Глава 9

Оля

Я подъезжаю к дому, и все внутри сжимается в тугой комок. Рядом с моим парковочным местом стоит его машина. Тонированный, начищенный до блеска внедорожник, который он всегда любил больше, чем свою семью. Его машина — это прямое доказательство его статуса. Того, что у него есть деньги. Что он хозяин этой жизни.

Я же наоборот никогда не считала, что какие-то материальные вещи могут стоить дороже, чем то, что внутри.

Делаю глубокий вдох. Выдох. Готовлюсь к нашей встрече. Глушу двигатель, беру сумку и выхожу из машины. Дверь захлопывается с четким, уверенным звуком.

Он выходит из своей машины, опираясь на открытую дверцу. Лицо усталое, но с привычной попыткой сохранить контроль.

— Оль...

— Что ты тут делаешь? — мой голос звучит ровно и холодно, без тени страха. — Неужели Ирина уже выставила тебя за дверь? Или для тебя оказалось слишком много “драйва” в твои-то годы?

Его лицо искажается от злости, но он сдерживается.

— Я приехал, чтобы нормально с тобой поговорить. Думаю, тебе должно было хватить того времени, что я тебе дал, чтобы ты остыла и... приняла ситуацию.

Я прохожу мимо него к подъезду, достаю ключи.

— Для начала, “дорогой”, остывают только трупы в морге. А, я приняла ситуацию еще в тот день, когда все узнала. Разве ты не заметил? Тебе нужна была более красноречивая реакция?

Он следует за мной.

— Не лги себе, Оля. Я знаю, что ты не хочешь этого скандала. Ни тебе, ни детям это не нужно.

— А я и не скандалю, — я поворачиваюсь к нему. — Я даже отпускаю тебя в свободное плавание. Даю полную свободу действий. Кажется, это очень щедро с моей стороны, не так ли? Ты можешь больше не прикрываться командировками, а просто жить своей лучшей жизнью.

Он пытается говорить спокойно, снисходительно, как с несмышленым ребенком.

— Оля, давай будем взрослыми людьми. Мы можем решить все тихо, без лишнего шума. Сохраним все в тайне. Для детей. Представь, какой это для них удар узнать, что их родители разводятся с таким... скандалом. Мы можем постепенно отдаляться, чтобы для них это не было столь сильным ударом. Потом скажем, что просто... разошлись. Со временем. Если хочешь, я откажусь от этой квартиры в твою пользу. Не буду претендовать на раздел имущества.

Я смотрю на него, и все становится на свои места. Он не хочет “пощадить детей”. Он не хочет ничего делить, потому что знает, что мне положено слишком много, и для него это может обернуться крахом. А еще он хочет прикрыть скандал. Остаться в глазах общества “порядочным человеком”, который просто не сошелся характером с женой. Уйти, не неся ответственности. Не признавшись в своем предательстве.

— Правда всегда выходит наружу, Денис, — говорю я тихо. — Рано или поздно. И я не собираюсь строить из нашей жизни красивую сказку для чужих ушей. И уж тем более для наших детей. Они заслуживают знать правду. Горькую, но правду.

Его наигранное спокойствие лопается, как мыльный пузырь.

— Какую еще правду?! — его голос срывается на крик. — Ты хочешь их травмировать? Своими подробностями? Своим... мщением? Я всегда знал, что ты черствая, Оль! Холодная, расчетливая стерва! Но чтобы настолько...

Он сыплет оскорблениями. Говорит, что я никогда не умела любить, что я эгоистка, что я готова разрушить жизнь собственным детям ради своей гордости. Его слова бьются по мне, как горох о стену. Они не ранят. Они лишь подтверждают, что я все делаю правильно.

— Закончил? — спрашиваю я, когда он замолкает, тяжело дыша. — Тогда, думаю, наш разговор окончен.

Он смотрит на меня с настоящей ненавистью.

— Ты еще пожалеешь об этом. Очень пожалеешь.

— Возможно. Но это будут мои сожаления. А не твои. Не переживай. Я с ними справлюсь, как справлялась со всем до этого.

Он разворачивается. С психом садится в машину и с визгом шин уезжает. Я стою у подъезда, смотрю ему вслед. И понимаю. Я выстояла. Не прослезилась.

Не пошла на попятную. Не согласилась на его унизительные условия. Во мне нет ни страха, ни сомнений. Есть только твердая уверенность.

Я поворачиваюсь, открываю дверь и захожу в подъезд. Тишина. И в этой тишине я мысленно говорю ему то, что не сказала в лицо:

“Готовься, Денис. Я уже подала первые документы своему адвокату. И тебе не удастся обвести меня вокруг пальца. Но тебе еще рано об этом знать”.