Эпилог. Когда каждый миг счастливый

– Насть, а замуж пойдешь за меня?

Мой сонный мозг резко просыпается, и я поворачиваю голову к Диме.

– Замуж?

– Я просто подумал, сколько мы еще тянуть будем? Все ведь, итак, ясно.

– И что же тебе ясно, – перекатываюсь с подушки и ложусь на его грудь, подложив под подбородок ладони, чтобы смотреть на него, пока он размышляет.

– Мы с тобой совместимы.

– О, неужели?

– Да. Ты, как оказалось, не разбрасываешь носки по всему дому и даже не храпишь. Вкусно готовишь и любишь, в конце концов, меня.

– Аргумент, – расплываюсь в широкой улыбке, переходящий в смешки.

– И я о том же.

Он сменяет положение, и уже сам нависает надо мной, опустив свои пальцы к обнаженному плечу. Гладит ими.

– Мы живем вместе все лето. Хочу, чтобы ты окончательно стала моей. Полностью.

– А разве я не твоя?

– Полностью, – шепчет, ведя губами по чувствительной коже моей шеи. – Каждый миллиметр твоей жизни.

– Кажется, ты не оставляешь мне выбора… – срывающимся голосом отвечаю.

– Ни единого шанса… Ты обречена на мою любовь.

– Какой ужас… Выходит, мой ответ: «Да»?

– А ты бы хотела сказать: «Нет»?

Его пронзительный взгляд устремляется в мои глаза и ждет ответ.

Глажу его по щеке и с улыбкой отвечаю:

– Я бы тысячу раз повторила свое «Да».

Воспоминания о том нашем августовском утреннем разговоре живо перетекают в сознании, когда я задумчиво разглаживаю подол своего очень светлого мятного оттенка платье.

Улыбка не сходит с моего лица с того самого момента.

Он верил в мой ответ, но не был уверен, что получит его с первой попытки. А я просто подумала и решила, что тоже не хочу тратить время на раздумья. У нас есть все, чтобы быть счастливыми. Почему я должна препятствовать этому?

Мы доверяем друг другу. Наши дети отлично ладят. Мы живем под одной крышей и любим детей друг друга, выстроив с ними доверительные отношения.

Что еще нам нужно?

 ***

А наутро все снова вернётся.

Солнце ярким лучом путь укажет.

И весна в твоём сердце проснётся,

А он вдруг о любви своей скажет.

Ты, конечно, сомнения отбросив

На ещё один шанс все поставив.

И в начале желтеющей осени

При свидетелях «Да» свое скажешь.

Наша свадьба с Димой проходила в том самом патио, которое он спешил закончить до конца лета.

Мне сложно поверить, что это было его планом изначально, но все же… Это так романтично и мило с его стороны.

Церемония была выездной и очень красивой. На мне не совсем стандартное свадебное платье, но я и не планировала наряжаться золушкой. Его мы выбрали с Лерой и Юлей вместе.

Оно обычное А-силуэта. Без тонны тюля. Дима купил костюм. Поэтому мой мятный цвет, отлично контрастировал с образом моего мужа.

Смущало ли меня такое скорое торжество?

С самого начала да.

Мне все, казалось, что кто-то не поймет, пока я сама не осознала, как глупо полагаться на мнение остальных людей.

Этот мир полон тех, кто подбадривает тебя или гонит в самую яму. Но ты всегда будешь той, кто решает, куда именно тебе двигаться.

Мое направление вперед, рука об руку с этим мужчиной, который заставляет верить в нас и нашу любовь.

Поцеловав мужа, и, повернувшись, я смотрю в счастливые лица наших родителей. Детей, которые стоят рядом. Друзей, которых очень ценю. Смотрю на свою сестру, что уже, как два месяца родила свою малышку и держит ее сейчас на руках в окружении Лизы и мужа.

Я смотрю и понимаю, что все не могло закончиться иначе.

