Глава 33

Надежда

Демидов наклоняется еще чуть ниже и накрывает ладонями мои руки.

Оторопевшая я, даже не сразу реагирую и просто удивленно смотрю на него.

– Ты ведь знаешь, я люблю Бориса… как брата, если не больше, – глаза Демидова таинственно мерцают в мягком освещении кафе.

Начало меня уже тревожит – срабатывает женская интуиция, и пусть говорят, что все это ерунда.

Ничего не ерунда, и, я считаю, что к тревожным звоночкам в сознании стоит прислушиваться.

– Мы с ним знакомы тысячу лет… я даже сходу и не вспомню в каком году это было…

Я мягко высвобождаю свои руки из-под его слишком тесного нажима.

– Мы росли вместе: в прямом и переносном смысле. Мы делаем вместе бизнес…

Ага, кажется, я начинаю понимать куда клонит этот хитрый лис.

– А бизнес – штука жесткая… жестокая…

– Да, я в курсе, Кость, – перебиваю я, вспоминая сюрприз от Бориса.

Или это был его любящий урок на тему жестокости в бизнесе?

Он удивлено вскидывает брови, мол, откуда я – женщина могу быть в курсе таких вещей.

Смотрю на него не менее удивлено.

– Кость, у меня фирма по проектированию и дизайну, ты что забыл?

Его лицо разглаживается, будто он ожидал услышать что-то другое.

– Ах, да… это, – он даже не пытается завуалировать пренебрежение. – Понимаешь, я говорю сейчас о действительно серьезном бизнесе. У тебя безусловно замечательная… эм… фирма, но… В общем, если что-то ударит по Борису, то и ты, конечно, не устоишь.

Его слова задевают меня куда сильнее, чем я могла бы подумать.

Он действительно считает, что мой бизнес – это только игрушка для скучающей обеспеченной жены мужчины?

Ничего, что я создала фирму сама, без помощи Бориса?

А его участие в качестве партнера – это было моим подарком для него.

Символичным.

Мне хотелось похвалиться, продемонстрировать ему, что я тоже способна обеспечивать нас и способна добиваться поставленных целей.

И теперь это выходит мне боком – Борис имеет слишком много рычагов воздействия на меня.

– Что ты хотел, Кость? – не пытаюсь скрыть холодность в вопросе.

Он мгновенно улавливает это и стреляет в меня пронзительным взглядом.

Но как заядлый эгоист и бабник – не понимает сути перемены.

– Сейчас, когда на него все так навалилось…

– Ой, – морщусь я, – хватит причитать, Кость. Навалилось на него… Что на него навалилось? Молоденькая смазливая девчонка с пониженной социальной ответственностью? Уж прям зашибла нашего Бореньку! Он, бедняга, отбивался изо всех сил, но куда там справится… Или что ты имеешь в виду под своим «навалилось»?

Демидов улыбается, но не глазами.

Он все больше похож на огромную змею, которая неслышно шелестя подкрадывается к зазевавшемуся кролику.

Только я не кролик. И никогда им не была.

– Так я о том и говорю, Надюш! Вам надо заняться собой и решить накопившиеся проблемы. Сейчас у нас важный проект. Большие деньги. Очень большие, Надюш. Я переживаю за Бориса и боюсь, что он может не выдержать. В этой ситуации я прошу тебя поговорить с ним, может быть дать ему еще один шанс.

Он делает глоток и поверх края бокала смотрит, отслеживая реакцию – попадает или нет?

Натягиваю маску невозмутимости, хотя сердце колотится как бешеное.

– Шанс? – изгибаю бровь.

– Да, – кивает он. – Шанс перенести, пережить тяжелый период жизни. Поговорите, пожалуйста…

Он смотрит так умоляюще, что я почти верю: бровки домиком, глаза как у олененка Бемби…

– Я даже готов… настаиваю, чтобы он пока отложил дела – я могу подхватить, подставить плечо…

Маленькие тревожные колокольчики превращаются в набат.

Вот мы и пробились через витиеватые лживые кружева слов.

– Отложил дела? Что это значит?

Демидов откидывается на спинку и прищурив глаза изучает мое лицо.

Удерживаю безразличие изо всех сил.

– Сейчас ему надо сфокусироваться на здоровье, иначе он просто не вытянет нагрузку. Не вытянет нагрузку – все похерит, – жестко говорит он. – А все похерит, Надюш, это – катастрофа. Мы с ним вписались в серьезное дело. Очень серьезное. Там, – поднимает палец и многозначительно тычет вверх, – таких ошибок не простят…

– Как же ты справишься один? – делаю удивленное лицо. – Тебе ведь без Бори придется еще тяжелее…

Он пожимает плечами и разглаживает ладонью скатерть.

– Ради него, ради вас я готов напрячься. Расширю штат, найму спецов дополнительно, хоть это и не входило в планы… Потом сочтемся, ты не переживай! Главное его здоровье и ваша семья.

До конца не понимаю, что он все-таки замыслил, но в его искреннюю заботу не верю от слова совсем.

Все это очень дурно пахнет.

– Только прошу тебя, Надюш, о нашем с тобой разговоре – Боре ни слова. Я его знаю – он слишком гордый и никогда не примет помощь, все-таким мы всю жизнь дружим…

Машинально улыбаюсь и киваю как кукла.

– Я подумаю над твоими словами, Кость. Ты настоящий друг и, наверное, ты прав…

Он сияет улыбкой, и глаза его лучатся весельем и заботой.

Ему бы в актеры идти – был бы вторым Бельмондо, не меньше…

Мы болтаем о всяких пустяках еще минут пятнадцать, но видно, что интерес Кости к моей персоне сильно угас.

Потом он вскакивает, говорит, что опаздывает на встречу и слюнявит мне на прощание щеку.

Я провожаю его взглядом до тех пор, пока он не скрывается из виду.

Потом достаю телефон…