Глава 15

– Юр, мне завтра надо будет съездить в город. Возвращается моя подруга, надо ее встретить в аэропорту.

Дарья могла бы и не сообщать Юрию о своих делах, но, во-первых, это не сложно, а во-вторых, они все-таки сейчас вынужденно находятся вместе. А ему, оставшись после ее отъезда одному, придется сидеть в темноте, не выдавая своего присутствия.

Перед сном Юрий убеждал Дарью выпить еще одну таблетку успокоительного:

– Даш, проблемы это, понятное дело, не решит, но хоть выспишься.

– Юра, спасибо, но нет. Мне же завтра не к станку вставать, так какая разница, высплюсь я или нет, – она даже смогла найти в себе силы улыбнуться.

Проворочавшись весь вечер в кровати сына, куда ушла спать, уступив Юрию спальню из-за стратегического расположения окон, и поняв, что не спится, Дарья спустилась на кухню. Захотелось выпить теплого, как в детстве, молока.

Выходя из спальни сына, услышала, что Юрий тоже не спит. Мужчина крутился на своей раскладушке, скрипя пружинами.

– Юр, не страдай ерундой. Ложись в кровать. Я там чистое и новое постелила, – проговорила в темноту и, усмехнувшись своим мыслям, с которыми еще вчера она стелила это самое “чистое и новое”, пошла на первый этаж за молоком.

Юрий появился на кухне спустя несколько минут. Появился все с тем же лэптопом в руках. Дарья хотела было поинтересоваться, зачем, мол, но увидела картинку на экране и все поняла. Оказывается, Владимир не просто так успел камеры закрепить и на ее доме, и на доме Юрия. Картинка с камер была выведена на экран компьютера.

Юрий, понаблюдав за Дарьей и ее манипуляциями с молоком, неожиданно предложил:

– Давай у камина посидим, а? Люблю вечером вот так вот, не зажигая света, посидеть, глядя на огонь, пусть бы и за стеклом. Я сейчас себе тоже молока подогрею, – и вдруг добавил мечтательно:

– Эх, сейчас бы какао выпить!

– Да без проблем! – Дарья поставила перед мужчиной железную банку с логотипом кофе. Увидев его удивленный взгляд, пояснила:

– Там какао. Пересыпали, чтоб мыши зимой не добрались. Ромка тоже любит перед сном какао пить, пока я ему книгу читаю. Вот ведь уже и сам хорошо читает, а перед сном еще просит с ним посидеть.

Улыбнулась чуть виновато:

– Понимаю, что надо бы уже отучать от этих посиделок, семь лет уже парню, но не могу отказать.

– Не надо отказывать. Семь лет тот возраст, когда не стыдно еще побыть ребенком. Хороший у ТЕБЯ мальчишка растет, правильный. И не бойся, что он у ТЕБЯ вырастет маменькиным сыночком. Не вырастет.

– Спасибо, – улыбнулась тепло.

Дарья, конечно же, обратила внимание на то, что Юрий намеренно два раза употребил притяжательное местоимение “тебя” в отношении Ромки, но промолчала. Однако Юрий, как оказалось, не собирался спускать это на самотек:

– Даш, я не оговорился. Думаешь, я не видел, что Рома с тобой ближе и теплее общается, чем с отцом. Повторюсь, Толян идиот. Нельзя так относиться ни к своей жене, ни к сыну. Я…

Но Дарья его перебила:

– Скажи, ты знал о том, что у него есть другая семья? Только я тебя очень прошу, Юр, не ври мне, ладно?

Спросила и замерла, наблюдая за ним и его реакцией.

Разве мог он соврать под взглядом этих глаз? И не мог, и не хотел.

– О том, что есть семья, я не знал. Летом видел его с этой девицей, но без девочки, – ответил предельно ровным голосом, глядя ей в глаза. Понимал, что сейчас от его ответа зависит многое. – Космонавт, прости, Владимир уже собирает инфу на нее.

– Толик ведь совсем не там, где мне говорил, верно? Они ведь не в соседнем регионе живут?

– Нет, не в соседнем, – признал очевидное, – на другом конце города. Это пока всё, что мне известно. Уверен, утром Владимир даст мне полное досье на нее.

