Рина

Когда в клубе меня отыскал взъерошенный и обеспокоенный Алекс и начал нести какой-то бред про исчезновение Эвы, что ей не дойти до дома — сначала ему не поверила. Эва, зараза такая, сбежала, не прощаясь и, уверена, его это задело. Как же… Секс обломался… Наверно придумал такой ход, чтобы узнать наш адрес, подумала я. Однако после того, как увидела их переписку в телефоне, сомнений, что с Эвой что-то приключилось, у меня не осталось. Моя тихая подружка постоянно влипала в какие-то неприятности. Мы оделись шустро, забыв даже снять маски, пока не вылетели на улицу.

— Как думаешь, она вызвала такси или пешком пошла? — поинтересовался обеспокоенно Алекс, отшвыривая в снег маску.

Я повторила его действия. Украдкой глянула на мужчину. Ничего так. Симпатичный. Эве точно понравится, лишь бы рогом не уперлась. А то она тихая-тихая, а если что-то себе в голову вбила, то справиться с ней практически невозможно.

— Она как там тебе написала? «Не могу дойти»? Значит — пешком — сделала вывод я.

От крыльца клуба только одна аллея шла прямо к нашему дому. Если Эве не отказали мозги, то именно по ней она и должна была двигаться. По ней и побежали. Страх за подругу, которая давно уже стала родной, подгонял. Мы едва пробежали половину парка, как увидели Эву на обочине, в снегу. Она упала возле обледенелой скамейки, наверно поскользнулась и повредила ногу. Алекс грохнулся рядом с ней на колени и стал ощупывать голову. Волосы растрепались, в них набился снег. Вот горе луковое. Лишь бы не заболела.

— Г олова вроде цела. Даже шишки не нащупал — отчитался Алекс — Далеко до вашего дома? Ноги бы осмотреть в тепле.

— Да нет, не далеко. Она почти дошла. На руках понесешь? Или может, прямо сюда скорую вызовем?

— Пока эту скорую дождешься в новогоднюю ночь, околеет не только Эмили, но и мы с тобой за компанию — раздраженно произнес мужчина.

Я согласно кивнула. Он прав. У нас и в будни приезда скорой ждешь часами, а что уж говорить про праздники…

— Пошли. Чем быстрее принесем ее в тепло, тем больше шансов, что она не заболеет. Хорошо хоть выпила в клубе. Алкоголь частично согреет.

Алекс легко, словно пушинку поднял Эву и бережно прижал к себе. На автомате прикоснулся губами к закрытым векам. Я мысленно поставила мужчине жирный плюс в карму. Красивые слова каждый говорить горазд, а вот поступки определяют настоящего мужчину. Через четверть часа мы уже стояли на лестничной площадке у нашей двери. Нервничала, а потому с первого раза попасть в замочную скважину у меня не получилось, уронила ключи.

— Черт!

— Не торопись, Марин, мы же уже почти дома.

Алекс даже не запыхался. Силен мужик. Вторая попытка открыть дверь снова не удалась, так как раздавшиеся с улицы хлопки салюта, заставили меня вздрогнуть и вновь уронить ключи. Третья, контрольная попытка, увенчалась успехом. Мы ввалились в квартиру.

— Спальня Эвы там — махнула рукой направо.

Пока скидывала с себя одежду и сапоги, Алекс уложил Эву на кровать, снял с нее сапоги и стал аккуратно раздевать.

— Так, молодой человек, брысь из спальни незамужней девушки! — я шутливо уперла руки в боки.

— Да ладно, я помогу. Ее же приподнять надо будет.

— А я тебе говорю — брысь! Думаешь Эва мне спасибо скажет, когда узнает кто ее раздевал после приключений?

— А ты не говори — лучезарно улыбнулся мужчина, и я подумала, что у Эвы нет ни малейшего шанса устоять перед его обаянием.

— Марш сначала раздеваться, а потом на кухню ставить чайник — фыркнула я, выставляя Алекса за дверь.

С Эвой мне действительно пришлось повозиться. У меня же нет такой силы, как у Алекса. А подруга хоть и была стройной, но раздеть ее бессознательное тело все равно не просто. После того как Эва оказалась раздета, от слова «совсем», и уложена под теплое одеяло, я, облегченно вздохнув, отправилась на кухню. Алекс чайник нашел и вскипятил, но составить мне компанию отказался. Заглянув в комнату к Эве, и убедившись, что с ней все в порядке, он ушел, пообещав позвонить завтра. Я же, уверенная, что не скоро смогу заснуть после такой встряски, сварила себе кофе и удобно устроилась с кружкой в кресле напротив кровати Эвы. Подруга спала, но как-то беспокойно. На щеках горел румянец, который мне совсем не нравился. Вызвать скорую? Так вроде видимых повреждений я не нашла. Пока раздевала — тщательно осмотрела. А вдруг переохлаждение? Судя по переписке, между ее последим сообщением и тем временем, когда мы ее нашли, прошло чуть более получаса. За окном не такой уж сильный мороз, хотя она была в чулках… Хм… Кстати о чулках… Хорошо, что я не позволила Алексу помогать мне. Меня очень удивили разодранные в клочья чулки и трусики. Бедра Эвы, как и колени покрыты мелкими царапинами, словно она ежа между ног задушить пыталась. Давай, подруга, приходи в себя, а то я просто лопну от распирающих меня вопросов! Кофе приятно согрел озябшие руки. Блаженно прикрыла глаза. И в этот момент Эва дернулась, застонала, ее руки с силой сгребли одеяло и она скорчилась, явно от боли. Я грохнула кружкой об стол, обратив внимание, что кофе расплескался (да бог с ним!), и кинулась к кровати, зажав в руке телефон. Лоб был горячий, стоны стали громче. Видимо у нее какие-то внутренние повреждения. Я торопливо стала набирать номер скорой помощи и в этот момент с грохотом вылетела входная дверь. Шагов я не услышала, но дверь спальни распахнулась, и на пороге возникли трое огромных мужчин, в каких-то странных нарядах, умопомрачительно красивых, злых и с диким желанием убивать в глазах. Я гулко сглотнула и закрыла собой Эву. Господи, зачем я отпустила Алекса? В телефоне, наконец-то, раздался голос оператора скорой помощи. Начав описывать проблему дрожащим голосом, пропустила момент, когда возле меня оказался один из громил. Телефон выскользнул из моих рук и осыпался мелкими кусочками, зажатый в огромной ладони мужчины. Ну и силища!

— Мы пришли за ней — он кивком указал на Эву.

