Глава 39

Диана

Обнаруженная мной информация не дает мне покоя весь вечер, половину ночи и даже утром. Зудит, доставляя практически физический дискомфорт.

Разумеется, это не остается незамеченным моим мужчиной.

— Диана, ты в каких облаках витаешь? Мне стоит начать ревновать? — шутит, ставя передо мной две тарелки: с пышным омлетом и творогом с ягодами.

Я морщу нос, но напарываюсь на острый бескомпромиссный взгляд Андрея. Вздохнув, хватаюсь за вилку и ковыряю омлет.

— У тебя нет конкурентов, не волнуйся, — отвечаю, стреляя глазами в моего доктора. Он наигранно выдыхает, но не сводит с меня пристального изучающего взгляда.

— Тогда о чем ты так задумалась со вчерашнего вечера, если не обо мне?

Задумываюсь, отправляя кусочек в рот. Подбираю слова, но провалив эту задачу, спрашиваю в лоб:

— Скажи, ты нормально бы отнесся, если твой сотрудник доложил, что твой подчиненный, возможно, сливает информацию или заваливает дела в компании?

— Конечно! — не задумываясь, выпаливает Андрей. С него мгновенно слетает все веселье. Подается вперед и буравит меня потемневшим взглядом с крупинками беспокойства. — Что случилось, Диана?

— Вчера я случайно узнала, что Гарик хочет слить какое-то дело о банкротстве. Ему заплатили, чтобы он не встал в реестр кредиторов. И я даже знаю кто — Филиппов Геннадий Гаврилович, руководитель «Фемиды» — фирмы — конкурента. Они давно соревнуются, но наша фирма все равно оказывается на шаг впереди по качеству и количеству выигранных дел. Видимо, Геннадий Гаврилович устал глотать пыль за Станиславом Валентиновичем и решил потопить нашу компанию, запятнав репутацию. И мой бывший муж стал инструментом в реализации этого плана.

— И ты сомневаешься, стоит ли докладывать об этом начальству?

Робко киваю, закусив губу.

— Доносчику, как известно, первый кнут…Я боюсь, что этим поступком разочарую Станислава Валентиновича.

Андрей вздыхает. Отводит взгляд в сторону и ведет челюстью.

— Вот смотри, если бы Люда узнала о том, что Гарик тебе изменяет, и не сказала, ты бы от чего больше разочаровалась: от того, что сестра умолчала или от того, что вовремя предупредила, хоть и знала, что этот факт больно ранит тебя?

— Конечно, я бы не то, что разочаровалась, я бы смертельно обиделась, если бы Люда знала, но не сказала! — выпаливаю, не задумываясь.

— Вот и тут то же самое. Твой шеф предпочел бы знать, чтобы предотвратить последствия предательства своего сотрудника. И со стороны это будет выглядеть не как донос, а как то, что ты переживаешь за общее дело. Предана фирме всем сердцем. И ты за честность и справедливость. Я таких сотрудников безмерно ценю. Они на вес золота. Твой Гурин мудрый мужчина, уверен, он считает также.

— А еще Б-лада — дочь этого Филиппова, — зачем-то сообщаю Андрею то, что коробит меня со вчерашнего вечера. — И Филиппов пообещал ему должность в своей компании за выполненную «работу». Но Гарик, похоже, решил подстраховаться и поэтому переспал с его дочерью. Он изменил мне ради должности, понимаешь?

— Диана, посмотри на меня, — вскидываю голову и сталкиваюсь с внимательными омутами Андрея. — Этот ушлепок больше ни на что не способен. Мозгов не хватает. Вот и зарабатывает, как может. Считай, что высшие силы уберегли тебя от дальнейшей жизни с ним. Прими этот факт и радуйся. Он не стоит твоих переживаний.

Слова Андрея вселяют в меня твердую уверенность и воодушевляют.

Поэтому, прибыв в офис и даже не включив компьютер, я сразу интересуюсь у коллеги:

— Привет, не знаешь, Станислав Валентинович уже на месте?

— Его самого не видела, но машина стоит на парковке.

— Отлично, — бормочу себе под нос и, выдохнув, решительно направляюсь в приемную.

Но, проходя мимо переговорной, резко торможу. Возвращаюсь обратно и внимательно разглядываю посетителя.

— Вадим?!

Мужчина вскидывает голову и через пару секунд расплывается в улыбке, узнавая меня.

— Диана? Вот так встреча! Ты что тут делаешь?

— Я тут работаю. А вот ты что тут делаешь? Тебе нужна помощь?

— Я жду юриста, — друг Андрея задирает манжету рубашки и поглядывает на наручные часы, поджав в легком недовольстве губы. — Который задерживается вот уже на десять минут.

Странно…

— У тебя первичная консультация? Может, я смогу тебе помочь? — похоже, поход к Станиславу Валентиновичу придется отложить. Потому что у меня через полчаса выезд на место проведения экспертизы. Но я думаю, что ничего страшного — у нас в запасе есть полторы суток, чтобы сорвать план Гарика и Филиппова. Успеем.

В глазах Вадима загорается неподдельный интерес. Он выпрямляется в кресле и выпаливает:

— Вообще-то мы с моим юристом уже пришли к одному решению, но я с удовольствием выслушаю еще одно мнение, — Вадим подталкивает ко мне папку с документами. — Если вкратце, то одна фирма украла у меня изобретение тренажера для реабилитации пациентов и оформила на него патент. Я заявил свои права, все доказательства у меня в папке. Теперь эта фирма предлагает мне мировое соглашение: меня укажут главным автором и выплатят компенсацию в три миллиона рублей.

Листаю бегло документы. Даже не вникая глубоко в суть дела, понимаю, что то, что предлагают воры, чушь собачья и унижение Вадима.

— И что предлагает твой юрист?

— Он предлагает согласиться. Потому что считает, что лучших условий больше не будет.

— Чего?! — я едва не подскакиваю на месте. Вовремя вспоминаю про корсет и запрет резких движений. — Это факт воровства интеллектуальной собственности. Доказанный, между прочим! Потому что в твоей переписке указаны даты гораздо раньше, чем зарегистрирован патент. Ты можешь отсудить себе все права на изобретение, моральную компенсацию и упущенную выгоду, как минимум! И самое главное — ты будешь единственным автором! Не вздумай соглашаться, Вадим. Это мировое защищает чьи угодно интересы, но не твои.

— Собственно, это я и хотел услышать, — вздыхает мужчина, задумчиво складывая бумаги в папку. — Мне оно самому не нравится, поэтому я столько сомневался и не подписывал. Просил подыскать другие варианты. Но юрист упорно утверждал, что этот — лучший.

— Прости, а кто ведет твое дело?

И тут дверь распахивается и на пороге вырисовывается…Гарик. Злой, недовольный и хмурной.

— Что здесь происходит?

Ну, теперь мне все предельно ясно.

Не удивлюсь, если моему бывшему муженьку и тут заплатили, чтобы вопиющие факты, нарушающие права Вадима, не всплыли.

Моя тревога набирает обороты.