10 Игорь

Да что Нелли о себе возомнила?! Она заключила договор с «Олимпом», но подписывал его... тесть.

Скриплю зубами от злости. Старый хрыч никогда мне не доверял. И всё предусмотрел.

Да, я совладелец молла, но что толку, если в любой момент может вернуться Игнат Олегович и всё оспорить. А у меня нет ресурсов, чтобы бодаться с тестем.

Ничего-ничего. Сейчас поеду к юристу, и посмотрим, как Нелли запоёт, когда мы начнём делить имущество.

Выбираю самого адекватного на первый взгляд специалиста — Василия Логинова. Знаю, что именно он представлял жён во многих бракоразводных процессах, но это хорошо.

Значит, этот молодчик умеет откусывать куски пожирнее, подводить доказательную базу и выворачивать любые факты в пользу своего подзащитного.

Потому что с имуществом у меня - полная задница.

Перебираю документы, просматриваю заказанные выписки и понимаю, что я -практически нищий. Конечно, большинству людей в нашей стране и такое не снилось, но...

Это несправедливо!

Городская трёшка оформлена на дочь. Мы с Нелли делали дарственную, по закону квартира принадлежит Алисе. И... может, удастся оспорить сделку?

Дом. Наш двухэтажный коттедж, обставленными Нелли от и до, записан на... тестя. Это был его подарок нам на фарфоровую свадьбу. Гад, вот же гад!

Мой «Крузак», слава Богу, только мой. Как и «Хонда» Нелли — только её. Здесь что- нибудь выкружим.

Магазин жены - поделим. Мою долю в «Олимпе» - тоже. И что у меня остаётся? Машина и серединка на половинку.

Хочется рвать и метать. Выходит, что из этого брака, который был для меня, по большому счёту, по расчёту, я выйду бездомным. Ах, ну да, я же прописан у мамы!

И кудая поведу Киру? На дачу к родительнице?

Почему я не подумал раньше о том, что почти всё имущество — не моё? Надо было раньше получить доверенность у тестя. Тогда я быстро пристроил бы его долю в «Олимпе» в надёжные руки. Ведь у нас с мамой был уговор. А теперь всё коту под хвост!

Логинов долго изучает мои документы. Стараюсь сдержаться, но эмоции сильнее меня.

Поторапливаю адвоката:

— Так что вы можете сделать?

— Разве что предложить вам воды, — спокойно отзывается Логинов. — Игорь Васильевич, мы можем подать иск на раздел только магазина вашей супруги, вашей доли в 000, двух машин и четырёх счетов: три ваших и один — Нелли Игнатьевны.

— А дом? — спрашиваю с надеждой. - Квартира?

— Последняя принадлежит вашей дочери. А коттедж — Игнату Олеговичу Журавлёв;

— Тогда давайте отменим договор дарения! - начинаю злиться.

Зря я пошёл к этому наглецу. Должно быть, он помогает только бабам. А для обманутых мужей ничего нормального сделать не может. Вот такое у нас правосудие.

— На данный момент нет ни одного основания для ходатайства, - отвечает Логинов. —Ваша дочь не покушается на вас, имуществом не пользуется, а в договоре нет пункта об отмене дарения в случае вашей безвременной кончины. Вы, Игорь Васильевич, находитесь в добром здравии...

— Спасибо, — огрызаюсь. - Тогда давайте наложим обеспечительные меры на счета моей жены!

— Это решает суд, - поправляет адвокат. - Но иск мы подадим.

— То есть мне ещё могут отказать? — уже потряхивает, а этот тип явно халтурит.

— Всё зависит от наличия оснований для принятия обеспечительных мер в отношении счетов и имущества вашей супруги, — объясняет Логинов. — Сейчас составим иск, Игорь Васильевич.

Воцаряется тишина. Логинов работает, а меня всё дико бесит. Кира постоянно пишет, высылает фотографии с тренировок, а мне сейчас совершенно не до этого! Всё вот-вот пойдёт прахом, и Кира... как я буду смотреть ей в глаза?

Обманул, старый дурак. А ведь я — мужчина, и должен обеспечивать семью, чтобы родные ни в чём не нуждались.

Уже жалею, что обратился к прощелыге-Логинову. Он не постарается, и самый гуманный суд в мире пошлёт меня в задницу с требованиями в чём-то ограничить Нелли. Она ведь в белом пальто, никаких грешков за ней не водится. А я в отсутствие тестя успел кое-что сделать в «Олимпе». Наверняка жена что-то разнюхала, поэтому суд одобрил меры в отношении моих счетов.

Стерлядь!

— Как вы знаете, Игорь Васильевич, — продолжает, как ни в чём ни бывало, Логинов, —сейчас перед заседанием крайне желательно устроить встречу супругов. Высоки шансы решить всё мирным путём.

— Я не буду ни о чём договариваться с этой гадюкой!

— Но общение с медиатором мы всё же организуем.

Логинов смотрит на меня, и в его глазах читается плохо скрываемое презрение. Да он просто потешается надо мной! Все они одинаковые - консьержка, адвокат. Стоить чуть-чуть вылезти повыше черты бедности и всё — тебя начинают ненавидеть.

— Предупреждаю, - и тоном, и взглядом даю понять, что настроен серьёзно, — если что-то пойдёт не по плану, я буду жаловаться.

— Наша главная цель — законность, — Логинов спокойно выдерживает напор. — За неё мы боремся.

Хочется обругать его, уйти к другому юристу, но понимаю, что этот — лучший. Другие наобещают мне с три короба и обдерут, как липку. А с деньгами пока напряжёнка.

Но Логинов всё равно мне не нравится.

Выхожу из офиса адвоката и отправляюсь к себе. Текучку никто не отменял, к тому же нужно успеть уничтожить проколы собраний, с помощью которых я и организовал себе личный счёт.

— Игорь Васильевич, — зовёт секретарь, как только я оказываюсь в его поле зрения. —Вас к телефону. Игнат Олегович. А ещё вас ждут...