Эпилог

Богдан

Вместо медового месяца нам предстоит поход на УЗИ. Нет, я бы с удовольствием вывез свою жену на океан или море. А, может, просто в уютную европейскую страну. Но мы оба решаем остаток ее беременности провести спокойно дома. Мы абсолютно счастливы, и нам все равно, где находиться.

На исследование отправляемся вместе, и я больше не жду в коридоре. Я не фанат подобных процедур, но хочу поддержать Вику и услышать главную информацию в числе первых.

Неприятный инцидент, в который была втянута клиника, исчерпал себя. Когда специалисты сравнили официальный тест и бумажку, что притащила Лика, стало ясно — это фальшивка. Анжелика принесла документ, не имеющий ко мне и моему ребенку никакого отношения. Как она потом признавалась адвокатам клиники и моему юристу — просто хотела спровоцировать семейный конфликт.

Девица изливала им душу в слезах и соплях, как влюбилась в меня, и какой я подлец. Притом ее отец самоустранился и уехал куда-то в Азию. А дочка попала под суд, получила штраф. Плюс, она опозорилась на всё светское общество, от нее отвернулись «приятели». Сам я с ней больше не встречался, просто слышал — девушка собирается ехать в туристическую страну и заниматься там танцами. В общем, у нее явно есть новый план по устройству собственной жизни. Больше она не «золотая молодежь».

Ну а мы с любимой приехали на исследование. Человек я не стеснительный, но тут не знаю, куда себя деть. Хорошо, доктор сразу показывает на кресло в изголовье кушетки. На нее саму укладывается Вика. Любимая кажется такой хрупкой, когда к ней подносят аппарат. Хорошо, что мы пошли вместе!

Хочу взять ее за руку, но это будет уж совсем ванильно. Так что просто слушаю слова врача. Судя по ним, малыш развивается нормально. Уф… На самом деле, это самое главное. Однако у нас интересуются, хотим ли мы знать пол.

— Да, пожалуйста, — отвечает Вика и перехватывает мой взгляд. Я лишь легонько киваю.

И тут не выдерживаю, нахожу пальцы девушки. Чуть сжимаю. Приятного вида брюнетка в медицинской форме набирает воздух, чтобы сказать:

— У вас будет мальчик.

Ух, как многие мужчины, я мечтал о первенце-сыне. Пусть мелкие после будут девчонки, я останусь не менее рад. Но пробовать себя в отцовстве именно с воспитания сына… Не знаю, есть в этом особая прелесть.

— Ого, Богдан! — глазки Виктории вспыхивают. — Я не ожидала!

Я натужно улыбаюсь ей от нахлынувших эмоций.

— Я очень рад.

После о чем-то еще говорит доктор, по дороге домой щебечет Вика. Любимая согласовывает, какие штрихи теперь мы можем внести в детскую. И что оставшиеся вещи для малого можно докупить в мальчишеских тонах. А я думаю, что жду не дождусь, когда встречусь с сыном. И обещаю сам себе в первую очередь воспитывать в нем свободу выбора. Тогда он станет самым счастливым человеком.

Тогда мне казалось, впереди еще прорва времени. Я не считал недели, но до родов оставалось не меньше четырех месяцев. Однако время пролетело незаметно. Мы сделали ремонт, Вика ушла в декрет. Мои мама и папа остались на все лето и раннюю осень в Европе. Но с каждым звонком мы разговаривали все спокойнее, они интересовались здоровьем моей жены.

Да, бабушка проболталась о свадьбе. Но мама ничего не сказала по этой теме, лишь осторожно поздравила. Напряжение между нами до конца не ушло, и если честно, мне грустно по этому поводу.

А в остальном тосковать некогда. Уже подходит срок рождения нашего малыша! Рожать Вика будет в частном роддоме, который посоветовали в клинике. Я решил идти в отцовстве до конца и на роды в частности. Так что прошел обучение на специальных курсах, сдал нужные анализы. Вердикт — хоть в космос запускай. И, наверное, улететь с планеты было бы проще.

Но мне предстоит другое. Мы с Викой спланировали наши действия в день, когда всё «начнется». Приготовили нужную сумку, хотя в основном необходимое дадут в роддоме. Нам нужно побеспокоиться лишь о личных вещах. В общем, были готовы, но в тот самый день всё, конечно, пошло кувырком.

Я был на переговорах, и добирались мы порознь. Вика на скорой, я на такси, чтобы не въехать в кого-нибудь. Шмотки любимая благополучно забыла. А мне в первые часы казалось, мое присутствие не помогает, а лишь нервирует ее. Но вот потом…

Мужикам я бы советовал подумать, прежде чем идти на роды. Потом еще раз подумать и контрольный раз хорошо подумать. Но знать, если решишься — эмоции будут бесценными. Еще никогда я не чувствовал настолько, что семья и ребенок — это моё. Ни разу не ощущал себя так безгранично нужным любимой женщине. А когда взял малыша на руки, сразу не понял, что за соленая мокрота бежит по моим щекам. Оказалось слезы — не помню, когда я в последний раз плакал! В целом, я как будто сам заново родился.