Да кто они такие? Злость волной поднималась во мне. Я, конечно же, понимала, что не справлюсь даже с одним из них, но и бросить подругу на произвол судьбы не могла. Не зря же говорят — русские не сдаются. Угу. И своих не бросают. А Эва — моя, родная.

— Я ее вам не отдам! — рыкнула я, и отшвырнула одного из них, белобрысого, от кровати.

Ну, как сказать отшвырнула. скорее, от злости и страха умудрилась сдвинуть гору в сторону. Ледяную гору. Потому как от этого…гм… человека, веяло таким холодом, что наш северный полюс нервно курит в сторонке. Мысленно обозвала его Айсбергом. Второй блондинистый красавчик, опершись одним коленом на кровать, водил над Эвой руками, не трогая одеяла и что-то про себя бормотал. Он был сосредоточен, и на его лице скользило неподдельное беспокойство. Что происходит? Он что, врач?

— Он не причинит ей вреда. Никто из нас никогда не причинит ей вреда… — на мои плечи легли тяжелые ладони.

Я даже присела от страха. Мамочка моя, я сейчас одна в доме с тремя амбалами и больной подругой! Медленно обернулась. Тот самый, черноволосый, что сломал мой телефон, спокойно рассматривал меня.

— Вы вообще кто такие? — хрипло выдавила из себя.

Голос дрожал и не слушался. Черноволосый громила шумно выдохнул, провел пятерней по своим длинным, забранным в хвост, волосам, как будто растерялся от вопроса.

— Если честно, то даже не знаю, как вам все объяснить, лиера.

— Словами объясняйтесь, молодой человек, словами! И какого черта вы вышибли нашу дверь? Что, в пещере привыкли жить? Вежливо стучать вас не научили?

Громила сначала опешил, растерянно хлопая своими глазищами, а потом задрал голову вверх и расхохотался. Рядом странно похрюкивал Айсберг, словно пытался сдержаться, чтобы не присоединиться к этому темненькому.

— Великий, Лаатин! Меня так в детстве даже мама не отчитывала! — мужик, утирая слезы рукой, продолжал похихикивать — Шай, как дела у нашей малышки?

Малышки? Я аж чуть не взорвалась от возмущения. Ввалились тут не званные, двери сломали, и уже сразу «малышка»! Да я их в первый раз вижу, уверена, Эва тоже. Я открыла рот, чтобы высказать все, что я о них думаю, но этот гад белобрысый, который Айсберг, молниеносным движением руки, двумя пальцами сжал мне губы. Выдохнуть я не успела, а потому щеки раздулись до неимоверных размеров, и я стала похожа на испуганную рыбу-шар. Холодные серые глаза смотрели на меня с укором. Я сдулась.

— Плохо, Лей. Очень плохо. Перехода она не переживет. Нужна срочная энергетическая подпитка. Когда ваша связь так неожиданно прервалась, ее энергетические каналы, не выдержав такого натиска после. э-э-э. двойного натиска. частично разорвались, где-то схлопнулись. Мне нужно уйму времени, чтобы все исправить. — донесся встревоженный голос второго белобрысого.

О чем он говорит? Какие каналы? Я растерянно смотрела на Айсберга, а он. Он начал раздеваться! Вот так — молча! Расстегнул свою странную, похожую на фэнтезийные доспехи, кожано-железную сбрую стального цвета, не глядя, кинул ее на кресло, и начал шустро расстегивать белоснежную тонкую рубашку. Я шокировано отвернулась, не зная, что мне делать. А потом с возмущением повернулась обратно. И уткнулась уже в голую грудь, с прорисованными литыми мышцами. Руки Айсберга легли на ремень брюк. Судорожно вдохнув, зажмурилась и выпалила:

— Что вы собираетесь делать? Неужели ее беспомощное состояние для вас повод воспользоваться ситуацией?

На мое горло легли холодные пальцы и чуть надавили. Сама я была буквально вздернута вверх. Воздуха стало катастрофически не хватать, я, слабо трепыхаясь, распахнула глаза. Айсберг был в бешенстве, о чем говорил серебристо-голубой огонь, пылающий в его глазах, на расстоянии пары сантиметров от моего лица.

— Запомни, лиера, ни один из нас, да и вообще ни один мужчина нашей расы, никогда не опустится до того, чтобы принуждать женщину. Тем более не станет, как ты выразилась — пользоваться ситуацией — он говорил тихо, но его голос проникал в каждую мою клеточку ледяной стужей.

Мне стало жутко, словно меня замораживали изнутри.

— Саяр, отпусти девушку — к нам подошел темненький — Ты же видишь, она беспокоиться за свою… э-э-э… А кем вам приходится наша шейла?

Айсберг, которого как, оказалось, зовут Саяром, разжал пальцы, и я осела на ковер. Ну и хватка у мужика — потерла ноющее горло. Тут же была подхвачена под мышки темноволосым и поставлена на ноги. Черт, я такая мелкая по сравнению с ними, что они меня таскают, словно куклу. От своего сравнения поморщилась.

— Сестра она мне — прохрипела я.

Темноволосый окинул меня взглядом, повернулся, посмотрел на Эву, потом прищурившись снова внимательно посмотрел мне в глаза.

— Шай, Саяр, сделайте, что сможете. А я пойду, попробую наладить контакт с. гм…местным населением.

С этими словами, черноволосый подхватил меня на руки и вынес из комнаты. За закрывающейся дверью спальни Эвы остался уже полностью обнаженный Саяр, и раздевающийся. Шай.

Мужчина уверенно двигался по коридору, пока мы не дошли до выбитой входной двери. Хмуро посмотрев на валяющуюся под ногами искореженную дверь, черноволосый тяжко вздохнул, поставил меня на ноги, задвинул себе за спину, и стал делать какие — то движения руками. Любопытство наше все! Выглянув из-за широкой спины, увидела, как какое-то черное облако обволакивает сломанную дверь. Дверь выпрямляется, встает обратно в проем и с тихим щелчком закрывается. Я тихо сползла по стеночке на пол.

— Мамочки. Да что же это?

Это же не может быть магия? Эва верила во все это, но не я. Громила присел рядом на корточки.

— Где мы можем спокойно поговорить? — устало спросил мужчина и поморщился, словно от боли.

Я удивленно на него посмотрела, после окинула взглядом, ища повреждения. Он ранен? Заметив мой взгляд, он качнул головой.

— Я не ранен. Чувствую боль нашей шейлы.

