Глава 22

– Давай, греби быстрее! Мы с мамой в бассейне соревнуемся, кто скорее доплывёт до дальнего борта. Я плыву быстро, что есть силы, загребаю руками. Стараюсь обогнать маму. Оборачиваюсь, не догоняет ли. Плескаюсь и смеюсь. Вдруг в глазах как-то помутилось. Я почувствовала странное состояние, остановилась, взялась за голову. Как будто закружилось в голове, всё поплыло перед глазами. – Что с тобой? – мама остановилась напротив, с тревогой смотрит мне в лицо. – Не знаю. Как-то не очень хорошо стало. Как будто в глазах помутилось. Наверное, не нужно так быстро плыть. Сейчас уже всё нормально. Поплыли дальше, – я начала загребать, но уже не так сильно. Мама поплыла тоже. Замечаю, теперь она внимательно за мной следит. Но головокружение больше не повторялось. Теперь я была осторожна. В следующий раз мне стало нехорошо в магазине одежды, когда мы с мамой выбирали себе что-то новенькое. Я надела платье с широкой юбкой, покружилась перед зеркалом, и у меня вдруг закружилась голова. Я торопливо села на кресло, схватилась за лоб, почувствовав испарину. Что происходит? – Может, принести вам воды? – спросила девушка-консультант, – вы очень бледная, наверное, не ели сегодня ничего. Мне тоже иногда подташнивает, когда сижу на диете. – Да нет, я позавтракала. Мы только что из кафе, – отвечаю и сталкиваюсь с сосредоточенным взглядом мамы. – Хорошо, берём вот это платье и свитер. Заверните, пожалуйста, – мама подала вещи, девушка пошла их упаковывать. Мама подошла, присела рядом со мной, взяла руку, потрогала запястье. – Пульс учащённый, – проговорила она задумчиво. – Что-то мне как-то нехорошо. Подташнивает. Наверное, что-то не то съела. Может быть, салат был несвежий? – Ладно, посмотрим. Сейчас я расплачусь, поедем домой, хватит гулять. Мама расплатилась картой, которую я ей дала. Мы забрали наши покупки и вышли из магазина. Сели в машину, которая нас сегодня возит. – Едем домой, – сказала мама водителю. – Понял, – мужчина кивнул. По дороге мама попросила остановить у аптеки. Когда машина остановилась, она открыла дверь, и прежде чем выйти, сказала: – Две минуты. Я сейчас вернусь. – Как скажете, – кивнул водитель. Он мог бы подождать и час, и два, это его работа. Игнат выделил нам с мамой отдельную машину с водителем, чтобы мы не вызывали каждый раз такси, когда нам нужно поехать прогуляться, или за покупками. Мама и правда вернулась очень быстро. В руке сжимает небольшой пакетик, он не прозрачный, непонятно, что там за лекарство. Мы приехали домой. Вошли в холл. Не успела я повернуться, чтобы подняться в свою комнату, когда мама протянула мне пакет и сказала: – На, возьми. Советую тебе сходить в туалет. – Зачем? – не поняла я, открыла пакетик, заглянула, сунула руку и вытащила коробочку, на которой написано «Тест на беременность». – Ты думаешь…? – я нахмурилась. – Я почти уверена, – кивнула мама. – Ладно, сейчас схожу, – я ощутила некоторое беспокойство от маминого предположения. Сама я такого ещё не допускаю. Поспешила наверх, прошла в уборную возле нашей с Игнатом спальни. Уже через пять минут я испуганно смотрю на тест, на котором ясно выделяется «плюс». Стук в дверь и голос мамы прервали моё недолгое замешательство. – Соня, с тобой всё в порядке? Я подошла, открыла дверь и протянула ей тест. Чувствую, ещё немного, и слёзы брызнут из глаз. Мама посмотрела на тест, потом на меня. – Так, ну, во всяком случае, хорошо, что ты уже замужем, – покачала она головой. – И что это значит? – растерянно смотрю на маму. – Это значит, девочка моя, что у тебя есть муж, дом, а теперь будет ещё и ребёнок. И теперь, дорогая моя, всё меняется, – сказала она строго. – В каком смысле? – не могу проследить ход её мысли. – В прямом. Сейчас ты становишься его настоящей женой. – А как же договор? – растерянно моргаю. – Ты хочешь, чтобы он через год вступил в силу? – мама вопросительно глянула мне в глаза. – Нет, я не хочу, чтобы он вступал в силу, – мотаю головой. – Ну, тогда забудь о договоре. Если вы не захотите, вам не нужно расставаться. Не думаю, что Игнат будет против ребёнка. Я так поняла, его отец прямо