Доктора делают все манипуляции после появления Полонского-младшего на свет, я дожидаюсь, пока уснет Вика. Она держалась как настоящая героиня, а всем героям нужно отдыхать. Во мне же бурлит такой адреналин, что по ощущению я не буду спать неделю. Поэтому в нашей двухкомнатной палате переодеваюсь в свежую футболку, трико и иду промять ноги вниз. Сын пока с докторами.

Хм, я думал, меня уже сложно будет чем-то удивить в этой жизни. Но когда спускаюсь в кафешку внизу, вижу самую шокирующую компанию…

Отец со стиснутыми зубами и лихорадочно сверкающими глазами. Высокий, крупный, он воровато озирается по сторонам. Куда только делась уверенность крупного бизнесмена? Наш дедушка совершенно растерян. Рядом с ним Софи — на вид современная европейская девушка. Спина сестры распрямилась и вообще мелочь смотрится как-то по-другому.

Мамы с ними я не вижу. Наверное, она не смогла переступить через обиду. Сейчас я самый счастливый человек на планете, но легкие все равно прокалывает боль. Однако скоро я слышу знакомый голос.

— Полонская! Сколько можно повторять?! Не Половинкина! Девушка, в вашем учреждении находится наш внук и невестка! Потрудитесь узнать, где они сейчас!

Ох, узнаю этот командный тон. Мама не изменилась, но на моем лице все равно расплывается улыбка. Вообще это не мистика, что мои родные здесь. Я написал им, что мы едем в роддом. Хотя такого поступка не ожидал.

— Богдан! — меня замечает Софи.

Сестренка сразу бросается ко мне. Родители замирают на месте. Мама отворачивается от девушки в регистратуре, и та может выдохнуть.

— Богдан… — проговаривает родительница.

Младшая сестра тут же заполняет напряженную паузу своим щебетом.

— Богданчик, я так хотела скорее увидеть малыша! Мама тоже грустила, что в такой момент мы не вместе. А папа сказал — значит, нужно лететь! И купил очень дорогие билеты!

Мой отец обеспечен, но не любит переплачивать. Маме трудно переступить через свой характер. А сестренка редко подавала голос в семье. Кажется, они все поступили против своих правил, чтобы оказаться здесь. Не могу сдержать эмоции и широко улыбаюсь.

— Вы молодцы!

Подхожу и обнимаю их всех по очереди. В такой день прошлые обиды кажутся чем-то далеким.

Мы не можем вот так большой компанией ввалиться к Вике в палату. Но вышколенный медицинский персонал предлагает отличный вариант. Маленького покажут моим родным через стекло. Его пока не отнесли к маме.

Входим в специальную комнату, одна из стен здесь прозрачная. А за ней другое помещение, мой сын в белой медицинской кроватке на колесиках и молоденькая медсестра. Она деликатно отходит, занимается своими делами и только поглядывает, все ли в порядке с малышом. Он здесь один, других детей нет.

— Какой хорошенький! — взвизгивает Софи. — Не дождусь, когда возьму его на руки!

Отец крякает.

— Хороший карапуз. Поздравляю, сын! Что говорят врачи?

Жму плечами.

— С ним все в порядке.

Папа вскоре начинает бухтеть, что пора уходить и не мешать людям работать. Он всегда ведет себя так, когда эмоции на пределе. Софи вспоминает, что хотела найти туалет. В конечном итоге мы остаемся вдвоем с мамой. Замечаю, что по лицу Анны Матвеевны текут слезы.

— Мам, ну чего ты?..

Как ни крути, это важный человек в моей жизни. Но мама качает головой.

— Богдан… Я как будто вернулась на тридцать лет назад. Твой сынок — вылитый ты во младенчестве! Он был таким же светленьким, но с темно-серыми глазками. И носик скошенной кнопочкой. Господи! Богдан, такое счастье! Я много на себя брала… А теперь остается только молиться, что ты когда-нибудь меня простишь.

— Спасибо тебе за эти слова, мама.

Мой сын только появился на свет, а уже разрулил затяжной семейный конфликт. Кажется, он вырастет великим человеком. Пока обдумываю эти тщеславные мысли, обнимаю маму. И тут прямо за нашими спинами раздается громкий голос.

— Не частный роддом, а засекреченный объект! Еле добилась, чтобы меня пустили.

Конечно же, это моя бабушка. Она присоединяется к нам, но ее внимание сразу летит за стекло. Глаза Марты тут же увлажняются.

— Хорошенький мой! Богдан, сынок, поздравляю!