Шейла, шейла. Где-то они уже употребляли это слово. Точно, про Эву они говорили. Ей сейчас больно? Испуганно кинула взгляд на дверь, за которой осталась моя подруга с двумя голыми мужиками. Да я же их поубиваю, сволочей! Засужу по всем статьям! Рванула в ту сторону, но тяжелая рука удержала меня на месте.

— Это не они причиняют ей боль! Успокойся! Нам надо поговорить и я все объясню…

С трудом взяла себя в руки. Не могу ему верить. Но и сопротивляться ему не в силах. Молча кивнула головой в сторону кухни. Мне бы сейчас чего-нибудь покрепче выпить не помешало. От нервного напряжения ноги подкашивались. Наверно именно так себя чувствовали пленные в годы войны. Кое-как доплелась до холодильника, потому что на любые попытки темноволосого амбала мне помочь, я огрызалась и шарахалась в сторону. Достал уже руки распускать! Из холодильника извлекла недопитую бутылку родительского самогона, нарезку овощей и холодец. Мамочка у меня гнала самый крепкий и чистый самогон из всех, что мне доводилось пробовать. Как раз к Новому году она привезла нам с Эвой пару бутылок. Достала две стопки. Посмотрела на громилу, посмотрела на стопки. Убрала одну, достала стакан под виски. Глядя на мои манипуляции, мужчина только приподнял черную бровь, никак не комментируя. Не очень — то и хотелось.

— Мне нужно успокоиться. Это — ткнула пальцем в бутылку — Мне сейчас необходимо. А вы можете пить, можете — не пить.

Разлила золотисто-коричневую жидкость, стакан подвинула громиле. Свою стопку выпила залпом. Горло обожгло.

— Ты не сестра ей — спокойно сказал мужчина, наблюдая за моим одиночным пьянством.

Я аж огурцом подавилась.

— А это не вам решать. Я сказала сестра, значит — сестра!

— Но у вас не родственных связей — растерянно пробормотал черноволосый.

— Знаешь, мужик, сейчас время такое. Те, кто с тобой узами крови связан, порой хуже стаи голодных гиен. А вот человек посторонний, которого ты может, и видишь-то в первый раз, протянет руку помощи, вытянет из самой глубокой задницы и ничего за это не попросит. Вот такие люди и становятся настоящими родственниками!

Громила молчал, гипнотизируя меня темно-серыми глазами. Самогон он пить не стал, а я решила еще стопочку пропустить, а то как-то эффект слабый от одной. Сказано — сделано.

— Рассказывайте! — выдохнула я.

Мужчина кивнул, потом прикрыл глаза, словно к чему-то прислушивался. Легкая, почти незаметная улыбка скользнула по его губам, удивительным образом преображая хмурое лицо.

— Эмилия еще слаба, но боли, скорее всего, больше не будет — ответил он на мой молчаливый вопрос.

Я облегченно выдохнула. Напряжение стало отступать. Что бы там не делали эти нудисты, спасибо им от меня сердечное. Хотя Айсберга пну, как только представится случай! Видимо у меня было такое зверское выражение лица, что черненький сперва хмыкнул в кулак, а потом, не удержавшись, расхохотался.

— Милая лиера, никогда не знал, что существуют такие воинственные девушки. Наши — тихие и кроткие. Не сердись на Саяра. Нам сейчас очень тяжело. С чего начнем? С ответов на твои вопросы или с объяснения, что происходит в той комнате?

Откуда он узнал, что я готовлю месть Айсбергу? Вот специально не буду называть его по имени… Кто такая лиера? Кстати, этот тестостероновый образец мужественности, даже не представился…

— Прости, лиера, не до этого было. Лейран Лаэртэ. Лиера — это вежливое обращение к девушке у нашей расы. А тебя как зовут, воинственная?

Матерь божья! Он же самым натуральным образом читает мои мысли. Мужчина подался ко мне и ехидно усмехнувшись, сказал:

— Это одна из моих способностей. Я услышу, наконец, имя той, что готова была бороться за свою сестру даже с превосходящим по силе противником?

— Меня зовут Марина. Но я не очень люблю свое полное имя, а потому Эва зовет меня Рина.

— Эва?

— Эмилия. Так коротко ее называю только я.

— Эва-а-а. — протянул Лейран, и так красиво это звучало из его уст — Действительно это имя красивее звучит.

Согласна. Мне тоже это имя нравилось больше. Я наконец-то успокоилась настолько, что решила рассмотреть своего позднего гостя. Одного из. До этого, только и отметила, что среди них два светленьких и один темненький. Хотя еще знаю, что у Айсберга жуткие, ледяные глаза. Б-р-р-р. От воспоминания даже поежилась. Лейран был красив. Правильные черты лица, черные волосы, чуть вытянутая форма ушей, лукаво изогнутые губы, темно-серые глаза — теплые. В них нет того пронизывающего холода и обжигающе ледяного огня, что прячется во взгляде Айсберга. От Лейрана веяло какой-то первобытной силой, но она не пугала меня. Наверно я действительно поверила, что они нам не причинят вреда.

— Понравилось, то, что видишь? — насмешливо спросил Лейран, и, не дожидаясь ответа, продолжил — Рина, можно задать тебе один вопрос?

— Задавай! — великодушно позволила я, скрестив руки на груди — И да. Понравилось.

— Спасибо за честность — хмыкнул мужчина, а потом серьезно посмотрел на меня — Скажи, как ты собиралась с нами бороться (А ты собиралась! Я же видел!), если сил тебе не хватит справиться даже с одним из нас?

Я хмуро взглянула на Лейрана. Интересно, откуда они? Да весь мир знает, кто такие русские! Но, если включить мозги и вспомнить все «чудеса», что они тут творят, явно не из-за границы. Иномирцы или инопланетяне? Да, да! Какой бы противницей фэнтези я не была, но отрицать очевидные вещи мне было не свойственно. А потому, посыпая голову пеплом, должна признать, что вся эта вера моей Эвы во всякие фантастические вещи — реальность. И на пьяный бред я это списать не могла, так как была сейчас до противного трезва. Мой мозг, хоть и сопротивлялся с упорством горного барана, но уже принял как данность — эти трое НЕлюди. Ах, да… Пауза затянулась…

— Сначала, я бы попыталась договориться. Выяснить, что конкретно вы от нас хотите. Если бы не получилось освободиться мирным путем — постаралась бы сбежать, прихватив сестру. Никогда и ни за что, я не оставлю ее в беде. Если бы не удался побег, и нам грозило бы рабство или что-то другое, но нами неприемлемое — убила бы. И себя, и Эву.

От моих слов Лейран вздрогнул и шумно выдохнул. Что, мужик? Не ожидал?