Хотя… все только начинается, о чем это я?

– Насть, – тянет Дима, когда мы с ним медленно кружимся в танце.

– М?

– А ребенка родим?

– Мне тридцать семь, – отвечаю, издав смешок.

– А мне сорок один. Но я чертовски молод в душе.

На эту реплику я смеюсь уже откровенно, пока он подбирается к моему уху.

– Хочу ребенка, нашего общего. У нас есть и сын, и дочь, будет и третий. М?

– Ты правда хочешь пройти этот путь с младенцем сначала?

Отрываюсь от него и смотрю в любимые глаза, которые по-прежнему отражают цвет правды.

– С тобой… Да хочу.

Задумываясь на секунду, я невольно вспоминаю слова своего врача «Здоровая, что хоть сейчас рожай».

– Ну, мы могли бы попробовать и…

Договорить у меня не было ни единого шанса, потому что мои губы уже утопали в чувственном поцелуе.

В какой-то момент Юля уходит покормить дочь, и я иду за ней, поцеловав напоследок мужа.

Нахожу ее в комнате для персонала и тихо вхожу.

– Ну как вы тут?

– Проголодалась, – Юля улыбается и смотрит на свою дочь полным обожания взглядом.

– Я сразу вспомнила тебя с Лизой. Тебе очень идет материнство, Юля.

– Спасибо, – ее голос дрожит, и я замечаю слезу, которая бежит по округлой щеке.

– В чем дело?

– Когда я узнала о беременности, у Артема была интрижка с кем-то, с работы.

– Что?

– Да. Поэтому я так повела себя на Новый год. Как полная сука. И мне так стыдно за это перед тобой…

– Мы уже это прошли и все обговорили, поэтому не нужно. А что с Артемом?

Она пожимает плечами.

– Поссорились. Он переехал в соседнюю комнату. Жили какое-то время так. Потом поговорили.

– И ты теперь сомневаешься?

– Нет, но порой… Это происходит как-то само. Просто всплывает в голове и не можешь ничего с собой поделать. Затем успокаиваюсь.

– Ты уверена, что он с ней больше не встречается?

– Хочу быть уверенной. Но как на самом деле… Я не могу этого знать.

– Тебе нужно хорошо подумать о том, что ты делаешь. И если так жить тебе будет сложно, то принимать меры, Юля. Иначе ты просто не будешь жить в спокойствии, а на постоянном стрессе. Это не норма.

– Хорошо. И спасибо… что не злишься на меня.

– Я счастливой быть хочу… – улыбаюсь ей.

– Ты нашла того, кто с этим справляется.

– Это точно. С ним я совершенно счастлива.

___

Треки для Насти и Дмитрия:

Юлия Савичева – «От его голоса»;

Полина Гагарина – «Мировой океан»;

Валерия – «Сильные женщины»;

Игорь

Все налаживается.

Всегда идет по жизненному кругу. Сначала плохо, потому лучше, или вообще замечательно.

У меня сейчас все шло нормально.

Но больше никто не переживал за меня пока я в рейсе. Никто не ждал моего возвращения. Не было ни одной женщины. Не было и детей, что ждали папу с подарками или без.

Сын по-прежнему отказывается меня видеть, особенно после той моей выходки, за которую мне стыдно. Ида, изредка позволяет мне увидеться с Ангелиной. Больше никакого разнообразия в моей жизни не происходит.

Такое ощущение, что пришло время для счастья остальным, а я застрял на остановке в ожидании поезда.

Прошло уже два месяца и за окнами стоит летняя погода. А я лежу на кровати в общежитии, комнату в котором снимаю и не хочу ничего делать. Завтра снова в путь, вот и отдыхаю.

Но мои размышления прерывает стук в дверь.

Быстро поднявшись, я открываю и вижу Иду.

– Привет.

Ангелинка проскальзывает между матерью в дверной проем и вцепляется в меня с объятиями.