требует от него, хочет понянчить внуков. Тогда в чём дело, – мама явно довольна. – Но… я не думала. – А не надо думать, всё идёт своим чередом. Мало ли какие причины были у вашего брака в самом начале. Он состоялся. А теперь будет и подтверждение этого брака – ребёнок. – Ты так считаешь? – Можешь предложить что-то ещё? Предлагай? – мама упёрла руки в бока. – Не знаю, правильно ли… – Я против каких-либо вмешательств во влияние природы. Всё нормально, всё закономерно и идёт своим чередом. Не нужно пугаться беременности. Да, я знаю, возможно, ты её не планировала, но, я почти уверена, что Игнат подсознательно к этому готов. Я вздохнула. – Ты думаешь? Даже не знаю, как ему об этом сказать. Я боюсь, – взглядом прошу помощи у мамы. – Я могу сказать, – говорит спокойно. – Ты? – А что тут такого. Я твоя мать. Могу за тебя сказать твоему мужу, что ты беременна. – Думаешь, это правильно? – нахмурилась я. – Соня, доченька, у нас тут вообще ситуация слегка неправильная. Поэтому мы не можем утверждать, что правильно, а что неправильно. Вы уже наделали кучу дел. Теперь ещё и это. Как с этим быть? Если ты говоришь, что вы влюблены в друг друга, и я в принципе, вижу его отношение к тебе, то всё нормально. Ты беременна, вы женаты – всё хорошо. Мама немного успокоила. Когда я увидела этот плюс на тесте, меня охватила небольшая паника, но сейчас то, как всё рассудила мама, реально поставила на место пазлы, стало легче. Я поняла, что бояться нечего. Может быть, действительно она права. Не представляю, что Игнат будет не рад такой новости. Надеюсь, он будет рад. -– – Я дома! – кинул на подставку ключи от машины и органайзер. Сразу заметил в гостиной Светлану – мать Сони. Она отложила телефон, когда я вошёл, и подпёрла рукой подбородок. Внимательно смотрит, как будто ждёт от меня чего-то необычного. – Добрый вечер, – подхожу, она встаёт, но не двигается с места, а только скрещивает на груди руки. Интересно. Поза для упрёков или требований? Тут же начинаю перебирать в памяти, где я мог накосячить. Не найдя ничего подходящего, насколько возможно широко улыбаюсь. С её приездом в доме стало не так тоскливо. Чем дольше здесь живёт Соня, тем больше я убеждаюсь, что брак – это довольно унылое дело. Поработал, приехал домой, поужинали, поговорили, посмотрели телевизор или что-то по интернету. Иногда, когда я расположен, куда-то сходили поужинать. Ну, и ещё ночью, опять же, если есть у меня настроение, позанимались любовью. Всё. И так каждый день. Одинаково. Даже тоскливо. С приездом матери Соня стала веселее. Раньше она такой не была. Она стала немного смелее. Это нравится мне гораздо больше, чем исходящее от неё постоянное напряжение, вдруг я скажу что-то не то. Или страх, вдруг я передумаю и её прогоню. Что-то похожее. Мать Сони реально разрядила окружающую нас атмосферу, сделала её более лёгкой, дружеской и даже немного доверительной. Светлана – приятная женщина, и я рад, что познакомился с ней. Тем самым ещё больше приблизился к Соне. – Добрый вечер, Игнат, я жду вас, чтобы поговорить, – она улыбнулась, мне стало не так подозрительно, как сначала, когда я вошёл. – Интересно. Что за тема? – чувствую, не о чем волноваться, но слегка официальный тон всё-таки напрягает. – Сегодня мы узнали, что Соня беременна, – говорит спокойно. Так! Это заявление стало для меня большой неожиданностью. Нет, я, конечно, понимаю, к чему всё идёт, где-то на уровне подсознания даже ждал побочной новости, в необозримом будущем… но когда случилось, оказался слегка не готов. Тем более, когда с серьёзностью на лице эти слова произносит взрослая женщина, мать Сони. Она, пусть и достаточно мягко, но как будто в чём-то меня упрекает. Я-то понимаю, что она знает обо всём в наших с её дочерью отношениях. И сейчас в её голосе я реально почувствовал некоторый скрытый упрёк. – Если Соня беременна, то это хорошо, – отвечаю, успокаиваю её серьёзность, а заодно проговариваю для себя однозначный вывод. Да, это хорошо в данной ситуации. Как бы цинично это ни звучало – в ближайшее время я с удовольствием предъявлю эту новость своему отцу. Соня – моя