Глава 30

Когда боль закончилась, мне сказали, что у меня родился сын. Я счастливо выдохнула. Не верится, что всё позади. Когда мне положили его на грудь, я увидела его маленькое, недовольное личико и улыбнулась. У меня родился сыночек. Моя маленькая кровиночка. – Ну, привет, малыш, – говорю, не отрывая взгляда от сморщенного носика. Замечаю, даже сейчас, только что родившись, он невероятно похож на своего отца. И от этого мне стало безумного хорошо и тепло. Совсем забыла, что было сегодня. Я сразу обо всём забыла. Вижу только личико сына, его маленькие кулачки. Вот оно – настоящее счастье. Всё остальное внезапно отодвинулось, померкло и исчезло. Ничего не важно, только маленький новый человечек, беспомощное, слабое тельце на моей груди. Только он. Малыша забрали, чтобы проверить по всем параметрам его состояние. – Всё хорошо, малыш здоров, – слышу голос доктора. – Самое главное, что он здоров, – шепчу обессиленными губами. Через некоторое время я уже лежу в палате, а рядом со мной в специальной детской кроватке – запелёнатый мой сын. Я уже прикладывала его к груди и наблюдала, как он ест. Не могу оторвать взгляда от моего малыша. Он такой красивый. И он мой. В состоянии этой эйфории и любования ребёнком застала меня мама. – Ну, как ты? – она вошла в палату и остановилась у кроватки, с улыбкой смотрит на новорождённого. – Невероятно, он такой красивенький. – Всё хорошо, – я кивнула и потянулась к маме. Она с трудом оторвалась от кроватки, подошла и обняла меня. – Да, он красавчик, – киваю на сына. Постоянная улыбка никак не сходит с моего лица. Дверь открывается, входит медсестра. – А вот и ваш папа пришёл, – говорит тихо, чтобы ребёнка не напугать и не разбудить. За ней в палату заходит Игнат. Под медицинской маской я вижу и чувствую его улыбку. Поверх маски его восхищённый взгляд. – Привет всем, – говорит тихо. Мама настороженно посмотрела на меня, словно спрашивая взглядом, хочу ли я его видеть, потом на Игната, слегка с укором. – Не бойтесь, я не собираюсь устраивать тут скандал, – поторопился он оправдаться. – Надеюсь, – гордо сказала мама, становясь между нами, она в любой момент готова кинуться на мою защиту. – Можно мне побыть с моей женой и сыном? – примирительно спрашивает Игнат. – Конечно, – она пошла к двери и тихо вышла, оставив нас одних. Игнат подошёл к кроватке, посмотрел на ребёнка. И на какое-то время над ним завис. Интересно наблюдать за ним. Взрослый мужчина, с умилением смотрит на младенца. Это его первый ребёнок, конечно, он счастлив. И это видно. Игнат перевёл на меня взгляд. Я не дрогнула, смело, не отрываясь, с вызовом смотрю ему в глаза. Он снимает с одного уха медицинскую маску. – Соня, я тебе обещаю прямо сейчас, в присутствии нашего ребёнка, я никогда больше не допущу ничего подобного, – говорит серьёзно. Я не выдержала, отвела взгляд. – Ты веришь мне? – спрашивает. – Да, верю, – я снова посмотрела ему в глаза. И я действительно верю, потому что врать в такой ситуации – это настоящее кощунство. Какой человек пойдёт на это, только самый подлый и нечестный. Я верю, теперь у нас будет настоящая семья. – Я не хочу тебя терять. У нас только сейчас всё начинается. Конечно, я могла бы сказать, не я виновата в том, что всё разрушилось… но не стала. Верю в то, что прямо сейчас он осознает, какие важные обещания мне даёт. Малыш пошевелился, закряхтел, открыл ротик. Игнат следит за ним. Тоже, как и я, не может оторвать взгляда от нашего сына. – Он похож на тебя, – говорю тихо. – Ты думаешь? – Игнат протягивает руку и как-то не нарочно касается моего локтя, смотрю на этот жест. – Я уверена, – киваю. – Ты вернёшься ко мне? – спрашивает, заглядывая мне в глаза. – Вернусь, – не могу не ответить ничего другого. Даже если хотела уйти, была зла на него, то теперь совершенно не могу злиться. Я верю, сейчас у нас точно будет всё хорошо. Чувствую, когда Игнат увидел своего сына, так же, как и я, начал преображаться, становится совершенно другим человеком. – Это хорошо, – он садится на край кровати, обнимает меня, я держусь за него, и мы вместе, прижавшись друг к другу, смотрим на нашего ребёнка. Дверь снова открывается, входит отец Игната. Тоже в шапочке, в маске и в халате. – О, я смотрю у вас тут прямо идиллия, – усмехается, – ну, где тут наш новый родственник? – он приближается к кроватке и говорит тише, упирается крепкими руками в прозрачный бортик и смотрит на малыша, – Нет сомнений, самый настоящий Буров. Весь в меня. – Подожди, пап, сначала он в меня, – спорит Игнат. – А ты в кого? Ты же в меня, значит, он в тебя, а ты в меня, – у отца хорошее настроение, он тоже слегка в эйфории от происходящего. Мы засмеялись, и ребёнок начал беспокойно шевелиться. Мы сразу затихли все втроём. – Тише вы, дитя разбудите, – шикнул на нас отец, мы с Игнатом переглянулись и улыбнулись друг другу. Он прижал меня к себе, поцеловал в лоб и в макушку, и мне стало так хорошо. Вся обида куда-то делась. Не могу обижаться ни на кого, при таких обстоятельствах это невозможно. Хочется всех простить и жить дальше. Чувствую его тепло и его любовь, и я не хочу никуда уходить. – Ну, что вы тут? – зашла мама, быстро глянула на нас с Игнатом. Подошла к кроватке, переглянулась с отцом. – Как пацана назовём? – спрашивает он. Игнат посмотрел на меня, как бы предоставляя мне право назвать нашего сына. Хоть мы уже пару раз с ним обсуждали, как назовём ребёнка, но никогда не доходили до компромисса. Я хотела назвать сына Кирилл, а Игнат – Михаилом, и мы всё время спорили по этому поводу и приводили аргументы. Но теперь он глянул на меня и предоставил мне возможность назвать так, как я хочу. Я моргнула, перевела взгляд на сына, кивнула и сказала: – Да, мы уже решили . Сын будет Михаилом. – Ох, вот это вы молодцы, – отец Игната сразу стал очень довольным, – Михаил – знатное имя, монументальное. Значит, будет Мишка, Михаил. – Да, будет Мишка, – улыбнулась я, мне понравилась реакция папы. Игнат сильнее меня прижал к себе. Мама тоже улыбнулась и подмигнула мне. – Главное, чтобы был здоровеньким, всё остальное – ерунда, – произнесла она. Я вздохнула. Да, мы настоящая семья. Нет никаких сомнений. –– Через несколько дней я вернулась домой, в дом Игната. Тут уже обустроена детская комната. Все последующие после рождения Миши дни я чувствую постоянную любовь и внимание Игната. Вижу его стремление, он действительно хочет всё исправить. Сейчас, когда у меня есть ребёнок, я, прежде всего, думаю о его будущем. Теперь я, как никогда чётко осознаю, можно сколько угодно угрожать и обещать уйти, всё сломать и разрушить, но когда у тебя на руках маленький ребёнок, ты начинаешь думать совершенно иначе. Думать о том, что будет лучше для него. А я думаю только о нём, о моём маленьком Мишке, который проживает свои первые дни в этом огромном мире.