75

— Я знаю, что нужно сделать, чтобы ты сама поняла — Мила всё наврала, — сказал он, встав передо мной и заглядывая мне в глаза.

— И что же? — спросила я без особого энтузиазма. Совсем не знала, что думать и кому верить…

Хочу ли я вообще знать правду?

Может, не стоит?

— Пойдём, — потянул он меня за руку.

— Куда? Я в домашнем.

— Няня тут? С ребёнком останется?

— Да, а что?

— Поехали.

— Да куда?

— Туда, где ты узнаешь всю правду.

— Но я в домашнем!

— Ну переоденься. А ещё лучше накинь просто куртку, ты же в спортивном костюме.

— Ладно. Поехали, — махнула я рукой.

Спорить не было сил. И внутри меня стала говорить надежда: а вдруг он правда не виноват?

Теоретически, Мила могла мне и наврать, а я так легко во всё поверила. Чтобы насолить. Наверняка, вернувшись, она метит на место возле Вадима, вот и расчищает территорию. Зачем ей в поле зрения Вадика его бывшие жёны?

Всё понятно и логично с её стороны, хотя, по-скотски…

Я бы так не сделала бы, даже с соперницей так не поступила. Но мы говорим о Миле, а для неё всё эти высокие материи — пустой звук и незнакомые слова.

Но я не узнаю правду, если просто не проверю. Что я сейчас и решила сделать.

Набросила куртку на плечи, вышла следом за Вадимом к машине, откуда уже позвонила няне и предупредила, что ненадолго уеду.

Он привёз меня в нашу бывшую квартиру… Конечно, я узнала дорогу к ней.

Ну, логично: там Мила и она может сейчас глядя мне в глаза попытаться повторить всё то, что наговорила мне. Как я сама не додумалась провести им очную ставку? Перенервничала, наверное.

Мы поднялись в квартиру и Вадим открыл дверь своим ключом. Мила была всё ещё там… Она вышла в коридор и её взгляд тут же изменился: стал затравленным. Она переводила глаза с меня на Вадима и обратно. Она всё поняла, что её обман раскрыт и не сработал.

— И эту змею притащил… — прошипела моя заклятая сестрица.

— Выбирай выражения, Мила, — обрубил её поток оскорблений Вадим. — Пришло время расставить точки над “i”. Мила, разве я тебе предлагал быть снова вместе, жить одной семьёй и восстановить отношения?

Мила молчала. Она опустила глаза. Поняла, что сделала какую-то фигню и теперь не понимает, как выкручиваться из ситуации. А никак. При нём трудно врать о том, что он очень хотел с ней семьи и отношений, когда он на самом деле этого не хотел.

— Ну? Что молчишь-то? — спрашивал с неё Вадим. — Что же ты при мне не хочешь говорить то, что сказала Арине?

— Уже нажаловалась? Змея! — зыркнула она в мою сторону злющими глазами. — У нас дочь общая! А ты что пришла?

— У нас тоже сын общий, и что? И между прочим, твою дочь выхаживала я, пока ты, напоминаю, наслаждалась жизнью, — парировала ей я. — Кого теперь ты хочешь обмануть, что тебе очень нужна девочка?

— Да пошли вы… — выплюнула она нам в лицо. — Спелись же обратно…

Она похватала свои вещи и спешно ушла, хлопнув дверью. С дочкой даже не простилась…

— Я просто хотел не быть плохим человеком, Арин. И препятствовать общению с ребёнком я не могу. Но сюда я не позволю ей больше зайти. Обещаю.

Я подошла к нему ближе, посмотрела в глаза и спросила:

— Ты правда любишь меня? Опять.

— Не опять. Я всегда тебя любил. Просто дурак был… И сейчас люблю, Арин.

Я прижалась к нему изо всех сил. С души будто огромный булыжник упал.

Я верила.

Я простила.

Я хотела быть снова счастливой вопреки всему…

Кто-то сказал бы, что я дура, потому что решила попробовать снова.

Но я так хочу. И мне оставалось лишь надеяться, что я не ошиблась в нём…

— Как же ты ей поверила так запросто? — мягко укорил он меня, обнимая и ласково поглаживая по голове как неразумное дитя. — Ну ведь что угодно можно наплести, желая зла.

— А что я должна была делать? Она так убедительно говорила.

— У меня спросить, Арина, — взял он моё лицо в свои горячие ладони. — Спросить у меня. И я бы тебе сказал сразу, что она лжёт.

— Знаешь… — задумчиво сказала я. — Это, наверное, мой страх говорит так.

— Какой такой страх? Ты разве боишься чего-то со мной? Я всё решу, ты же знаешь.

— Есть один страх, да.

— Какой?

— Страх потерять тебя. Снова. Второй раз я этого просто не переживу.

— Не бойся, — улыбнулся он, с теплом глядя на меня. — Ты никогда меня не теряла. А я больше никогда не сделаю тебе больно. Клянусь. Прости за всё… Я люблю тебя.

Он прижался к моим губам, и я ответила ему на поцелуй с той же страстью, с какой он целовал меня…

— А поехали в кафе? — вдруг предложил он.

— Прямо так? — указала я на спортивный костюм.

— Да и что? Не в ресторан же. Кофе попьём и отметим наше примерение!

— Поехали.