Глава 32

Глава 32

Вадим

Отец Ирины оказался хороших мужиком, но больше всего меня поразили их отношения. Он действительно относился к девушке, как к своей родной дочери. Не часто, к сожалению, встретишь теплые взаимоотношения детей с отцами, да и с матерями тоже бывает по-разному. Знал не понаслышке. Тут же, по сути, чужие люди стали роднее родных.

Пока Ирина отдыхала у себя в комнате, мы успели обсудить ее развод с Ильей. Аркадий был настроен на полную победу в суде. Он собирался забрать дачу и квартиру, все что по праву должно принадлежать его дочери. Не удивительно, ведь Ильей неоткуда было взять деньги, кроме как у его компании. Он просто крал, пока жена и тесть слепо доверяли ублюдку. Но что поделать, если за совестью не все стоят. Такие, как Илья, ничего не боятся и не стыдятся. Можно и обогатиться за счет жены и семью на стороне завести, ну и кучу любовниц в придачу. В общем, Любышев-Лаптев неплохо устроился в этой жизни. Только вот мужик не учел, что за все в этой жизни надо платить. И его время пришло.

Днем первого числа мы с Аркадием хорошенько попарились в бане, а Ирина в это время приготовила вкусный обед. Вечер провели за играми в карты, что интересно, из нас троих играть могла только Ирина. Мы с Аркадием оказались в дураках. Казалось бы, что там играть, правда?

Второго числа было решено возвращаться в город, к тому же погода позволяла летать. Поэтому к вечеру мы уже были на аэродроме. Город тоже замело, что очень было не похоже на наши зимы.

– Тебя подбросить, Вадим?

– Буду благодарен.

Свою машину мне пришлось оставить в поселке. Дороги там не расчищены, поэтому пока что мой транспорт – такси.

– Ирин, – открыл для нее переднюю дверь, на что она отмахнулась.

– Нет-нет, у вас там свои разговоры, – улыбнулась она, и я кивнул, открывая заднюю дверь.

Честно говоря думал, что у Аркадия будет водитель, но нет, за руль он сел сам. И мы всю дорогу обсуждали то погоду, то рабочие вопросы. Разводом собирались заняться после новогодних праздников.

Попрощавшись у подъезда, Ирина улыбнулась соблазнительной улыбкой, от которой у меня в паху потяжелело. Я проводил взглядом машину, вспоминая, как ранним утром первого числа Ира заглянула ко мне в комнату. Только вот зайти так и не решилась. Думала, что я сплю. Да и собиралась ли она вообще заходить, тоже вопрос, которым смущать ее не хотел.

Поднялся в квартиру, побросал шмотки, как настоящий холостяк и пошел под теплый душ. Стоял под водой с закрытыми глазами и постоянно видел перед собой Ирину. Нравилась она мне. Нежная, красивая, добрая. Как ей могло попасться такое чучело? И это я не про внешность, конечно, а в целом, про человека. Вспомнив, как мы парились в бане, я улыбнулся и руками провел по лицу и волосам, забирая те назад.

Черт, кажется, мои чувства к ней это не просто симпатия. Пригласить на свидание? Какова вероятность, что она меня пошлет? С другой стороны, я ничего не теряю. Могу даже просто пригласить ее к себе на ужин. Ладно, это все хорошо, но для начала было бы неплохо съездить к родителям. Мама наверняка злится, что непутевый, по ее мнению, сын, даже не поздравил их с Новым годом. Нужно исправлять ситуацию.

Обернув полотенце вокруг бедер, пошел в спальню переодеваться, но из коридора услышал звуки входящих сообщений. Точно, связь же появилась.

Решил игнорировать пока, прочту ночью, когда вернусь от родителей.

Несмотря на то, что был вечер второго января, большинство магазинов не меняли свой привычный график. Я заехал в ТЦ, купил корзину фруктов, торт и цветы для мамы. С пустыми руками заявиться, подписать себе смертный приговор. Скривился от своих мыслей, загружая все на заднее сидение. Да, с мамой у нас отношения не простые, но в большинстве своем езжу я к ним ради отца. Он добрый и понимающий, а я ни черта не понимаю, как он с ней все эти годы бодается.

– Кто это? Погоди-погоди, очки надену, а то не узнаю уже.

Вот с такого приветствия начала мать, стоило ей открыть дверь.

– И тебе, здравствуй. Пропустишь, или я так и буду стоять на пороге?

– Да если бы не Роман, не пустила бы. Ты где пропадал и о матери родной не вспоминал?

Я все же вошел в квартиру, но уже безумно хотел свалить отсюда подальше. А ведь здесь я вырос.

– Я предупреждал, мам, что поеду за город. Там связи нет, ничего удивительного.

Мать поджала губы, осматривая меня с ног до головы.

– С Новым годом, – протянул ей цветы, которые она нехотя взяла.

– Не густо потратился. Мишенька мне серьги золотые подарил, гляди, – я она повернулась одной стороной выпячивая мне свою обновку.

Мишенька мой старший брат, и большой любимец маманьки. Я к таким не относился, по всей видимости главная причина в том, что родилась не девочка. Уж как есть, простите.

– Рад за твоего Мишеньку. Отец где?

– Сейчас придет. Послала его в магазин за мороженым. Захотелось чего-то. Ну а ты заходи коль пришел. Может еще чего принес помимо еды?

Меня уже не задевали ее разговоры, потому что я всю жизнь был для нее нелюбимым ребенком. Не удивился бы, если бы она меня в детдом отдала, но видимо отец не позволил. А подарки ей дарить у меня не было никакого желания. Возможно, я плохой сын, но считал, что она их попросту не заслужила. У нее Мишенька есть, пусть выполняет прихоти матери.

– В лесу не продается ювелирка, а все бутики закрыты, – соврал я, не желая отчитываться перед ней.

– Ты всегда был безразличен ко мне. Я тебе все дала, лучшие годы потратила, а ты даже подарок хороший не можешь матери подарить.

– Что поделать, не научился.

– Кстати, нам бы ремонт в квартире сделать. Уж на это найдется у тебя средств?

– Валерия, не приставай к сыну. Он тебе не кошелек, чтобы оплачивать нам ремонт.

Я обернулся на бодрый голос отца и искренне улыбнулся.

Теперь компания стала приятнее.

– Спасибо, сын. Фрукты я люблю.

Вот для него я и купил эту корзину.

Подошел, обнял отца, который всегда встречал меня с теплой улыбкой.

– Лера, ты чего сына в дверях держишь? Держи свое клубничное мороженное и чеши смотреть сериал. А мы болтать пойдем, – подмигну мне.

Отдал пакет матери, она грубо выхватила его и ушла в комнату.

– Суп в холодильнике. Сами нагреете.

– Ох, дура старая. Пойдем, сынок, у нас там много вкусного с новогоднего стола осталось.

И мы закрылись с отцом на кухне на добрые четыре часа, где болтали обо всем, кроме нашей семьи. Ну что поделаешь, раз уж такая она у нас получилась.

Я бы для своих детей подобного не хотел.

А чего бы ты хотел, Вадим?