ответ. Совсем ненадолго. Почти сразу отстраняется и уходит к мангалу. Я провожаю его грустным взглядом и опять вздыхаю. – Говорит, что после того, как Дину выпишут, тест ДНК сделают, – комментирует уход Тимура Гром. – А так можно? – смотрю на него удивлённо. – До родов? – С десятой недели вроде как можно, – пожимает плечами друг. М-да… До чего дошёл прогресс. Я вот и не знала. – И Дина согласна? – Насколько я понял, не особо. Потому и разговор у них не клеится. Киваю. И молчу. По этому поводу. – Мы забыли купить нож. Пластиковым резать мясо – проще убиться, – возвращаюсь к текущим делам. Теперь кивает уже Андрей. – У меня в машине есть. Принесу. Действительно приносит. Огромный охотничий нож. А на мой вопрос о том, зачем он ему в машине, Гром просто пожимает плечами. – Привычка. – Интересная у тебя привычка, – хмыкаю. О которой я не в курсе! – Что, оказывается, не всё ты обо мне знаешь, да? – усмехается он. – Вот, кстати, почему?! – смотрю на него возмущённо. – Ты в курсе даже о моих предпочтениях в белье, а я… Не договариваю я. – Неправда. Сегодня я твоё бельё на тебе ещё не видел, – невозмутимо перебивает меня Гром. Я же как застываю с приоткрытым ртом, так и остаюсь с ним, после столь наглого заявления. И даже то, что я сама ляпнула эту глупость, не успокаивает. – Зато видел без него, – отворачиваюсь, хватаясь за пакет с помидорами. Тем самым скрываю от него своё смятение, которого во мне в последние дни становится только больше. И которое лишь обостряется во сто крат, едва Андрей оказывается ко мне вплотную, а его голос звучит совсем близко, хоть и тихо: – Не то чтоб ты позволила мне рассмотреть… Пакет с шуршанием рвётся от того, как сильно натягивается. Едва успеваю словить покатившиеся помидоры. – Считай это ознакомительным фрагментом. Дальше только после свадьбы, – откликаюсь нервно. На стол брызгает сок, так сильно я впиваюсь в овощи пальцами в процессе. Что за идиотские разговоры у нас образуются в последнее время? Нет, мне точно надо от него съезжать! И поскорее! Потому что это Гром шутит, а у меня в голове ни намёка на веселье. Только всё та же дурацкая неловкость, от которой никак не получается избавиться. – Даже когда выбирают свадебный торт, и тот позволяют хотя бы кусочек сперва попробовать на дегустацию, – парирует он с привычной ему невозмутимостью, протягивая мне салфетку, чтобы я могла вытереть пальцы. Цепляю её, но больше по инерции. И всё думаю. Что со мной происходит? Почему я так остро к сердцу принимаю теперь обычные шутки? Ну, подумаешь, голой увидел, да и чёрт с ним. Что он там не видел, в конце концов? Две руки, две ноги, грудь тоже, как у всех, разве что скромненькая двоечка, зато не висит, и сама я худенькая, как балерина. Стесняться нечего. Да тьфу! О чём я вообще?! Я реально размышляю, остался ли Гром доволен увиденным?! Я точно ненормальная! Или всё-таки он? Ведь зачем-то же он мне так сказал. Про дегустацию. И на шутку это уже не походит. – А ты хочешь попробовать? – произношу едва слышно. На него так и не смотрю, сосредоточившись на вытирании рук. Потому и не ожидаю ничего такого, когда горячее дыхание задевает висок вместе с тихим и вкрадчивым: – Даже не представляешь… Сердце делает кульбит, в виски бьёт молния, глушит. Вместе со звонким женским голосом, громко разнёсшимся по округе. – Вай, как здесь здорово! Ещё через миг на наши с Громом плечи ложатся руки его сестры. – Где вы только нашли это место? Честно говоря, я не особо вникаю в её радостный лепет. Куда больше меня волнует ответ Грома. На него я и смотрю. А вот он уже нет. Переводит внимание на сестру. – А что, тоже по аграрному хозяйству соскучилась? – вопросительно выгибает бровь. Будто и не заявлял мне ничего особенного только что. А может и впрямь не имел в виду ничего такого, я сама себе придумала. Он ведь так и не договорил. Вдруг я всё не так поняла? Боже, ну что за день? Как не задался с самого утра, так и продолжается на этой ноте. Надо было одной сюда ехать. Оставить его дома. Притвориться, что я вообще в другое место иду. Вернулась бы ко времени, когда спать пора, и не пришлось нам общаться. Впрочем, шумная Майя