Глава 29

Глава 29

Глава 29

Судебная машина, однажды запущенная, двигалась небыстро.

Но неумолимо.

Кирилл через адвоката пытался тянуть время. Намекал, что готов «решать мирно». Через общих знакомых до меня доходили его версии происходящего: я нервная, меня накрутили, у меня срыв на фоне проблем с беременностью, я общаюсь с его начальником «слишком тесно» и вообще веду себя подозрительно.

Когда Тая озвучила мне последнюю сплетню, я даже не удивилась.

— Конечно, — сказала я. — Если женщина не готова тихо быть униженной, значит, с ней явно что-то не так.

— Меня другое восхищает, — фыркнула Тая. — Этот человек изменял, воровал, врал, хотел тебя обобрать, а теперь в общественном поле подает себя как жертву женской нестабильности. У них там что, одна методичка на всех?

Но главная новость пришла не от нее.

Марк приехал ко мне вечером и, едва переступив порог, сказал:

— Вику уволили.

Я моргнула.

— Как?

— Очень просто. Внутренняя проверка. Несоответствие данных, служебные нарушения, использование ресурсов компании в личных целях. Пока без публичного шума. Но с хорошим заделом на будущее.

Я медленно поставила чашку на стол.

— Она уже знает, что это связано с Кириллом?

— Думаю, догадывается.

— И?

— И, скорее всего, в ближайшие сутки узнает, что ваш муж далеко не тот человек, который сможет ее красиво содержать в кризисе.

Я не должна была испытывать удовольствие.

Но испытала.

Не злорадство даже.

Чувство справедливости.

— А Кирилл? — спросила я.

— Тоже недолго будет строить из себя деловую фигуру. Основной пакет по его махинациям почти собран. Еще немного — и он сам не поймет, с какой стороны на него рухнул потолок.

Он говорил спокойно, почти буднично.

А у меня по коже шли мурашки.

Не от страха.

От ощущения масштаба.

Рядом с ним месть переставала быть истеричной фантазией и превращалась в архитектуру.

Точную.

Холодную.

Красивую.

— Вы получаете от этого удовольствие, — тихо сказала я.

Он посмотрел на меня прямо.

— От наказания подлецов? Иногда.

— Честно.

— Я редко вру вам, Полина.

Я отвела взгляд.

Потому что от этой фразы стало слишком тесно внутри.