Эпилог

– Мам, ну зачем ты пришла? – бурчит Андрей. – Сидела бы лучше дома. Вечно носишься, как угорелая, ни минуты на месте не посидишь.

– Да, Мила, ты бы лучше уж потише, что ли. Мы волнуемся, – подключилась Катя.

– Может, потому что вы мои дети? И потому что сегодня первое сентября? День, когда ученики идут в школу? А вы – в новую? – возражаю им я и улыбаюсь.

– Вот сейчас появится папа и задаст тебе перцу! – шепчет Катя сердито.

– Вы что, меня стесняетесь? – делано дую я губы и, кажется, начинаю обижаться всерьёз.

– Мы о тебе переживаем, мам! – ещё больше заводится Андрей.

Собственно, это объяснимо: у меня уже живот огромный, мне через месяц рожать. Вот как-то так получилось неожиданно. Хотя есть у меня подозрение, что очень честный и очень серьёзный мужчина знал и помалкивал, мечтал тихонько и бурно радовался, когда я поняла, что жду ребёнка.

И покоя мне не стало: шутка ли: четверо против одной меня, нежной и впечатлительной.

Ладно. Я всегда была сильной, самодостаточной, умела справляться со всеми трудностями сама. Но как-то так получилось, что избаловали меня немного и разнежили. Ну, и если уж совсем честно, то свекровь меня всегда поддерживает. Так что два на три. Но дети и муж всё же в большинстве.

Тут у меня магазин, ремонт только-только пережили, новые поставки, новый интерьер, обжились слегка, а тут – бац! – и я беременная.

И начались гонки по вертикали.

Я воплощала в жизнь концепцию – не голый креатив, конечно, но то, что мне нравилось, в чём я понимала толк и то, что привлекало к нам не только жителей того района, где находился магазинчик, но и всех, кто видел рекламу, слышал от знакомых.

Мать моя бегала по стенам и орала, что я с ума сошла – нельзя быть такой старородящей. Да, вот именно так и сказала! Мол, зачем так рисковать?

К счастью, Марк умел и разговаривать, и осаживать всех, кто нёс чушь или косо на меня смотрел.

Мы обследовались тщательно и со всех сторон. Всё у меня и малыша было прекрасно, а поэтому я отстояла право работать дальше. Да и чувствовала я себя прекрасно и на подъёме.

– Ну, ты даёшь, Громова! – ржала моя подруга Катя. – И мужика себе отхватила – ах! – и залетела с одного плевка, и работу нашла! Да ты фартовая штучка, однако!

Нет, она не завидовала – радовалась. К тому же, у неё у самой появился мужчина, который, кажется, сумел Катюху мою обуздать, медленно, но уверенно склонял к семейной жизни. Так что глядишь – и свадьба не за горами, и малыши появятся один за другим. Я в это верила, Катя – не очень, но блеск её глаз говорил о том, что и на её улице перевернулся грузовик с пряниками.

Мне всё же удалось объединить книжный магазин с кафе – ничего особенного, только чай, кофе, пирожные, организовать зону отдыха, где можно было посидеть в креслах, почитать книги или просто пообщаться. Мы провели интернет, расставили цветы на подоконниках. Мне очень нравилось то, что в итоге получилось.

А потом…

Первого кота приволокли с улицы Катя и Андрей.

– Мам, он такой несчастный, пусть здесь побудет, а? Мы его покормим.

– Искупаем и расчешем, – подключилась Катя.

Они всегда действовали сообща, объединялись в такой монолит, что противостоять им не было ни сил, ни желания.

Так у нас в магазине появился Василий. Стал любимцем наших посетителей. А потом понеслось… То Машка трёхцветная прибилась. То Рыжика отбил мой муж у хулиганов.

Котам требовался уход, медицинская помощь, правильное питание. Но и все наши страдания окупились: именно коты привлекали столько народу, что вскоре в нашем магазинчике скоро яблоку негде было упасть. Магазин-антистресс всё же. Кофе, книги, котики.

Это был мой личный триумф.

В июле, как Марк и обещал, мы перебрались в новый дом. Забрали к себе Ольгу Валентиновну. В таком большом доме хватало места всем. Детей вот только пришлось в новую школу переводить.

Много-много хлопот, и все приятные, грели душу. И я буквально летала, парила, мечтала, вдохновлялась и цвела. Рос живот, я стала не такой поворотливой, как раньше, и тогда меня окружили заботой и наперебой ворчали, что пора бы мне и по земле ходить, а не только по облакам скакать, как коза.

– У нас родится брат или сестра? – спрашивала Катя.

– Понятия не имею. Мы с папой решили не узнавать пол ребёнка. Кто бы ни родился, мы будем рады. И вообще хорошо, что там не двойня, – вздыхала я. – А то бы точно в клетку посадили и кормили, как рождественского гуся – на убой.

– Скажешь тоже, - хохотала Катя.

А я смотрела на наших детей и думала: я могу сколько угодно возмущаться, но рада, что они у нас такие замечательные и неравнодушные, заботливые и понимающие.

Нет, они, как и все дети в их возрасте, совершали ошибки, ругались, чудили, не всегда хорошо поступали, лгали по мелочам. Но в общем целом жаловаться грех.

Нам так хорошо всем вместе. Я уже другой жизни и не представляла.

– Мила, – о, этот глубокий властный голос я узнаю, даже если судьба занесёт меня на другую планету.

– А вот и папа, – ехидненько сказала Катя. – Пап, охраняй наше сокровище, а мы наконец-то выдохнем. А то мало ли, ещё приспичит ей родить тут, вот весело будет.

Я чувствую, как надёжные крепкие руки уверенно накрывают мои плечи.

– Не утерпела всё же, – дышит он мне в волосы, и я чувствую, как он улыбается.

– Хоть кто-то меня не ругает, – снова вздыхаю я.

– Мы тебя все любим и беспокоимся. Но, думаю, прогулки тебе полезны, а пропускать первое сентября – вообще недопустимо. Тем более, что я рядом. Не расстраивайся.

– Спасибо, дорогой. Ты – лучший, – глажу я мужа по руке, улыбаюсь и глазами ищу наших детей. – Очень хочу, чтобы они здесь прижились.

– Всё будет хорошо, – не колеблясь, говорит Марк.

Его уверенность и спокойствие текут по моим венам и расслабляют, дарят ощущение прочной почвы под ногами.

– Всё будет хорошо, – сказал он мне, когда, месяц спустя, мы отправились рожать нашего второго сына.

И я ему верила, потому что как Марк сказал – так и будет!

Но раз в год, по традиции, мы устраиваем в доме потоп. На всякий случай. Ведь водные процедуры благотворно влияют не только на здоровье, но и на погоду в доме. Я «тону», он спасает. А вместе мы потом творим такое, что приятно вспомнить, и стыдно кому рассказать.

Но и зачем кому-то об этом рассказывать? Ведь это только наш, очень семейный, очень весёлый и очень страстный ритуал, который не даёт нам забывать, с чего всё у нас начиналось.