— Не ожидал — как-то по-новому глядя на меня, с запинкой ответил Лейран — Ты жестока, Рина. Знаешь?

— Знаю… Однако именно это помогает мне держаться на плаву в этой жизни и вытаскивать постоянно во что-то влипающую сестру. Наш мир жесток. Здесь каждый сам за себя, Лейран. Если не ты, то тебя.

— Вижу, ты уже поняла, что это не наш родной мир.

— Поняла. Так может, расскажешь уже кто вы такие, и что вам надо от меня и моей сестры? И как вы разговариваете на нашем языке?

— Ваш язык мы выучили благодаря связи с Эмили. От тебя нам ничего не требуется. Только от твоей сестры.

— Увы, мужик, должна тебя огорчить — мы идем в комплекте! Поверь мне на слово, если вы, не приведи господи вас к такой мысли, посмеете нас разлучить, то Эва вам этого не простит.

Лейран неожиданно улыбнулся.

— Мне очень нравится твоя смелость и прямолинейность. Обещаю, мы заберем вас обеих.

— Заберете? А варианта оставить нас в покое не предусматривается?

Мужчина отрицательно покачал головой.

— Не предусматривается. Это уже не в наших силах. Если бы Эва-а была сейчас здорова, то вы уже бы находились в нашем дворце. Но она не переживет перемещения. Поэтому мы будем здесь, пока она не придет в себя.

— Почему чем больше мы с тобой разговариваем, тем меньше я понимаю? Может, уже расскажешь, что произошло? — я устала разгадывать ребусы.

— Думаю, я начну со своего мира. Тогда тебе будут понятны наши действия на данный момент — со вздохом сказал Лейран — Наш мир, мы называем его системой Тройной звезды, находится далеко от вашей планеты. Почему именно Тройной звезды? Потому что центр нашей системы занимает тройная звезда, излучающая желтый свет. Мой мир состоит из трех планет: голубая — Саарин; красная — Тэмрон; зеленая — Эрона. Число «три» у нас считается священным. Все планеты, находятся на одной орбите, опоясаны пятью поясами астероидов. Если смотреть с борта корабля — потрясающее зрелище. Жители нашей системы.

— Галактики — перебила я задумчиво — По-нашему это называется галактикой.

— Га-а-лак-ти-ка… — протянул Лейран — Красивое слово. Но мне привычней — система. Жители нашей системы никогда не посещали закрытый сектор. Сюда я попал случайно, во время боя был поврежден мой шаттл. До сегодняшнего дня мы даже не предполагали, что в закрытом секторе есть жизнь. И еще мы даже не предполагали, что совместимы с вашей расой.

— То есть до сих пор вы размножились только со своими? В пределах своей галактики, так сказать. А откуда вы узнали, что совместимы с нашей расой?

От неожиданной догадки я запнулась на полуслове.

— Ты же не хочешь сказать что вы и. Эва. — мне кажется, я даже побледнела от своего предположения — Лейран, только не говори мне, что вы втроем набросились на мою сестру. Это потому она сейчас в таком состоянии?

И как-то сразу память подкинула мне картинки разорванных чулок, оборванного кружевного белья Эвы и ее искаженное болью личико. Я со свистом втянула в себя воздух и в ужасе уставилась на Лейрана. Он молчал. Неужели моя нежная сестренка пережила такой кошмар? А что если она сейчас очнется и увидит снова их рядом? Я начала вставать из-за стола, с твердым намерением выставить наглых самцов их спальни Эвы. Одним смазанным движением Лейран оказался рядом и прижал меня к стене.

— Не мешай им, пожалуйста. Все не так, как ты сейчас себе представила. Я был один. И я не принуждал. Саяр сказал тебе правду. Мы никогда не принуждаем и не причиняем боль. По крайней мере, намеренно. Сейчас мои связующие поддерживают ее в состоянии энергетической комы. Ее организм перестраивается. Только наша энергия может ей помочь. Если ты запретишь нам это делать, то Эва умрет в течение часа.

— Что? — я была не в силах поверить в то, что он говорил.

— Видишь ли, у нас есть такая расовая особенность. Мы имеем вторую сущность. Я не знаю, как тебе это объяснить — Лейран отпустил меня, и я шлепнулась снова на стул.

— Я поняла. Продолжай.

— Поняла? — удивился Лейран и устремил ко мне внимательный взгляд сверху вниз.

— Да. У нас есть книги, которые мы называем фантастикой. Там авторы придумывают всякие другие миры, магию и новые расы. Так вот там часто встречаются расы, которые по мимо человеческого облика, имеют и другой, не всегда на человека похожий. Так что твои слова о второй сущности я поняла.

— А ты можешь представить те расы, что описаны в тех книгах? Я с помощью своего дара, смогу увидеть их и мне будет легче объяснить все остальное.

Лейран взял стул и сел прямо передо мной. Глаза в глаза. Я пожала плечами и постаралась выудить из памяти все те картинки, которыми так увлекалась Эва. Эльфы, драконы, вампиры, демоны, дроу, орки. Образы мелькали в моей голове неспешно. Я старалась вспомнить как можно больше деталей. Через какое-то время Лейран оторвал от меня свой немигающий взгляд и вздохнул, словно все это время не дышал.

— Спасибо… Если тебе интересно, то, судя по тому, что ты мне показала, Саяр — ангел, Шайлир — джин, а я — демон. И Эва всем этим увлекалась?

Я иронично фыркнула. Ледяная глыба — ангел? Убиться об стену!

— Да. Она всегда была сама не своя до всей этой фэнтезийной ерунды. Книги читала запоем, ходила на фантастические боевики и если заглянуть в ее ноутбук, то там папки просто забиты картинками тех самых демонов и эльфов. Будь они не ладны.

— Не очень понял, что такое ноутбук, папки и прочее, но суть я уловил. Уже легче. По крайней мере, шоком для нее это не станет — с облегчением выдохнул Лейран.

— Ладно, с этим разобрались. С нашей техникой я тоже тебя познакомлю, но позже. Так что там с твоей второй сущностью?

— На самом деле, второй сущностью наша раса практически никогда не пользуется. Мы переходим в боевую трансформацию только в двух случаях: когда нам угрожает опасность и во время проведения обряда обретения со своей шейлой.

— А шейла это.