тоже с этим справляется на отлично. – Ты же знаешь, я всегда за посиделки на природе. А шашлык уже готов? Нет? Я помогу! – хватает помидор и бежит дальше общаться с народом. Я вновь остаюсь с Громом одна. И впервые в жизни не рада этому. Меня бесконечно смущает его присутствие, после последнего разговора. И его недоговорённости. Вот бы мне хоть немного лёгкости и беззаботности в отношении окружающих, как у его сестры. Майя, как та самая пчёлка из мультика, постоянно устраивает движ, куда-то спешит. В общем, живёт на полную катушку. А вот её муж Сергей, наоборот, как раз не любитель больших компаний и шумных вечеринок. По большей части всегда молчит. Вот и сейчас, кивнув нам приветственно, идёт вслед за женой, но держится особняком в стороне от остальных. – А вот и наш личный спец по электричеству, – хмыкает Гром, рассматривая родственников прищуренным взглядом. А ведь и правда. Сергей по образованию электрик пятого разряда. Я уже и забыла. Но мы с ним и видимся только на днях рождения моего друга и его родителей, так что моя амнезия на его счёт неудивительна. – Сегодня тоже не рабочий, как и остальные, так понимаю, – вздыхаю. – Да мы вроде никуда и не торопимся, – по-своему соглашается со мной Андрей, утешительно приобнимая меня одной рукой за плечи, притягивая к себе под бок. Я невольно напрягаюсь, но стараюсь не показать этого, позволяя и дальше обнимать меня. – Или торопимся? – уточняет друг следом, глядя на меня сверху-вниз. – Нет, – качаю головой. – Водопровод нормально функционирует, а остальное можно и позже доделать. На данном этапе главное – это полив. Всё остальное может подождать. – А у вас всю жизнь так – вечно всё ждёт и ждёт, никак не дождётся, – вторит моим словам слегка ворчливое сбоку. Ей-богу, я от неожиданности в струну вытягиваюсь, чувствуя себя подростком, застигнутым за преступным действием. Да и как иначе, если тебя с поличным поймали никто иные, как родители твоего друга? То есть не совсем поймали, но под строгим взглядом серых глаз Ангелины Ивановны я тушуюсь, как в детстве. Давно она на меня так не смотрела. Только в далёком детстве, когда мы с её сыном сильно косячили. Я даже мысленно перебираю, за что ж меня можно поругать сейчас. Выходит, что не за что, а она всё равно продолжает смотреть на меня с каким-то укором. – И тебе здравствуй, мама, – оборачивается на женский голос Андрей. – Пап, – добавляет следом для четвертого из нас. – Здравствуйте, – улыбаюсь обоим привычно тепло, несмотря на то что больше тянет сбежать из-под бдительного ока женщины. Возможно, я бы именно так и сделала, не удерживай меня Гром за плечи. – Привет, детишки, – улыбается тепло нам его отец, щуря на солнце свои голубые глаза. Но это всё равно не помогает избавиться от чувства, что я делаю что-то не так, по мнению Ангелины Ивановны. Хотя после слов мужа она слегка оттаивает, переводит взгляд на остальных присутствующих. – Сергей говорил, что вам нужна помощь, – комментирует увиденное. – Оказалось, помощников у нас предостаточно и без того, но хорошо, что приехали, – отзывается вместо меня Гром. А сам поглядывает на меня, заодно прижимая к своему боку крепче. – Ага, а то смотрю жарить мясо вы так и не научились, молодёжь, – косится в сторону мангала его папа. – Давайте я вас провожу и познакомлю со всеми, – предлагаю тут же. На самом деле использую предлог, чтобы скрыться из-под внимательного ока Ангелины Ивановны. Уж не знаю, чем я вызвала её недовольство, но испытывать терпение этой строгой женщины совсем не хочется. Глупо, наверное, ведь я уже давно не ребёнок, чтобы бояться гнева родителей, тем более не моих, а всё равно нервничаю. Так что не просто ухожу, но и не возвращаюсь обратно. Так оно спокойнее. А вскоре и вовсе забываю обо всём плохом, наслаждаясь нашим внезапным отдыхом. Я ведь вечность уже не проводила время вот так легко и просто, без пафоса и прицела камеры, с удовольствием. Когда не надо следить за тем, как ты ешь, сколько ешь, что ешь, как громко смеёшься, с кем общаешься, что говоришь. Когда ты просто можешь быть самой собой. Что сказать… Расставание с Григорием однозначно идёт мне на пользу!