жена, и ничего это не изменит, если я сам не захочу. Позиции меняются. Мы меняем их сейчас. Мы с Соней уже далеко не там с чего начинали, зашли так далеко, что возвращаться к исходному положению, к которому мы собирались когда-то вернуться, уже не представляется возможным. Сегодня пройдена точка невозврата. И то, что говорит сейчас эта женщина – ещё один логичный пункт, без которого игра не была бы сыграна. Все эти изменения к лучшему. Не нужно с ними бороться или противостоять. Назад дороги нет. Всё. Будет ребёнок. Отлично. Я рад. Мой отец будет счастлив. Да, это просто отличная новость. С каждой секундой своего замешательства я всё ближе подхожу к ответу. Что касательно моей любви к Соне, я бы сказал, это своеобразная любовь. Она очень тонкая и нежная, и она просто и естественно протекает. Не останавливаю. Отношусь к этому, как к чему-то очень хорошему, приятному в моей жизни. Только не расцениваю её как что-то такое, что никогда не уйдёт. Сейчас наши отношения прекрасные, менять ничего не нужно, и если к этим отношениям прибавится ещё и ребёнок, я только за. – Так что, Игнат? – спрашивает Светлана, глядя мне в лицо, как будто проникая мне в мозг и зная, пытаясь понять, о чём я в этот момент думаю. – Всё отлично. Я очень рад. Стану отцом, а Соня – матерью. У нас будет ребёнок – отлично, – говорю, улыбаясь, но вижу, я её не убедил. А я и не должен. – А где Соня, почему она не с вами? – Ей сегодня нездоровится. Два раза ей было плохо, поэтому мы и заподозрили… – Может быть, стоит сходить к врачу? – Да, завтра неплохо было бы свозить её к врачу, – соглашаясь, кивает. – Я могу пригласить сюда врача, если ей… Ладно, сейчас всё решим, – говорю уверенно, поднимаясь по лестнице. Светлана проводила меня взглядом и снова уселась на диван со своей книжкой или телефоном. Я поднялся на этаж, подошёл к двери в спальню. Не сразу вошёл. Остановился у двери. Где-то минуту думал, что я сейчас скажу, что она хочет от меня услышать. Как вообще нужно вести себя в подобной ситуации? Я слегка ошарашен новостью, но не до такой степени, чтобы не быть недовольным. Только пока не чувствую, в чём должна выражаться моя радость. Я толкнул дверь и увидел лежащую на кровати свою жену. Соня отложила телефон, посмотрела на меня. И опять на её лице выражение, будто она в чём-то провинилась. – Привет, эй, – улыбнулся, подошёл, нагнулся, поцеловал в губы, погладил по щеке. – Как ты, малыш? – взял её руку, прижал к губам. – Мама сказала тебе? – спрашивает несмело. – Да, я уже всё знаю, – произношу с нежностью, глажу светлые волосы, – это же прекрасно, малыш. – А как же наш договор? – голос её слабый. – Забудь ты про тот договор. Я вообще его выброшу. – Значит, ты рад? – вижу радостные искорки в её глазах. – Конечно, я рад. И отец будет рад. Это отличная новость и для меня, и для отца. А ты что, не рада? – сажусь рядом на кровати, держу её ладонь, тереблю пальцы. – Я не знаю. Думаю про договор. – Не думай про него, забудь. Считай, его нет, вычеркнули. Никакого договора не существует. Живём, как живём. – Ты правда этого хочешь? – Правда, клянусь, – иди сюда, тяну её к себе, обнимаю хрупкое тело. – Я так боялась, – Соня жмётся ко мне, словно замёрзла, слегка дрожит. – Чего, глупенькая? – я положил ладонь ей на живот, погладил, – это же прекрасно, у нас будет малыш. – Мне кажется, что я тебя подвела, – трётся щекой о моё плечо. – Глупости какие. Никого ты не подвела. Я очень-очень рад. Сильно-сильно, – я снова прижал её ладонь к своим губам. В этот момент мне очень захотелось сказать ей что-то такое, от чего бы она улыбнулась. – Я очень рад, малыш, я мечтал об этом, – сказал я, для того чтобы сделать ей приятно. Увидел в её глазах слёзы. Губы Сони задрожали. Я увидел, насколько она беззащитна в своих чувствах ко мне, насколько доверяет мне и боится, что я обману её доверие. – Ну, что ты, иди сюда, – я прижал её сильнее. Конечно, я хочу этого ребёнка. Сегодня всё встало на свои места. Закончился неопределённый этап, начался новый, совершенно логичный и ожидаемый. Теперь я точно знаю – мы вместе с ней надолго. Возможно, навсегда.