— Это единственная пара, которую сможет принять вторая сущность, которой не сможет навредить моя магия, которая сможет родить дитя. Шейла бывает только одна на всю жизнь. Когда на меня напали, мне пришлось перейти в боевую трансформацию, чтобы выжить. Именно в таком виде я и попал на вашу планету. Именно в таком виде меня нашла Эва. Моя вторая сущность почувствовала в ней свою шейлу и не смогла отпустить. Я провел обряд обретения. Она не сопротивлялась, ей все понравилось. Получилось так, что нас разъединили сразу после обряда, а такого делать нельзя. Именно поэтому Эве так плохо, но мы успели вернуться. Теперь все будет хорошо. Если Эва примет нас.

— Нас? Речь же вроде только что о тебе одном шла? — так и хотелось потрясти головой, чтобы привести мозги в порядок и уложить всю ту кашу, что сейчас барахталась в моей черепной коробочке.

— Как я уже говорил, в нашей системе «три» — священное число. К этому числу многое привязано в нашей жизни. Тройная звезда, три планеты, три сердца у каждого жителя нашей системы, три лиера в связке — по одному с каждой планеты — для одной шейлы.

— Матерь божия! У Эвы будет три мужа? — я была в шоке.

— Да. Только у нас их называют спутниками. У Эвы будет три спутника. Если она нас примет.

— А если нет?

— И она, и мы умрем через месяц — голос Лейрана звучал глухо.

_-!!!!!!!

Я никогда так не ругалась, как в этот момент. Боги, за что вы так с Эвой? Лейран сидел с поникшей головой. И меньше всего он сейчас был похож на громилу.

— Знаешь, мужик, вот сейчас мне тебя стало искренне жалко. Даже этого гребаного Айсберга, чтоб ему в сосульку превратиться! Я просто не представляю как мы все это объясним Эве… Я ее с одним-то мужчиной встречаться не смогла уломать, а тут сразу трое… Да она же нас оптом в дурку сдаст.

— Прости, лиера, я не совсем понимаю, что ты сейчас говоришь — голос инопланетного гостя был убитым.

Видимо и сам мачо не был уверен в успехе своего предприятия.

— Объяснять все это долго — сказала я — Но у тебя же есть такая замечательная особенность. Сможешь прочитать в моей голове все, что я тебе покажу?

Лейран поднял голову, внимательно посмотрел на меня.

— А ты позволишь читать себя добровольно? Видишь ли, до этого, я ухватывал только те мысли, что лежали на поверхности. Ты словно кричала мне их. Читать сознание другого существа — не слишком приятная процедура, как для меня, так и для того, кого читают.

Я задумалась. Конечно, дать копаться в своих мозгах наверно не самая лучшая идея, но мне нужно сейчас думать не о себе, а об Эве.

— Я согласна. По-другому я несколько дней буду тебе объяснять что да как. А так. Я хочу, чтобы ты понял, насколько сильно ее обидел один сук. сын одной не самой лучшей матери, что теперь она не верит ни одной особи мужского пола. И еще хочу, чтобы ты осознал всю глубину той задницы, в которой мы оказались.

— Почему ты говоришь «мы», ведь проблемы касаются только нас?

— Проблемы не только у вас. Проблемы у Эвы. А я тебе уже говорила, что никогда не оставлю ее в беде. На данный момент — Эва в беде!

Мужчина глянул на меня с уважением и чуть склонил голову.

— Тогда четко представляй все, что хочешь мне показать и смотри в глаза. Устанешь — отведи взгляд. Станет плохо — отведи взгляд. Поняла, Рина?

— Поняла. Смотри.

И я вспоминала все. Как познакомились Эва и Виктор. Как он ухаживал за ней, что обещал. Как была счастлива Эва в первые месяцы после свадьбы, и как начала она увядать с первыми изменами мужа. Как рыдала она взахлеб в подушку, когда он перестал приходить по ночам домой. Суд. Целые горы лжи, оскорблений и издевательств. И что именно сегодня, она наконец-то избавилась от этого кошмара. Как отмечали праздник, и как шарахалась она от невинных попыток Алекса ухаживать за ней. И затравленное выражение в глазах, когда она поняла, что Алекс не отступиться, а будет упорно ее добиваться. И даже то, что именно Алекс тащил ее на руках до самого дома.

Сколько прошло времени я не знаю. В голове посилилась ноющая боль, а в носу, неожиданно, появился металлический запах. Я отвела взгляд и прижала ладонь к носу. Пальцы окунулись в теплую жидкость. Кровь.

— Я сейчас… Только не двигайся — сорвался Лейран в сторону спальни Эвы.

Двигаться сейчас я при всем своем желании не могла. Малейшее движение вызывало острую боль. Голова кружилась так, что мне пришлось прикрыть глаза и откинуться на стену. Моих висков невесомо коснулись теплые пальцы. Боль успокаивалась, растворялась. Далее легкое касание к носу. И тихое:

— Спасибо, лиера.

Голос вроде не очень знаком. Значит это Шай. Его я только один раз слышала. С трудом приподняла веки и утонула в невероятном изумрудном взоре настоящего эльфа. Красивый. Белые длинные волосы, заплетенные по бокам в тонкие косички, были собраны в высокий хвост и перевиты тонкой зеленой тесьмой. Красивое, как у нас говорят, породистое лицо, украшенное странными татуировками, которые совсем его не портили. И этот образец мужской красоты был… завернут в покрывало. М-да… Какой-то диссонанс художественный получается. Я даже смешка сдержать не смога.

— Понимаю. Выгляжу странно. Но когда Лей примчался. В общем некогда было думать — его речь текла плавно, как будто нараспев.

— Да ничего. Это у меня нервное. Слишком много событий для одного дня. Как там Эва?

— Эва?

Я улыбнулась.

— Эмилия. Эва — это сокращенное имя, как Лей, например.

— О, понятно. Эва спит, и боюсь, что не день и не два она пробудет в таком состоянии. А нам нельзя от нее надолго отлучаться. Поэтому, прекрасная лиера, вам придется проявить гостеприимство. И хотелось бы узнать, где можно поесть?

— Нууу. На данный момент мы находимся на кухне и именно здесь у нас и едят. Только сначала надо приготовить — ответила, прикидывая, сколько же нужно продуктов, чтобы приготовить на троих здоровых мужиков.

— Готовить? — эльф нахмурился — Но мы не умеем готовить.

Его растерянность смотрелась так мило. Мне даже захотелось его потрепать за щечку, как маленького мальчика.

— А руки нам на что?

— Ты умеешь готовить? — недоверие и неподдельное удивление прозвучали в голосе эльфа.

— Судя по тому, как ты удивился, могу сделать предположение, что ваши женщины готовить не умеют.

— Зачем им это? Для этого есть тамаки.

— Кто такие тамаки? — спросила я, хотя, как мне кажется, знаю ответ.

