Глава 14

Диана

Протягиваю руку за стаканом. Изо всех сил пытаюсь дотянуться. Но так получается, что нечаянно толкаю его, и несчастный стакан летит на пол и разбивается на тысячу осколков.

От отчаяния хочется взвыть. Бью кулаком по матрасу, и первая слеза все же скатывается по щеке. Мысленно ругаю себя и даю пинок под зад. Запасной стакан стоит на подоконнике, и я перекатываюсь на бок, сбрасываю по очереди ноги и, оттолкнувшись от койки, со второй попытки встаю на ноги.

Да, вот столько мелких препятствий мне приходится преодолеть, чтобы просто встать на ноги. Но я стою и даже пусть медленно, но хожу! Это ли не счастье?

Андрей сказал, что за эти десять дней я делаю большие успехи. С моей травмой я уже передвигаюсь с одного конца коридора в другой и обратно. Да, сложно, да, тяжело, больно, я ужасно неповоротливая и неуклюжая из-за корсета, который стягивает спину и плечи и не позволяет вертеть корпусом и давать нагрузку на позвоночник. Но в сравнении с теми, у кого такая же травма, я, можно сказать, марафонец.

Наливаю воды в стакан, пью маленькими глотками, как дверь за моей спиной распахивается без стука. Раздаются уверенные тяжелые шаги. Только один человек может вот так ко мне входить без предупреждения, и я разворачиваюсь с широкой улыбкой на лице.

Но она тут же стекает, оставляя в груди тонну разочарования.

Потому что я жестко ошиблась.

Передо мной стоит…Гарик.

Неряшливый, с криво завязанным галстуком и абы как поглаженном костюме. С небритостью на лице, что прибавляет ему лет пять, и синяками под глазами, как будто он не спит нормально вот уже неделю. С глупой и неискренней улыбкой на лице. Весь его вид буквально кричит о том, что ему не нравится тут находиться.

— Привет. Ну, как ты?

— Что ты здесь делаешь? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Как что? — рисует сочувствие на лице, растягивая губы. — Пришел тебя навестить. Вот, витаминов принес.

Предатель выгружает из пакета минералку с газом, кислую и соленую, бананы и мандарины не первой свежести.

Усмехаюсь и с трудом держу глухое раздражение в узде.

Гарик припер все то, что я не люблю. Хотя, откуда ему знать о моих предпочтениях? Странно, что он вообще узнал, где ближайший магазин находится.

— Повторюсь, Гарик: что ты тут делаешь?

— Говорю же — пришел навестить, — маска на его лице дает трещину и первое неудовольствие выбирается наружу. Но он тут же берет себя в руки и снова навешивает добродушную улыбку. — Даже если мы разводимся, то это не значит, что ты стала мне чужой, Диан. Я переживал и волновался…Приехал, как только стало можно…

Мне мерзко и противно. До тошноты. Как будто в бочку с дерьмом окунули.

— Спустя десять дней? — выгибаю бровь.

— Что? — хмурится муженек.

— Говорю, настолько переживал, что приехал спустя десять дней после операции? Не звонил, не писал…

— Ты же знаешь, у меня работа. Заседания за заседаниями. Да и ты была без сознания после операции. А сейчас вон, — обводит ладонью мою фигуру. — Стоишь на своих двоих и даже ходишь. Значит, ничего серьезного. Выпишут, и будешь, как новенькая.

— Ну да, ну да. А ты знаешь, Гарик, я даже рада, что у нас с детьми не получилось! Господь Бог от тебя уберег. Жаль, что так поздно поняла, столько лет потеряла. Но жизнь всегда дорого берет за уроки.

Гарик скрипит зубами и гневно сверкает глазами. Но почему-то снова молча терпит мой выпад.

Интересненько…