Эпизод шестьдесят второй: Штрафные круги.

Егор Нечаев: Ты добралась?

Егор Нечаев: Просил же отписаться. Че ты выебываешься?

Последнее бьется на нервах. Ясен пень, возможность откатить, не раздувая конфликта, у меня есть, но я, блядь, из принципа давлю на отправку.

Закинув мобильник вглубь шкафчика, резкими движениями надеваю пояс. Ебалось бы оно… Времени в обрез.

В долбаной раздевалке гул стоит, как на базаре, но внутри меня своя акустика гремит. Состояние – хуйня полная. Сам это, блядь, понимаю. Не прошло ведь и часа, как мы с Филатовой расстались, а я, блядь, уже на взводе. Внутри все натянуто до предела и частично взорвано. Аж, сука, носит.

Хули она меня сбрасывает?

Когда задаюсь этим вопросом, сердце уже с таким размахом долбит, что по торсу, словно ебучая штукатурка, осыпается дрожь. Напрягаю все мышцы, пытаясь гасить, так тогда под ребрами образуется сосущая пустота.

Блядство.

Вместо того, чтобы сесть со щитками на лавку и продолжить сборы, швыряю те обратно в шкафчик и снова хватаю телефон.

Егор Нечаев: Я сейчас на два часа на лед уйду. Вылези, будь так добра, из жопы своей обиды, просто, чтобы маякнуть мне, что дома. Все. Больше мне от тебя ни хрена не надо.

Один из всей команды в разобранном виде. Остальные уже шнуруются. Хорошо бы ускориться, но мне и без экипы так душно, что пот на спине лежит. Это психогенная температура. На стрессе. Не сбивается нихуя.

Сука, не в моменте.

Хоть я и стараюсь рассуждать здраво, повторяя себе, что Филатова, судя по выпущенному в гребаном блоге посту, по крайней мере, жива. Это ведь хорошо. Чудесно, блядь. Сам ее убью, как только увижу.

– Нечаев, правду болтают, что ты у себя в юниорке норм тащил? – поддевает кто-то со скамьи. – А че к нам? Тебе же Канада светила…

– Так решил.

– И че, как тебе Киев? Уже опробовал? Или кого-то с собой привез? – подключается второй.

– С собой. Я в отношениях.

Говорю это и, если честно, сам себе не верю. Может, потому что с Филатовой, блядь, никакой стабильности не чувствую? Она сама даже Истоминой обо мне еще не раскололась. Вчера звонила ей по видеосвязи, так велела не отсвечивать.

– О, ништяк. У наших подруг есть общий чат. Они обычно ходят вместе на игры. Еще что-то там организовывают… Надо твою добавить.

Кошусь в сомнениях и молчу. У меня такая «подруга», что пускать к людям опасно. Загрызет.

– Спрошу ее… Посмотрим… – давлю кругами по воде.

И отворачиваюсь.

В чертовом шкафчике такой удодский порядок, смотреть противно. Не хватает снимков паскуды, испорченных ею вещей и записок, в которых она интеллигентно хуесосит мою пропащую личность.

«Отзовись!» – ору мысленно, принимаясь копаться, чтобы хоть как-то свое дерьмо раскидать.

Задыхаюсь, сука, едва на экране высвечивается аватарка и имя Филатовой. На импульсе исхожу искрами. Состояние же… Мать вашу, я тупо в неадеквате. Расшатан на максимум.

А она еще гонит по дичи. Конкретно так гонит.

Агния Филатова: Какие обиды, малыш? Ты просил отписаться из дома, а я не дома. Ребята позвали прошвырнуться по столице. Буду дома, дам знать. Удачной тренировки.

Следом летят эмодзи в виде пестрых сердец и ее улыбающееся селфи со стаканом сраной матчи.

Разумеется, меня подрывает. Сносит крышу раньше, чем начинает дергаться глаз.

Егор Нечаев: Какие, на хуй, ребята?! Ты попутала??? Насколько я в курсе, разговора, что ты без меня будешь где-то шляться, не было! Пиздуй, блд, домой, пока я за тобой не приехал!

Агния Филатова: Хватит обкладывать меня матами, Нечаев. Фу, таким быть. Я свободный человек.

Выдохнув, ловлю себя на мысли, что мой отец, конечно, никогда бы с матерью так не говорил… Но и Ага, блядь, не мама. Она доводит.

Егор Нечаев: Ты спецом ебешь мне мозги. Еще ждешь, что я продолжу тебе подлизывать??? Хуй там. Прямо скажи, что обиделась, цаца, из-за того, что я не успел тебя закинуть домой.

Не знаю, что там в эту мачту примешивают… Но, судя по смайлам, Немезиду тошнит единорогами.

Агния Филатова: Ты ни разу мне не лизал.

Агния Филатова: А жаль…

Агния Филатова: Думаю, это должно быть приятно.

Я застываю. На ступоре даже пару оборотов скидываю. Тяжело дыша, пялюсь в экран, пока она дальше печатает.

Агния Филатова: Я пробежалась с девчонками по ТЦ и отошла. Кофточку себе купила и бельишко. Показать?

И скидывает фотку из примерочной. Ясен хер, не в кофточке. В лифчике и трусах из черной сетки. Узрев все детали, дергаюсь, аж башкой в железную дверцу шкафчика прикладываюсь.