— Прости, лиера, никак не привыкну, что ты не знакома с нашей системой. Тамаки — это такая раса жителей нашей Тройной звезды. Они родом с Тэмрона, родной планеты Саяра. Маленькие, незаметные, очень старательные. Они охотно нанимаются в дома. Следят за порядком, готовят, стирают. Нашим шейлам просто нет необходимости узнавать тонкости ведения хозяйства.

Что ж, в своих предположениях я не ошиблась. Домовые существуют! Теперь уже не удивлюсь, если и Дед Мороз не сказочный персонаж…

— У нас такого нет. Здесь все обслуживают себя сами. Полное равенство между мужчинами и женщинами. У нас девушки даже в армии служат.

От моих слов у эльфа глаза стали похожи на блюдца. Огромные такие изумрудные блюдца. Вот зачем мужику такие потрясающие глаза? Завистливо вздохнула. Подошла к холодильнику — надо оценить запасы еды. Холодец. Немного овощей, колбаса, йогурты. М-да. Не густо. Мы же не планировали с Эвой справлять Новый год дома.

— Э-э-э… лиера, а ты сможешь что-нибудь для нас приготовить? Мы, конечно, сходим на охоту. Позаботимся о добыче. Правда, не понимаю, как тут можно развести костер.

Я сначала опешила, замерла прямо в распахнутом холодильнике, а потом меня накрыла истерика и я сползла на пол. Просто я представила, как эти три инопланетных красавчика, вылетают «с шашками наголо» (хотя в их случае «с магией наголо») из подъезда и набрасываются на кого-нибудь мимо проходящего забулдыгу (ведь сегодня только 1 января). Тащат его к нам в квартиру, разводят посередине гостиной костер, пытаются хорошо прожарить дико верещащего алкаша, при этом танцуя свои инопланетные танцы. Ох. Эва точно очнется, даже не сомневаюсь. Шай с немым укором таращился на мое неуемное веселье. Ну, вот как ему объяснить?

— Ох, Шай. Не смотри так на меня — я даже пару раз икнула — У нас все по-другому. Охотиться нельзя. А ты можешь, как Лейран, увидеть, что я думаю?

Все еще похихикивая, поднялась с пола, опираясь на стол.

— Он не может, лиера. Тебе надо обратиться к Лею.

Раздавшийся безэмоциональный голос за моей спиной, заставил меня испуганно подпрыгнуть и, совершив невероятный по своей дерзости маневр, юркнуть за спину удивленного Шая. Посередине кухни, приподняв вопросительно одну бровь, стоял Айсберг. В расстегнутой рубахе и чуть держащихся на бедрах штанах. Ой, девочки, держите меня семеро. Какой красавчик! До этого, в сумраке спальни, я не могла его рассмотреть, да и не до этого было. А вот сейчас. Жемчужно-пепельные волосы с легким голубоватым отливом, остриженные рваными прядками спереди и по бокам, сзади были длинными. Может это свет так падал, или солнечные лучи первого морозного январского утра создали такой эффект, но его волосы сияли, просто неприлично переливались, словно снежное полотно. Серебристо-серые глаза смотрели на меня внимательно, уже без прежнего холода. Тонкие черты идеального лица приковывали взгляд. Эва от него точно будет в восторге.

— Лиера Марина, вы боитесь Саяра? — тихо спросил Шай, даже не поворачиваясь ко мне.

— Если бы вас чуть не придушили, я думаю, вы бы тоже боялись.

— Простите меня, лиера… Я был раздражен и обеспокоен. А вы поставили под сомнение мою порядочность. Конечно это меня не извиняет, но. Поверьте, впредь такого не повториться — Саяр говорил тихо, но его слова четко доходили до моих ушей.

Хотя Айсберг в мою сторону больше агрессии не проявлял, я все равно посчитала необходимым остаться за спиной у зеленоглазого эльфа. Ну, что поделать? Тут мне было гораздо спокойнее! Шай на мой демарш только хмыкнул, но своей защиты не лишил. Так и остался стоять, загораживая меня от взгляда ледяного красавчика.

— Я сейчас приготовлю самое простое, что есть в наличии. А, кстати, вы все едите? Я даже не знаю, какие продукты нашего мира вам подойдут — прошептала я почти на ухо Шая, с трудом, приподнявшись на цыпочки, дотянувшись до его плеча.

— Покажите мне продукты, которые будете готовить. Я просканирую их и точно скажу, что нам можно, а что нет. Нам необходимо много энергии, так как почти всю сейчас мы отдаем Эве — пояснял Шай, развернувшись ко мне боком.

Айсберг, оценив мою настороженность, улыбнулся одними уголками губ и сел у самого выхода с кухни, освобождая пространство для моей деятельности. Махнула рукой на тарелку холодца и овощи.

— Шай, думаю, будет уместно перейти на «ты». Для начала посмотри вот это. А я пока гляну, что есть в морозилке.

Попутно подсунула эльфу под руки хлеб. Пусть тоже оценит. В морозилке печально погромыхивала горсточка пельменей. М-да. Засада.

— Лиера, все продукты пригодны для нашего питания — вынес свой вердикт Шай — А вот это и это, позволит быстрее повысить энергию наших организмов.

Эльф указал на помидоры и холодец. Ясно. Мужики, они в. как там. Тройной звезде, мужики. Достала еще йогурт — вдруг молочное тоже важно. Шай подтвердил, что это тоже очень хорошо, особенно для Эвы, когда очнется. Придется мне прогуляться до магазина. На часах уже. Ого. Я даже не заметила, что уже давно не раннее утро. Десять часов — самое время пройтись по магазинам. Но сначала.

— Я сейчас покажу вам кое-какую технику. Покажу, как ею пользоваться. С ее помощью вы сможете получить информацию по нашему миру. Заодно узнаете, почему нельзя охотиться

— хохотнула я — А сама схожу за продуктами.

— Может тебе нужно сопровождение, лиера? — поинтересовался Айсберг, выделив интонацией «тебе».

— Может быть и нужно. — отозвалась я — Да только ни один из вас не подойдет. Вы внешностью очень отличаетесь от населения. Да и одежда ваша сразу бросится в глаза. Я справлюсь.

Мужчины растерянно переглянулись и нахмурились. Я тяжело вздохнула.

— Да, знаю, вы так не привыкли, но сейчас вы не в своей системе Тройной звезды. И сделать ничего нельзя. Поэтому пока вы находитесь здесь, то вам придется принять наши правила и слушаться меня. Обещаю — послала Айсбергу (как смелости набралась — не знаю!) ослепительную улыбку — Сильно наказывать не буду, только пну… Давно хотелось…

Шай заразительно рассмеялся, а Айсберг только руки на груди сложил и выгнул белобрысую бровь.

