Глава 11

- Какую ты работу проделал, Илья, - качаю головой.

- Твой сарказм тут не уместен. Дело серьезное, - губы поджимает, строго на меня смотрит.

- И что же делать? – изображаю растерянность.

Наверное, у меня играть получается хуже. Не те актерские способности. До Ильи мне далеко.

Хочу услышать подтверждение своим догадкам.

- Свет, ты мне не чужой человек. Если бы не наша многолетняя дружба, я бы с тобой тут не разговаривал. Сообщил бы куда надо, и… – хлопает по столу. – Ты понимаешь, с крысами разговор короткий.

- Крыса, ага, - подпираю подбородок кулаком.

- Ну а как такое назвать… я даже не представляю, что тебя на такое толкнуло… - замолкает, внимательно на меня смотрит. Хмурится, что-то его смущает в моем поведении.

Смею предположить – отсутсвие истерики.

Но это, Илюша опоздал. Это вчера было, а сегодня я уже начинаю броней обрастать, удары не так ощутимы.

- Ты продолжай, продолжай, - смотрю на его холеное лицо.

Илья для своих лет отлично выглядит, даже волосы ездил пересаживать за границу, подкрашивает седину, за весом своим следит, на руке дорогущие часы, одет с иголочки.

- Ты создала серьезные проблемы. И с больницей, которая не получила препараты, и меня лично твое предательство подкосило. Но… я все равно не могу так с тобой… Вот не могу и все, - даже руку на сердце кладет. – Я звонил Тимуру. Мне было нелегко ему подобное говорить. Твой муж за тебя очень просил. Он поможет уладить. И твой сын за тебя горой. Они компенсируют мне все… - прищуривается, снова ищет что-то на моем лице.

- А взамен я?

- Свет, я знаю, вы с Тимуром немного повздорили.

- «Повздорили» этим словом ты называешь наличие у моего супруга ребенка на стороне и любовницы? – выгибаю бровь

- Не хотел лезть в ваши отношения. Но раз такая ситуация… - поправляет воротник своей дорогущей, темно-синей сорочки. – Не все в семье гладко бывает. Тимур тебе лучше объяснит. Я уверен, ты все поймешь. В общем, прислушайся к мужу, и, как всегда, будешь за его спиной под защитой. Я готов лично тебя отвезти к нему.

- Какое щедрое предложение. Даже не знаю, мне прыгать? Танцевать от счастья? – картинно хлопаю в ладоши. – Или нет, лучше упасть и в ноги кланяться. Ведь ты соизволил меня помиловать!

- К чему сейчас это, Свет? – хмурится. – Я с тобой о серьезных вещах. Понимаю, у тебя стресс. Но все же возьми себя в руки. А мы тебе поможем.

- Как скажешь, Илья, - поднимаюсь с кресла. – Ты высказался, я выслушала твое предложение, а теперь разберем все по порядку. Говоришь свидетели?

- Да, - а глазки-то забегали.

Открываю дверь в кабинет, зову громко:

- Иванна, будь добра, зайди.

- Не понял? Зачем она тут?

Не отвечаю. Жду девушку.

Она приходит. Глаза в пол.

- Вы звали…

- Иванна, расскажи-ка мне, что ты там видела? И при этом в глаза мне смотри, - голос у меня мягкий, тихий. Девушка вздрагивает. – Смелее, поднимай голову.

Она затравленно зыркает на Илью. А потом на меня и тут же взгляд отводит.

- Илья Тарасович, утверждает, что ты ценный свидетель, многое знаешь, видела. Так скажи мне это в глаза. Я заслуживаю услышать от тебя все лично. Хотя бы как благодарность, за то, что тебе с матерью помогла, когда она в больницу внезапно попала, а денег на дорогие препараты не было. Как твоему дяде я доставала редкие лекарства. Как у тебя сумку украли, и никто кроме меня денег до зарплаты не одолжил.

- Все! Хватит, не могу! – у девушки из глаз слезы. – Извините, Илья Тарасович, можете меня уволить. Я верну вам деньги. Но я не буду врать! Светлана Михайловна подобного не заслуживает! Мы все ее любим и уважаем! И она бы никогда…

- Заткнись! Пошла вон! – кричит Илья.

Девушка тут же выбегает.

- Свет, ты надавила на нее! Но у меня еще есть свидетели!

- И они так же посыпятся, Илья. Но дело, не в свидетелях даже, - подхожу к нему вплотную. – Начиная меня топить, ты забыл маленькую деталь, - щелкаю его по носу. Он отшатывается от меня, затылком о кресло ударяется. – Пусть я не работаю в лаборатории, но исследовать, наблюдать, изучать у меня в крови. Мы с тобой много лет работаем, а теперь вспомни, Илюша, сколько за эти годы у тебя откатов было, серых схем? И мне все доподлинно известно. Так что будем играть в игру, кто кого быстрее потопит? – подмигиваю ему. – Или признаем попытку меня подставить неудавшейся?

- Свет, у тебя нет ничего, - растерянный взгляд, сомнения, тревога, неверие.

- А ты уверен, Илюш? Я ведь на многое закрывала глаза, в силу нашей дружбы. А поскольку ты теперь не друг, - развожу руки в стороны. – То мне совесть не позволяет, как законопослушной гражданке молчать о вопиющих махинациях.