Глава 46

Глава 46

Вадим

Я не знал, что испытывал, услышав трагическую новость. В детстве я, как ребенок, любил своего брата, несмотря на то что он всегда слушал мать и не воспринимал меня всерьез. Я просто был малышом, который обожал своих родных. Со временем, я понял, что взаимности от них ждать не стоит, и через боль и привыкание, я научился быть безразличным. Шли годы, и я совсем охладел к тем, кто, казалось бы, по умолчанию должен быть очень близок. Все, что у меня было внутри по отношению ко многим члена семьи – пустота. Мой родитель только отец, больше никто. И сейчас, услышав о том, что мой родной брат мертв, я испытал лишь тоску. Он человек, он молод, у него семья. Мог бы жить и жить, но судьба лучше знает, что нужно каждому человеку. А мы не знаем, что может с нами завтра произойти.

– Нужно как-то сообщить твоим родным. У него есть семья? Дети?

– Есть, жена и двое детей. Думаю, сложнее всего будет маме узнать о гибели любимого сына.

– Любимого? А ты?

Я скривился и обнял Иру, радуясь, что она со мной рядом.

– Позже расскажу. У нас далеко не лучшие отношения.

Утром я позвонил Веронике и сообщил о трагедии. Она, как и ожидалось расплакалась, долго не могла успокоиться, всхлипывала в трубку. Я попросил ее держать себя в руках, чтобы не напугать детей. И хоть племянников я практически не видел и меня они не считали своим дядей, потому что родители этому не научили, детей травмировать мне не хотелось. Вероника попросила при возможности заехать к ним, от чего я не смог отказаться.

Дальше предстояло самое сложное. Мать!

Отцу я собирался сообщить очень мягко, учитывая его состояние. Только теперь не представлял, когда это сделать. Сегодня у него назначена операция, скажи я сейчас, и ее отменят. Сообщи об этом завтра, отец может обидеться, что не сказал сразу.

– Ирин, мне нужно поехать к маме, – мы сидели в авто, когда я, притянул ее руку к себе и прижал к груди.

– Я с тобой.

– Это может быть неприятно. Моя мать очень жесткая женщина и она не стесняется в выражениях.

– Вадим, – Ира подалась ко мне и лбом уткнулась в мой висок, – я хочу быть рядом. Тебе нужна поддержка, – отстранившись, посмотрела мне в глаза, – скажи, тебе нужна моя поддержка?

Я ладонью обхватил ее щеку и прикрыл глаза. Губы потянулись к ее губам, оставляя на них короткий поцелуй. Ее близость не только сводило с ума от желания, но еще и успокаивала. Рядом с Ирой было хорошо, спокойно, тепло. Кажется, именно о такой женщине я мечтал всю жизнь. Чтобы она могла поддержать тебя, когда тебе трудно и при этом, ты для нее всегда оставался настоящим мужчиной, а она твоей маленькой девочкой.

– Только твоя и нужна. Как женщины. Моей женщины.

Ира снова прижалась к моим губам, и я впервые в жизни ощутил себя по-настоящему нужным. Пусть не матери, а другой женщине, но это такое ценное чувство, ни с чем несравнимое.

– Я буду рядом. Поехали?

Я кивнул. Как бы я не желал ехать к матери, но все же стоило сообщить ей о смерти сына в глаза. Кто знает, как она отреагирует? От этого человека вообще можно ждать чего угодно.

Ехать было недалеко. Полчаса и мы уже были около подъезда матери. Скорее всего, что Миша вчера ехал от нее, либо же от любовницы, где она живет, я не знал. Но если он находился в этом районе, то скорее всего к матери заезжал.

– Вадим, – Ира остановила меня около двери подъезда, потянула за руку, обращая на себя внимание, – я буду за тебя. Всегда.

Я плотно сцепил челюсть и медленно кивнул.

Кто, кроме отца был за меня? Ни единой души. И тут появилась, сметая все установленные ранее барьеры и принципы.

Мы поднялись на нужный этаж, и я позвонил в звонок. Дверь открылась практически сразу, являя перед нами мать. Она прищурилась и осмотрела с ног до головы Ирину, потом перевела взгляд на меня.

– Решил познакомить со своей любовницей?

– Я не для знакомств приехал.

Прямо с порога решила задеть? Другого я от нее не ожидал. Как и того, что Ира положит мне на поясницу ладонь и осторожно погладит, в знак поддержки.

– Здравствуйте. Меня Ирина зовут.

– Знаешь, сколько таких, как ты уже здесь было?

– Не говори ерунды, – одернул ее, не желая, чтобы она хамила Ирине, хотя я это предполагал. – Ты впустишь нас в квартиру, или мы здесь будем общаться?

Мать выгнула бровь и ехидно усмехнулась.

– Зачем пришел?

– Понятно. Миша у тебя вчера вечером был?

– Нет, а что?

Я кивнул. Значит, все же от любовницы ехал.

– Он разбился вчера.

– Что? Что с Мишенькой?

– Он погиб.

Ира перехватила меня за руку, все это время поддерживая меня тактильно.

А дальше началось. Драматический театр в роли одного актера. И ладно, я понимал боль утраты драгоценного сына, но то, что понеслось дальше, ни в какие ворота не входило.

– Похороните меня рядом с ним, – заявила она, утирая слезы и заползая в квартиру по стеночке. – Лягу и буду лежать.

– Валерия Викторовна, не говорите так. У вас же внуки остались, Вадим.

Ирина не понимала, что достучаться до этой женщины невозможно.

– Вадим? Вадим? – разъяренно повторяла она. – А может быть это Вадим его убил?

Я сделал глубокий вдох, и выдохнув, потянул Иру к лифту.

– Вероника сообщит, когда и где будут хоронить твоего единственного сына. Больше нам говорить не о чем.

– Верни домой Романа. Я не хочу жить сама! Верни мне мужа!

– Пусть тебя невестка к себе заберет. Ты всегда была для них любимой мамой.

Я захлопнул дверь, и мы зашли в вовремя открывшийся лифт. Я нажал кнопку первого этажа и прислонившись к стенке, устало прикрыл глаза.

Отца сюда никак нельзя. Иначе я и его лишусь.

– Может, не нужно так с ней? – Ира подошла и обняла меня за талию, щекой прижимая к груди.

– Когда я тебе расскажу о ней все, ты поймешь, что к этой женщине у меня не может быть никаких чувств. Жестоко, но такова правда.