— Лиер-р-ра… — протянул ледник — Рина. для начала хотя бы смелости наберись из-за спины Шайлира выйти, а потом. поговорим.

И улыбнулся, нехорошо так, предвкушающе. Но и мы не лыком шиты. Я уже даже продумала тактику нападения! О чем не преминула сообщить Айсбергу:

— Действительно, потом поговорим. Когда Эва очнется! — улыбнулась своей фирменной улыбочкой — а-ля «улыбка голодной акулы», с которой выступала в суде против оппонентов

— Она будет держать, а я — мстить!

Вы бы видели, как вытянулось лицо Саяра, и улыбочка сразу сползла. Видимо, представил, несчастный, что против своей шейлы он ничего сделать не сможет. А Шайлир уже откровенно хохотал.

— Признайся, Саяр, что тебя, мастер мечей, она сделала тебя по всем фронтам! Потрясающая лиера!

Я же выбралась, наконец, из своего «укрепленного угла» и стала шустро накрывать поднос с едой. Все-таки мужиков надо кормить, хотя бы тем, что есть на данный момент. Овощи пошли в салат, хлеба побольше, и три тарелки холодца. Хорошо, что мы с Эвой его впрок наварили.

— Вот все, что пока есть. Перекусите. Сейчас принесу ноутбук в комнату, покажу, что да как.

Поднос из моих рук забрал Айсберг, с весьма задумчивым лицом.

— Я не зря говорила о равенстве мужчин и женщин в нашем мире — подмигнула я Айсбергу, чем окончательно поставила его в тупик — Даже если мы уступаем вам в силе, никто не отменял коварства и хитрости. Да и смелость, как говорят, берет города.

Забрав ноутбук из гостиной, тихо вошла в спальню к Эве. Лейран полусидя, облокотившись на изголовье кровати, нежно прижимал к своему боку мою подругу. Отметила, что они очень гармонично смотрятся вместе. Здоровый, черноволосый мужчина и, хрупкая на его фоне, девушка. Шайлир снова что-то колдовал над Эвой, а Айсберг тихо поставил поднос на стол. Подключила ноутбук, интернет, показала, как пользоваться. Инопланетные гости очень быстро сориентировались во всей этой навигации. У них высокие технологии тоже хорошо развиты. Оставив мужчин изучать особенности жизни на Земле, отправилась в свою комнату. Поход в магазин никто не отменял.

Сборы не заняли много времени, всего лишь сменила платье на джинсы и толстый вязаный свитер. Прихватила телефон Эвы. Нужно позвонить Алексу, предупредить, чтобы не приходил. Выходя из подъезда, отметила, что дверь отсутствует, от слова «совсем». Хм. Видимо и тут «тройняшки» отметились. Решила до супермаркета пешком дойти, а вот с магазина уже такси вызову, чтобы не тащить все сумки на себе. Жаль в новогодние праздники рынок не работает. Домашнего мяса и молока купить не помешало бы, но будем довольствоваться доступным. Сегодня на улице было холоднее, чем вчера. Солнце светило, снег искрился, а у меня на душе было муторно и кошки не просто скреблись, а рвали где-то внутри все, до чего дотянутся. Не удивительно, ведь мне предстояло соврать хорошему человеку… Разбить его мечты. Резко выдохнув, набрала номер Алекса, моля небеса, чтобы он не взял трубку, но… Несколько гудков и на том конце связи раздался мурлыкающий голос, ударивший по нервам сильнее, чем я ожидала:

— Во истину это самый чудесный Новый год в моей жизни! Эва! Эвочка, сладкая моя девочка, кого мне благодарить, что ты позвонила сама, не дожидаясь окончания срока в неделю?

— Э-э-э. Алекс, это Марина. Благодарить никого не надо.

— Марина? Что случилось? — Алекс мгновенно переключился, став собранным и серьезным.

— Ничего неожиданного. Эва болеет. Но она больше не хочет тебя видеть. — я не смогла сказать это жестко, сбилась, прошептала.

— Почему? Марин, что-то ведь произошло? Ты явно не договариваешь.

— Алекс, просто имей мужество принять все, как есть. Между вами ничего не будет! Это желание Эвы. Прощай.

Я отключила звонок и сразу же занесла номер Алекса в черный список. На глаза навернулись слезы. Я не плакала наверно с самого выпуска со школы. А сейчас. Эва, я сделала это для тебя. И для Алекса тоже. Ты долго будешь думать, как ему сказать и тем самым будешь мучить его еще сильнее. Лучше уж так. Одним ударом. Мне это сделать проще. Проще, я сказала! Отключила телефон совсем — нет в нем теперь необходимости. Смахнув не прошеные слезы, уверенно пошагала к ближайшему супермаркету. Зачем отпустила Эву одну в прошлую ночь? Надо было настоять, чтобы она осталась или заставить дождаться Алекса и отправить их вдвоем. Тогда ничего бы не случилось. Лейран полежал бы, пришел в себя и исчез с нашей планеты навсегда. Сколько этих «если бы» крутилось в моей голове. Поймала себя на том, что я уже продолжительное время бесцельно брожу между рядами товаров. Нужно встряхнуться и все отпустить. Эве нужна поддержка, ведь теперь ничего уже не изменишь. Затарилась я основательно. Кассирша, увидев продуктов в моей тележке, восхищенно улыбнулась:

— Я так понимаю, Новый год удался?

— Вы даже не представляете насколько. — со вздохом ответила я.

— Что ж. Спасибо за покупки! С Новым годом! С новым счастьем!

— С новым счастьем. — отозвалась я эхом.