– Папочка, – кричит она и я подхватываю ее на руки.

– Привет, ангелочек мой.

Я так боялся при встрече услышать однажды свое имя, а не «Папа».

Эта правда от Иды ударила по мне слишком больно. Если в случае с сыном я несу ответственность за свои поступки, то тут я просто был обманут… И вот в чем дело, я четко осознаю, что чувствовала Настя, узнав о моем обмане сроком в те же десять лет, что и я был обманут.

Но уже ничего не исправить. Остается только где-то принимать, а в чем-то стараться исправить.

– Привет. Не отвлекаем?

– Конечно, нет, проходите.

Общаюсь с дочкой, которая в моих мыслях всегда ею и остается, а сам поглядываю на Иду.

Она, как и в прошлый свой такой визит рассматривает обстановку, прежде чем сесть на стул.

– Как дела?

– Нормально, а у вас как? Что-то случилось?

– Нет. А что?

– Ты приехала ко мне сама, вот что.

– Ладно. Опустим это. Пошли на воздух, а? Духота ужасная.

– Ну, пошли.

Мы доходим до небольшого парка и там сбавляем шаг.

– Итак, говори.

– Все ты знаешь.

– Ида не надо. Просто скажи, чего ты хочешь.

– Я пришла сказать, что не против твоего общения с Ангелинкой.

– Что это значит?

– Это значит ты можешь брать ее на выходные. Приезжать и видеться с ней.

Мне приходится остановиться, чтобы посмотреть в ее глаза.

– Что? Не рад?

– Ты два месяца назад выставила меня за дверь дома и сказала, что у нее есть другой отец. Теперь приходишь и прекрасно зная, как это делается, манипулируешь меня дочерью.

– А можно без истерик. Не хочешь не надо…

– Я просто пытаюсь понять откуда эта милость? Ты кичилась тем, что замуж скоро выйдешь за этого… как там его имя?

– Славик был мудаком. Он узнал, где я деньги коплю, и украл, прежде чем сбежать. Так что, если хочешь, можешь посмеяться.

– Не хочу я смеяться над тобой или кем-то другим. За общение с дочкой спасибо. Я ее любил и буду любить как родную.

Мы продолжаем идти вперед.

Я смотрю на бегающую вокруг малышку и не могу поверить, что Ида дала мне зеленый свет в нашем общении. Плевать, если она свои корыстные цели преследует. Я просто рад, что хотя бы она у меня все еще останется.

– Как ее спина?

– Все хорошо. Терапия продолжается, но никакого риска нет и не будет. Благодаря тебе.

Внутри разливается тепло, что я успел ей помочь. Жаль, сын пока что не готов к шагу мне навстречу, но я буду ждать сколько угодно.

На следующий день я приезжаю в офис и вижу в коридоре девушку.

Примерно тридцати лет.

Пройдя мимо, я замечаю ее улыбку, но не останавливаюсь.

Вхожу в кабинет начальника.

Это небольшая фирма. По типу той, что была у отца Насти, но чуть больше. И начальник вызвал меня к себе, позвонив вечером.

– Эдуард Павлович, добрый день.

– О, Игорь. Привет. Заходи.

Он указывает на стул и, как только я занимаю это место, он начинает.

– Ты у меня уже прошел испытательный срок и в связи с тем, что опыт у тебя почти самый впечатляющий, я тебя ставлю на дальник. Будешь нашим представителем на западе.

– Ого, это… Я вам очень признателен.

– Надеюсь, что ты покажешь свою признательность делом. Эту фуру мы купили не так давно, так что… Не подведи.

В дверь его кабинета стучат и когда он разрешает войти, то я замечаю ту самую девушку.

– О, а это Наташа, моя дочь.

Она улыбается и протягивает мне руку, которую я пожимаю.

– Игорь. Очень приятно познакомиться, Наталья.

– И мне, – ее глаза искрятся, а я улыбаюсь в ответ.