Вашу ж мать…

Она тупо голая. «Ткань» лишь слегка оттеняет плоть, которую, сука, должна закрывать. Она, блядь, ее опошляет.

Убедившись в отсутствии лишних глаз, с открытым на перегреве ртом пялюсь на стянутые сеткой по-хорошему большие, идеальной формы, налитые полушария и перевернутый треугольник с цепляющей взгляд узкой прорезью. Моя, мать вашу, любимая геометрия.

В ушах еще шумит, но сердце замедляется, сбрасывая излишки разгоряченной и неотфильтрованной крови в низ тела. Член, как долбаная губка, быстро тащит всю эту отраву на себя. И похуй, что голову кругами ведет… В паху раскачивается лютый движ.

Агния Филатова: Как тебе?

Естественно, я отправляю «огонь». Не дебил же. В этом плане никогда не туплю.

Ага заваливает сердечками и пишет, что любит меня.

Моя.

За последние недели конкретно так подсел на все ее запахи, звуки и то, как она, блядь, ощущается в самых разных местах. Мы еще нормально не трахались, а я уже хапнул какой-то запредельный, ранее невиданный уровень близости. Я так открыт, что кажется, разобран, сука, до души. И при этом я, мать вашу, максимально в теле. Хочу изучать Немезиду. Все, что она собой физически и духовно представляет. Чтобы ничего сокрытым не осталось. Мне, блядь, все интересно. Все заебательно красиво, пиздецки желанно и охренительно важно.

Еще раз спустив через нос горячий воздух, оглядываюсь и снова в экран смотрю.

Баштан горит. Все немного не по понятиям. Не по-пацански. Но по большей части мне срать. Я давно готов всеми способами ее отыметь.

Егор Нечаев: Как я мог тебе отлизать, если ты даже трусы снять с себя не даешь?

Агния Филатова: Ох, Нечаев… Ты временами из-за своего воспитания чертовски подтормаживаешь.

Что подтормаживает, так это мое сердце. Пропускает, блядь, сразу несколько ударов.

Егор Нечаев: Это че значит? Хочешь силой?

Пытаюсь понять. Но Немезида не говорит прямо. Только свою излюбленную ироничную гифку присылает.

Егор Нечаев: Ты все годы так бесила этими закатанными глазами. Но сейчас мне ок, потому что ты делаешь так, кончая. И даже если снова, выебываясь, закатываешь, я все равно думаю о том, как ты кончаешь.

Агния Филатова: Подлец.

Агния Филатова: Я уже еду домой. Буду ждать тебя. Есть идеи, чем займемся?

У меня аж член дергается. С такой силой начинает пульсировать, словно что-то идет не так. Нездорово. С шумом выдыхая, жмусь к шкафчику, чтобы скрыть растущий бугор.

– Как вообще, Нечаев? К игре готов?

– Готов.

– Прям так уверенно?

– А чего нет-то?

– Слушай, ну не факт, что тебя в состав поставят… Или тебе уже обещали?..

– Нихуя мне не обещали. Выпустят – сыграю. Не выпустят – посижу.

– Спокойный такой…

В раздевалке появляется тренер.

– Вы че тут застряли?! Все на лед, – подгоняет резким сварливым тоном.

– Идем, – отзываются сразу несколько голосов.

Я из тех, кто кивает.

Егор Нечаев: Идей дохуя, Ага. Надень новые трусы. Хочу увидеть, как эта сетка намокает.

Агния Филатова: Гад.

Агния Филатова: А я хочу фотку твоего члена.

Агния Филатова: Прямо сейчас.

Я сжимаю челюсти.

Егор Нечаев: Я в раздевалке, Ага. Тут херова туча мужиков.

Агния Филатова: Уф-ф-ф…

Агния Филатова: Сделай хотя бы селфи. Я адски соскучилась по твоей скрепной роже.

Я, ясное дело, ловлю тучу. Но рассусоливать времени нет. Взяв жесткий покерфейс, делаю снимок и отправляю.

Лишь после этого уточняю.

Егор Нечаев: С какого она скрепная?

Немезида закидывает «влюбленными» эмодзи, от которых мое долбанутое сердце летает по груди, как гимнаст на тросах.

Агния Филатова: НЕЧАЕВ!!!

Агния Филатова: Как ты мне нравишься!

Казалось бы, че такого… А у меня в низу живота аж подгорает.

Агния Филатова: С такого, что благородная твоя рожа, пока не посмотришь в глаза.

Хмуро ищу проблему по последнему фото.

Она же дальше печатает. И припечатывает.

Агния Филатова: А посмотришь в глаза, понимаешь, что тебя уже замарали, осквернили и грязно отодрали. Во всех позах.

Егор Нечаев: Больше мне, когда я в ледовом, не пиши. Из-за тебя член как свая.

Агния Филатова: 😂

Агния Филатова: Это проблема?

Егор Нечаев: Пиздец какая, Ага.

Агния Филатова: Ты сам мне долбил…

Подавив очередную пружинистую волну жара снизу, со стиснутыми зубами пишу последнее сообщение.

Егор Нечаев: Все, блд. Дома поговорим.

Закинув телефон в шкафчик, быстро натягиваю остатки формы, шнурую коньки и выхожу на лед, тут же получая за опоздание штрафные круги.