Только что же нам теперь делать с этим новым счастьем? Такси ехало долго. Я устала ждать его возле выхода, хорошо хоть тут ветра не было. В качестве извинения за задержку, таксист помог мне дотащить пакеты до лифта. Глянула на часы. Мой поход в магазин занял полтора часа. Лифт открылся, являя моему взору непонятный бедлам на лестничной площадке. Коврики собраны в кучу, какие-то бумажки разбросаны, сломанная сигарета и чья-то забытая перчатка. Явно мужская. Понимающе улыбнулась — кто-то с праздника не на своих двоих, а уже на четырех возвращался. Хорошо хоть более омерзительных подарков под дверью не оставил. Собрала разбросанное — выкинула в мусоропровод. Поправила коврики. Открывая дверь, прикидывала, стоит ли позвать кого из мужчин, чтобы пакеты в дом затащили, или справиться самой и не отвлекать их от Эвы… Но едва распахнув дверь, замерла. На противоположной от входной двери стене, безвольные и со стеклянными взглядами, в буквальном смысле висели Алекс и Виктор. Причем последний напоминал несчастную жертву маньяка. Лицо и куртка в крови. Рассечённая бровь, разбитая губа. Матерь божия! Что здесь произошло, пока меня не было? Возле замершей меня материализовался Айсберг. Молча забрал у меня пакеты. Все! Одной рукой! Захлопнул дверь. А я стояла, как приклеенная, не в силах сдвинуться с места. Алекс, Алекс. Что же ты натворил. Хотя. Получив не вполне уверенное объяснение почему его не хотят видеть, решил по-мужски разобраться во всем лично. Черт, и почему я не подумала о таком развитии событий? А вот Виктор. Что же ты хотел, кусок дерьма? Еще и праздник девочке испортить, после того, как жизнь ей испоганил? Мужские пальцы легли на молнию моего пальто и потянули вниз змейку. Я вздрогнула, приходя, наконец — то, в себя. Шай помогал мне раздеться.

— Что с ними? — выдавила я.

— Стазис — спокойно ответил Айсберг, появляясь из кухни — Слишком уж они шумные. Эве нужен покой.

Я вновь перевела взгляд на Алекса. Костяшки его пальцев были сбиты. Так это он так приложил Виктора?

— Мальчики, не убивайте Алекса — прошептала я, передергиваясь от его неживого взгляда — Он хороший. Он нам помог.

— Мы никого убивать не собирались — прозвучал голос Лейрана справа.

— А жаль. — тихо, одними губами произнесла я, переводя взгляд на Виктора.

Но меня услышали. Айсберг вопросительно приподнял бровь, Шай удивленно вскинул на меня взгляд, а Лейран чуть заметно ухмыльнулся.

— Какая кровожадная девочка. Он, конечно, заслуживает наказание за то, что посмел обидеть нашу малышку, но. Марина, ты уверена, что он достоин смерти?

— Возможно не смерти, но. Я хочу, что бы он всю оставшуюся жизнь мучился от боли, но в то же время, только от нее получал удовольствие. Чтобы он получал унижение моральное и физическое, но не мог иначе. Что бы он помнил, сука, как ему было хорошо с Эвой. И понимал, что так у него не будет уже ни с кем. Лей. а ты можешь… не знаю, как это у вас называется. перепрограммировать, что ли, его сознание?

— Могу, Рина. Что ты задумала?

— Пойдем, покажу.

Добравшись до ноутбука, быстро ввела в поисковой строке «БДСМ» и предоставила мужчинам возможность шокировано взирать на различные извращения нашего мира. Остановив просмотр видео через 5 минут после начала, мужчины переглянулись. Лейран как-то странно посмотрел на меня.

— Кхм… Твою мысль я понял. Сделаю…

Слегка кивнув головой, повернулась в сторону двери.

— Эм. Лиера Марина, ты действительно хочешь, чтобы он превратился в жалкое подобие мужчины? — донесся до меня голос Шая в спину — Ты страшная женщина. Не хотел бы я стать твоим врагом.

— Ты и не враг — хмыкнула я тихо — Но лучше ни меня, ни моих близких не задевать. Пойду приготовлю поесть. И, Шай, он всегда был лишь подобием мужчины.

Я вышла в коридор и вновь наткнулась на бессмысленно замершего Алекса. Я забыла про него, пока строила кровожадные планы в сторону Виктора. Повернулась — Лейран стоял за моей спиной.

— Лей. И Алексом тоже нужно будет заняться. Сотри ему все, что касалось сегодняшней ночи. Пусть помнит, как попал в клуб, и что изрядно там пил. А потом внуши ему ехать домой и лечь спать. Пусть забудет все, так будет правильно. И, да. В телефоне у него сотрите номер Эвы, чтобы ничего не напоминало.

— Хорошо.

Дальше потянулись дни ожидания. Я готовила, разговаривала с мужчинами. Мы уже изучили весь интернет вдоль и поперек. Шай даже прочитал несколько фантастических романов, хотя его больше привлекала медицинская литература и открытия в области нейрохирургии. Айсберг увлекся 1Т-технологиями и играми. В нем погибает великий хакер! Да и механик с него гениальный. Лейрана интересовала психология, парапсихология и прочая оккультика. Эва спала. Болей больше не было. Шай утверждал, что организм полностью восстановился, но она упорно не желала открывать глаза. Прошло шесть дней. Завтра Рождество. Родители отчаянно рвутся к нам, а я не знаю, какие еще доводы привести, чтобы они отложили эту встречу. Лей уже предложил позвать их в гости, внушить все что надо и отправить обратно. Да только я не хочу подвергать своих родителей подобному вмешательству. Старенькие они уже. Вдруг не выдержат?

— Рина — присел рядом со мной на диване Айсберг — Я тут программку одну создал. В общем нужно кое-что распечатать и мы сможем объяснить твоим родителям ваше дальнейшее отсутствие.

— Что придумал?

— Понимаю, звучит банально, но вы уедете с Эвой работать за границу. Я создал приглашение из Германии на твое имя. Тебя приглашают в качестве консультанта по юридическим вопросам в посольство. А для Эвы будет предложение работать там же, но уже социологом. Как думаешь, сработает?

— Сработает — ответила я после пары минут раздумий — Мама так вообще будет в восторге. Папа, конечно, побухтит, что бросаем их тут, но. Г ораздо сложнее мне будет объяснить им потом, почему я вернулась, а Эва нет.

— Ты все-таки не планируешь у нас остаться? — с порога комнаты донесся голос Лейрана.

— Ох, Лей… Все так запутанно. Я разрываюсь между родителями и Эвой. Но у Эвы хотя бы будете вы, а мама и папа.

— Давай заберем их тоже в систему Тройной звезды? Для нас это не проблема.

— Я подумаю об этом… позже… Сначала нужно, чтобы у вас с Эвой все сложилось. Осталось три недели. Господи, это так мало!

— Не переживай раньше времени — рука Лейрана легла на мою ладонь — Вот увидишь, все будет хорошо. Как ты там говоришь? Чудеса случаются?

Я рассмеялась. За эту неделю мужчины настолько обвыклись с русским языком и различными выражениями, что встреть я их сейчас где-нибудь в клубе, по разговору никогда бы не сказала, что они с другой планеты. Да. Чудеса случаются. Лейран был прав. Рождество принесло долгожданное чудо — Эва пришла в себя.