35

Проснулся рано. А Алия уже завтрак накрыла. Отец тоже спустился. Чувствовал он себя неважно, и я решил не грузить его своими проблемами. Просто сообщил, что Мила пока у отца, а я вот сюда перебрался ненадолго.

– Вы же не поссорились, сын? – вгляделся отец в меня. – Смотри! А то будешь как Богдан тогда. Профукаешь свою любовь, будешь локти кусать.

– Я постараюсь не профукать, пап.

– Я сам Милане позвоню! Спрошу, что и как.

– Хорошо, звони, она тебя любит.

Сказал, а сам быстро набрал сообщение жене, сказал, что у отца давление, чтобы не сообщала ем о разводе и о том, что она в клинике.

“Хорошо”.

Сухой ответ, которым меня удостоила. Ну, что ж, значит, такой заслужил.

Выписали Милу через неделю, осложнений вроде бы после падения не было. Я приехал, чтобы отвезти её в наш дом. Мне показалось, что смотрела она на меня как-то странно. Словно хотела в чем-то признаться, но не решалась.

Остановился у крыльца дома и повернулся к ней.

– Милана, я решил пока у отца пожить. Так что этот дом – твой. Охрана в твоем распоряжении. Если надо в магазин поехать, или ещё – куда – отвезут или привезут сами всё, что нужно тебе. Ну… Или мне можешь звонить, я тоже помогу, если не на работе. Никто тебе в этом доме больше нервы мотать не будет. Расслабься, живи тут. Всё это теперь твоё. Я переписал этот дом на тебя. Он останется тебе и…ребёнку.

– То есть… – подняла она на меня свои ясные глаза. – С разводом ты не шутил, Ренат?

– Какие уж тут шутки? – поднял я брови. – А в чём дело? Ты что – передумала? Ты же об этом мечтала, мне кажется.

– Я? – порозовела вдруг она. С ней явно что-то не то творится… Врёт же, девчонка сопливая. Только где и зачем – понять пока не могу. – Нет, не передумала.

– Ну и что тогда тебя удивляет?

– Нет, ничего… А… Заявление ты подал? – спросила она и посмотрела так внимательно, словно ждала, что я на попятный пойду.

Развод. Иного выхода я не видел сейчас.

– Подам. Сам. Чуть позже. И прошу – родителей только не надо в это вмешивать. Твой отец болен, мой тоже нездоров.

– Как же ты собираешься развестись так, чтобы никто ни о чём не узнал? – хмыкнула она.

– Потом сообщим, позже. Это временно.

– А что с Ильясом Дамировичем? – спросила Мила.

– Давление скачет, сердце пошаливает. Он уже не молод. Ни к чему его нервировать прямо сейчас нашими… мексиканскими страстями.

– Я хотела бы его навестить, – попросила она тихо. – Можно?

Я удивлённо окинул её взглядом. Правда хочет? Не замечал за ней раньше такого рвения общаться с моим отцом. Впрочем, они ладили…

То, что Милана решила навестить моего отца, когда он болен, мне отчего-то очень понравилось. Не такая уж она и плохая, какой хочет казаться. Я всегда это знал.

Только как же заставить её скинуть все эти маски, что она бесконечно одевает и не даёт жить нашей с ней любви?

Или…правда не любит всё-таки?

Может, это я один, как дурак, все сохну по ней, словно мальчишка, а ей и дела нет?

Грустно тогда… Но что поделать?

Жизнь не всегда складывается так, как нам хочется.

Не всё и всегда получается…

Иногда бывают и провалы.

Однако отказывать ей в общении с моим отцом, если оно ей в самом деле необходимо, я не стану, конечно. Смысл?

– Приезжай, в любое время, – кивнул я. – Водитель тоже в твоём полном распоряжении, охрана тоже. Не потому, что я слежу за тобой. Просто для безопасности. Я забочусь о тебе и нашем…малыше. И убегать от меня не нужно. Я же согласился на твои условия. Я не буду тебя удерживать больше. Я всё понял.

Мила несколько секунд молчала и думала.

Интересно знать – о чём?

Какие решения были приняты в этой красивой голове?

Ведь не скажет.

– Да, Ренат. Спасибо, – заговорила она снова будто бы совершенно спокойным тоном. – Тогда я… Могу завтра твоего папу навестить? Сегодня я бы к своему съездила.

– Отлично. Значит, ждём тебя завтра. Отец будет рад.

– Ренат, насчет беременности… Может, пока не станем никому говорить?

Я челюсти сжал, так обидно стало! Я бы не стал скрывать факт беременности любимой жены. Мне хотелось всему миру раструбить, что я скоро буду отцом. Но если Мила так хочет – я соглашусь. Ведь сейчас для неё самое важное – покой.

Мне вообще казалось, что я умываю руки. Согласился на развод. Веду себя как…тряпка.

Окинул взглядом Милану. Кажется, ей тоже не по себе.

Лицо вроде бы ничего не выражало, но тело явно напряжено, да и от неё самой исходила некая волна беспокойства. Так просто ей тоже всё это не даётся, но она не готова повернуть назад.

Что ж, дорогая, ты сама выбрала этот путь. Если тебе не нужна моя любовь – что же я могу сделать?

Вернулся в дом отца уже после офиса. Время было очень позднее, почти двенадцать ночи. И отец, и Алия давно легли спать – в доме стояла тишина и полутьма.

Прошёл на кухню, чтобы налить себе чаю. Встал с кружкой у окна, закрыл глаза.

Так захотелось в свой дом вернуться, в свою постель лечь.

К жене любимой.

Обнять её и сказать, что никакого развода не будет.

Что я передумал, что люблю только её и хочу быть с ней.

Вот только её это всё нисколько не порадует…

– Ренат, ты так поздно приехал. Такой напряжённый. Совсем себя загоняешь! Так нельзя. И куда твоя жена смотрит?

Алия всё-таки встала. Я почувствовал, как она подошла ко мне сзади, положила руку мне на спину.

– Если бы я была твоей женой – никогда бы такого не допустила. У тебя все мышцы в тонусе, давай я сделаю тебе массаж.

Я ничего не успел сказать, её руки легли на мои плечи и стали медленно разминать мышцы.

Откинул голову чуть назад, ощущая как понемногу расслабляюсь.

Ничего ведь нет плохого в хорошем массаже?

Или я снова вляпался в какую-то историю?