Глава 37

Диана

— Ты, наверно, хочешь отдохнуть? — смущенно бормочу, когда Андрей везет меня на квартиру, где мы жили с Гариком. Мой доктор действительно выглядит немного уставшим, замученным. У него даже складка пролегает между бровей.

— Я отдыхаю вместе с тобой, — Андрей переплетает наши пальцы и не отпускает мою руку до самого конца поездки.

Всю дорогу я пытаюсь дозвониться Гарику, которого, кстати, почему-то не было после обеда в офисе. Но безуспешно — бывший не отвечает не на один мой звонок.

Мы приезжаем гораздо раньше обозначенного времени, и я без зазрения совести поднимаюсь в квартиру. В конце концов, имею право. И я ведь предупреждала заранее. Все остальное — не мои проблемы.

Первое, что я слышу, едва переступаю порог, это дикую вонь. Что-то протухло. Или сдохло. Отшатываюсь, прикрывая нос ладонью, чтобы не стошнило. Андрей ловит меня и прячет нос в сгибе локтя.

Оглядевшись, замечаю у стены три мешка с мусором. Все ясно — Гарик терпеть не может ходить на помойку. Видимо, они с Б-ладой не договорились, в чьи обязанности это входит…

Андрей проходит в квартиру прямо в обуви и открывает настежь окно на кухне.

На полу самый настоящий хаос: повсюду валяются вещи, грязь вперемешку с пылью устилает его толстым слоем. Подошва прилипает к паркету, а в ноздри, несмотря на раскрытое окно, въедается запах жира.

Гарнитур где-то поцарапан, где-то застыли как будто многолетние потеки. На фартуке — брызги жира, мойка забита немытой посудой. Неужели так сложно загрузить в посудомойку?!

Странно, насвинячила не я, а стыдно перед Андреем именно мне.

— Ее что, посуточно гостям из ближнего зарубежья сдавали? Как можно так хату засрать? — откашлявшись, выдыхает мой доктор. Он предусмотрительно не отходит от окна.

— Не знаю, — вздохнув, дико злясь на безалаберность и наплевательское отношение Гарика, набираю риелтору и сама отменяю встречу. Однозначно, такой свинарник показывать нельзя. Его даже даром никто не возьмет.

Вспоминаю, что забыла в шкафу альбом с детскими фотографиями с папой. Пользуясь случаем, решаю забрать.

Прохожу в спальню, толкаю дверь и…накатывает дежа-вю.

На супружеской кровати лежит Б-лада во всей красе. Вот только в главной мужской роли совсем не Гарик, а какой-то молодой мужчина.

— Вот так сюрприз…

Возлюбленная моего мужа взвизгивает, пытаясь прикрыться. Вот только ее мужчина оказывается проворнее и, отчаянно матерясь, перетягивает простынь на себя.

— Какого черта? — рявкает на меня. Андрей, стоящий позади, дергается, но я цепляюсь в его предплечье.

— Однако здравствуйте.

— Ты что тут делаешь? — верещит возмущенно, затягивая пояс халата.

— Как бы это все еще и моя квартира тоже. А вы что, надеялись, что я вам ее оставлю? Не дождетесь.

— А вы вообще кто? — пыхтит мужик, пытаясь незаметно натянуть джинсы на свой голый зад.

— А я — пока еще жена ее любовника. Мне прискорбно это сообщать, но вы у Б-лады не единственный.

— Да как ты…

— Чего? — выкрикивают одновременно.

— Кстати, такая частая физкультура не навредит будущему ребенку? — киваю головой на ее плоский живот.

— Чегооо? — выпучивает глаза мужик. Мне его даже жалко становится — в такую грязную паутину угодил. — Ты еще и беременна? Нахрен, нахрен, пошел я отсюда, пока ты его на меня не повесила. И не звони мне больше!

Любовничек пулей вылетает в не застегнутых штанах, а через секунду оглушительно хлопает входная дверь.

— Значит, так, — жестко припечатываю и впиваюсь взглядом в женщину с низкой социальной ответственностью. — Чтобы завтра здесь все сверкало. Вылизывай квартиру сама или вызывай клининг — мне плевать. В противном случае, я продам свою долю гастарбайтерам. Будете все дружно жить в кишлаке. Либо в следующий раз приду с полицией, и они тебя выкинут отсюда. Сколько бы ты не трахалась с Гариком, ты все еще здесь никто. Посторонняя.

На последних словах Б-лада вскипает и вся идет пятнами. Ярость выплескивается из нее, как фекалии из прорвавшейся канализации:

— Да пошел этот Гарик, ясно тебе? Прямо в задницу! Забирай его себе обратно, если надо! Он храпит, пердит, потрахаться даже нормально не может! Зато куча претензий и требований: пожрать приготовь, убери, постирай, погладь! Я не домработница! И пусть насчет своей должности с моим папочкой сам договаривается, уже без меня! И рожать я от него не буду! Я уже сделала аборт! Так ему и передай!

— Сама передай, — бормочу, шокированная подобным красноречием настолько, что не сразу воспринимаю слова про должность. — И я предупредила. Если завтра тут не будет чисто, по утрам будете стоять в очередь в туалет.

Все такая же ошарашенная круто разворачиваюсь на каблуках и под руку с Андреем покидаю квартиру. Сажусь в машину и смотрю строго вперед, переваривая.

— «Обрадуешь» бывшего?

— Нет. Зачем? — пожимаю плечами, растекаясь в предвкушающей улыбке. — Не хочу обламывать сюрприз. Это незабываемые ощущения — поймать на измене. Пусть испытает их в полной мере.