Дарья кивнула и вернулась к приготовлению какао. По привычке, как для Ромки, насыпала щедро, с горкой, две чайные ложки – сын, как все дети, любил сладкое. Размешала, подала Юрию. Потом сделала и себе.

– Даш, так что на счет посидеть у камина? – напомнил свое предложение.

– Да, давай посидим. Всё равно не спится. Я тоже люблю на живой огонь посмотреть, – улыбнулась смущенно, – только камин, наверное, придется заново растапливать.

– Не проблема! Сделаем. Приходи! Я буду в спортивных штанах и черной футболке, – пошутил, намекнув на свой внешний вид, и скрылся в гостиной.

Когда Дарья появились в гостиной спустя несколько минут, огонь в камине пылал. Удивилась:

– Быстро ты. Я забыла сказать, что там таблетки для розжига есть.

– Таблетки для неопытных бойскаутов, – улыбнулся и кивнул на диван и лежащий там в изголовье плед, – лучшие места в первом ряду для самой прекрасной и очаровательной дамы!

Дарья не стала ничего на это говорить, молча опустилась на диван. Юрий устроился тут же. Не на другом конце дивана, но и не в плотную. Просто сел рядом и, отхлебнув какао, глядя на огонь за стеклом дверцы, глубоко вздохнул и улыбнулся:

– Уютно.

Помолчал и продолжил:

– Даш, думаю, пора рассказать все, да?

– Юр, ты не обязан…

– Обязан, Даш. Я сказал тебе это ранее, там, на кухне, и повторю сейчас: я хочу, чтобы мы были вместе. Дальше по жизни. А для этого ты должна все обо мне знать.

Дарья вспоминала рассказ Юрия по дороге в аэропорт и понимала, что, оказывается, ни черта она не понимала и не разбиралась в мужчинах!

– Так, ладно, встречаем Элен, а потом будет видно, – скомандовала сама себе, заезжая на парковку.

Самолет, на котором прилетела подруга, приземлился, и пассажиры уже появились в зале прилета. Дарья, увидев подругу, выделяющуюся на фоне пассажиров своей красотой и белоснежным манто, мысленно скомандовала сама себе: “Улыбаемся и машем, изображая радость, и тогда, может быть, Элен и не заметит ничего. Хотя это, конечно, вряд ли, слишком уж она хорошо меня знает”.

И с первых же слов подруги стало очевидно, что уловка Дарьи не сработала:

– Даш, ужасно соскучилась по тебе! А что с лицом, дорогуша?

– Да все отлично, Эль. Сама ж понимаешь, новогодние праздники, на дорогах дурдом, все злые и нервные, – Дарья честно пыталась заболтать подругу.

Элен сделала вид, что поверила, но внимательного взгляда с подруги не спускала. Уже сидя в машине Дарьи и объясняя ей причину своего внепланового возвращения, подловила на том, что та ее не слышит:

– Даш, что происходит?

– Ничего не происходит, думаю, это ж КАК надо довести женщину, чтобы она за утюг схватилась да по черепушке треснула своего благоверного? – отвечая на вопрос подруги, Дарья невольно думала, примеряя ситуацию на себя и Толика.

Поняв, что Элен не очень-то ей верит, Дарья попыталась переключить подругу на рассказ о поездке во Владик:

– Расскажи, как прошли твои секс-выходные? Знаешь, Эль, я первый раз вижу, чтобы твои глаза так светились счастьем. Давай-ка, рассказывай, как все прошло!

Элен говорила, перемежая свой рассказ смехом и шутками, Дарья держалась из последних сил, стараясь вовремя поддакивать.

А потом Элен, прикрыв глаза, сказала вдруг совершенно другим тоном:

– Понимаешь, Даш, не случайный мужик, а вот прям свой, родной до боли! – эти слова стали последней каплей для Дарьи, выбив из нее судорожный вздох. Элен этого хватило, чтобы понять – у подруги что-то случилось.

– Значит, так, дорогая! Сейчас едем по моим делам в полицию, представлю тебя там своим помощником, а после едем ко мне домой. Нам с тобой есть о чем поговорить!