18

– Мила… девочка моя, сладкая самая…

Боже, он это говорил, а я чувствовала горячую лаву, стремительно несущуюся по венам, и короткие, острые разряды, которые били тело в тех местах, где он касался.

Я понимала, что не должна сдаваться. НЕ хотела, чтобы моё тело меня предавало. Надо было быть сильной. Но… Его губы на моей шее, руки прижимающие крепко, жаркий шепот, словечки нежные, сила его мускулов, аромат – всё играло против меня.

Ренат и сам уже тяжело дышал, его разрывало от горячего желания, которое я, кажется, ощущала даже физически. Да и физически тоже – в бедро мне упиралось нечто твёрдое…

Но как же это остановить?

Получается, несмотря на наши отношения и то, что мы такие разные, у нас всё же есть кое-что общее: непреодолимое желание и жажда по друг другу.

– Мила, ты тут?

Дверь дамской комнаты распахнулась и влетела Алия. Я тут же смутилась – в позе она нас застала очень пикантной: моя нога покоилась на бедре Рената, платье задрано…

Я попыталась оттолкнуть Рената, да он и сам отстранился,когда услышал, что мы больше не одни. Он посмотрел на свою дальнюю родственницу с такой злостью, что мне самой захотелось тут же спрятаться подальше от него. А я как раз очень обрадовалась её появлению.

Она вовремя вмешалась. Иначе…

Иначе я могла бы отдаться мужу прямо в… общественном туалете. Дорогого отеля, но всё же…

Боже, какой стыд!

Сама не понимала, что со мной произошло!

Совсем недавно меня от Рената натурально тошнило, а сейчас… Сейчас мне внезапно так захотелось наплевать на всё и дать ему то, чего он так хочет! Потому что и я хотела. Очень сильно хотела. До боли во всем теле, до ломоты. Низ живота опоясало тянущей болью. Моё женское начало истосковалось по нему. Мне хотелось разрядки.

Забиться в его руках в волнах экстаза. Забыться, хоть на несколько мгновений!

Боже…

Почему эта дура Алия сюда притащилась?

Ох… Нет…

Что-то не то я думала! Прикрыла глаза рукой, вздохнула.

Нельзя так о родственнице Рената. Но отчего она так упорно мне не нравится и кажется насквозь фальшивой?

– Извините… – Алия, наконец, видимо, вышла из ступора, явно смутилась. Но покидать дамскую уборную не спешила. – Я подумала, вдруг Милане плохо, и нужна помощь. Она выглядела неважно. Ты же болеешь? Да?

– Алия, не нужно, – отозвался Ренат. – Роль сиделки играй с папой. С моей женой все в порядке и я разберусь сам.

Я увидела, как у неё задрожал подбородок. Ренат на самом деле был груб.

– Спасибо, Алия, мне уже лучше, – постаралась я разрядить обстановку.

– Тогда вам стоит выйти в зал, там продолжается награждение, скоро всех позовут на сцену. Ренат не может это пропустить.

С этими словами она развернулась и вышла. Я понимала, что мой супруг её обидел, и хотя мне не понравилось сегодняшнее поведение Алии, тут я была на её стороне.

– Ты не умеешь общаться с людьми, Ренат. Зачем ты так грубо с ней говорил? Она хотела как лучше. А ты ведешь себя так, словно она не твоя родственница, а челядь! Горничная или простая поломойка. Это…просто мерзко. Ты не только со мной себя ведёшь некрасиво, а потом что-то хочешь в ответ иное!

– Да, вот такой я мерзкий! Это я уже понял. Вы все регулярно мне об этом говорите. А ты не думала, Мила, что мне именно это и надоело? Может, я поэтому и оказался в клубе, а? Потому что устал! Слишком высокую планку вы все мне задрали! Я так надеялся, что ты… Хотя бы ты…

– Я? Что я? – я даже опешила от этих его слов, несправедливых и бессмысленных, – Ты купил меня, Ренат! Попытался купить! Меня и мою любовь! Не знаю уж, зачем она тебе сдалась – именно любовь. Мог бы просто пользоваться телом, похожим на тело любимой твоей Нади, и…

– Хватит! – рявкнул он так, что я подпрыгнула на месте. – Хватит вспоминать Надю. Хватит говорить о том, что я купил! Хватит решать за меня и додумывать, что я чувствую на самом деле. Я купил тебя, Мила – да. Но ты продалась! Нельзя купить то, что не продаётся. Подумай об этом.

Я видела, что он в ярости. И с одной стороны радовалась, что развела его на такие эмоции, надеялась, что эта злость заставит его меня отпустить.

С другой стороны… Он был прав. Я продалась. И теперь… прилетели бумеранги.

С третьей – Ренат прекрасно знал, что выбора у меня не было. Я хотела просто спасти отца… И это было очень обидно слушать, учитывая, что он как никто в курсе, почему именно я “продалась”.

Молча я вытерла руки салфеткой и вышла из дамской комнаты, мимо Рената, не глядя на него.

Он и не пытался меня остановить. Но пошёл за мной.

Мы снова оказались среди толпы, ярких огней и громкой музыки. И оба словно чужие на этом празднике жизни. Каждый из нас мыслями остался там, в уборной, и словно бы молча продолжали разговор.

Мероприятие было в разгаре. Минут через десять Ренат еще раз вышел на сцену. Ему надарили подарков, дали сертификат, на котором лежал денежный приз.

Потом всех пригласили на фуршет. Звучала легкая музыка, пары стали танцевать.

Я видела взгляд Рената. Тяжелый, как грозовая туча, нависшая над океаном. Вот-вот кто-то вспорет ей брюхо и она затопит всех ливнем.

Ренат отошёл от меня ненадолго, чтобы взять бокалы с напитком.

Неожиданно передо мной оказался симпатичный мужчина.

– Можно вас пригласить, мадам? – Он говорил с легким, непонятным акцентом.

Я посмотрела на Рената: он тоже остановился возле нас с двумя бокалами, только казалось, что мой муж сейчас тонкие ножки хрусталя просто переломит от ярости. Его глаза словно говорили, чтобы я не смела соглашаться.

Ага, значит, ему не нравится, что я могу быть с другим? Что ж, прекрасно!

Обворожительно улыбнувшись я протянула незнакомцу руку.

– Спасибо, с удовольствием! А то мой муж танцует как медведь.

Мне показалось, что я услышала, как скрежещут зубы моего супруга.