Мы обнимаемся, после бабушка поворачивается к маме.

— Аня, с первым внуком… Спасибо тебе, что когда-то подарила нам Богдана. Не побоялась моего скверного характера и породнилась с нашей семьей! Прости, если что не так. И скажи те же самые слова невестке. Не жди, когда тебе стукнет много лет.

Я рад, безумно рад, что в моей семье воцарился мир. Но уже скоро всеми мыслями я в палате с Викой. А затем оказываюсь там и физически. Мои уехали домой, у нас еще будет много времени для встреч. Сейчас же я сижу на постели любимой. Вика хватается за мои пальцы.

— Где маленький? Ты видел его?

Прикрываю глаза.

— Да, скоро он будет здесь. Вик… — мне приходит в голову одна деталь. — А как мы назовем сына? Мы перебирали имена, но так и не определились.

Вика мечтательно улыбается.

— Я бы хотела назвать нашего первенца — Богдан. У меня уже есть один знакомый с таким именем, — она хихикает, — но оно ведь подходит малышу идеально. Для нас он действительно дар небес. Вы оба для меня — лучшая награда в жизни.

* * *

Спустя 7 лет

Виктория

Июнь в этом году я официально заношу в число самых жарких, и мне все равно, что говорит статистика. Я вернулась из поездки в город на своем авто с кондиционером, в доме тоже климат-контроль, но я все равно плавлюсь. Наверное, морально. С удовольствием скидываю летние туфли в прихожей. Сандалии было не надеть, я ездила на солидную встречу.

Последние лет шесть я работаю в благотворительном фонде, который организовала моя свекровь. Отвечаю за всю финансовую часть. Получилось само собой. Я была в декрете, Анна Матвеевна решила создать собственную организацию, а не просто помогать подруге. Она предложила мне должность, когда наш первенец подрос.

Помирились мы задолго до этого. Анна искренне попросила у меня прощения. Но главное, она так сильно полюбила Богдана-младшего, что мое сердце не могло не дрогнуть. Впрочем, ангелом взрослая женщина не стала, мы порой спорим. Но мне безумно нравится приносить пользу, при этом не теряя профессиональной формы.

— Вика, это ты?

Ох, я думала, мужа нет дома. Два года назад мы окончательно переехали в загородный особняк. Теперь Богдан по будням уезжает утром и приезжает сюда лишь вечером. Муж плотно занимается бизнесом.

— Мама сегодня вызвалась побыть бабушкой, — супруг выходит меня встречать. На нем лишь светлые шорты.

— Я в курсе.

Как я и мечтала, у нас любящая бабушка. И постепенно я начала считать семью Богдана своей. Хотя, конечно, наш личный мирок на первом месте.

— Они будут позже…

Больше слова не нужны, с меня махом слетает усталость и… мой строгий юбочный костюм. По давней традиции сильный супруг подхватывает меня на руки. У нас есть время, которое мы можем посвятить только себе. Его поцелуй утоляет жажду этого знойного дня. И вот мое тело уже подрагивает и покрывается мурашками как от легкого ветерка.



Совсем близко бьется сильный организм моего мужчины. Я как обычно ловлю его дыхание и звук сердца. Растворяюсь и сливаюсь с ним. Мы были близки тысячи раз, но каждый раз эти минуты как будто возрождают заново. Трепещусь от накатывающего наслаждения, крепко сплетаю свои пальцы с пальцами супруга.

Прохладные напитки мы все же пьем, но уже спустя час возле кухонной зоны. Нижний этаж нашего дома напоминает просторную студию. Так гораздо удобнее для семьи… с детьми. Пью лимонад и слышу звук авто, въезжающего в ворота.

— Приехали, — констатирует факт Богдан.

Можно начинать обратный отсчет и ждать, когда дом наполнится визгом. Счастливым, шкодным, недовольным, если кто-то поссорился.

— Богданчик, не надо трогать Анечку! — бабушка сюсюкается с детьми. Все они уже входят в дом.

— Она первая начала!

Наш будущий первоклассник искренне возмущен. Он совсем не хулиган, мы возлагаем на него большие надежды в школе. Внешне сын вышел копией Богдана, зато в характере моя усидчивость.

— Неть! Богдаша!

А вот у трехлетней Анечки шебутной характер папы слился с сильными нотками бабушки. Не зря она названа в ее честь. Мы выждали три года между детьми, учились быть родителями. Зато наша младшая дочка Клавдия взяла пример с брата и внезапно запросилась на свет. Этот нежданный подарок мы назвали в честь моей бабушки. Сейчас такие имена снова в моде.

— Мама!

Малышке полтора, и сейчас она больше всего привязана ко мне. Сразу тянет ручки. У девочек мои карие глаза и золотистое облачко волос. В общем, наша команда расширилась, и Богдан волевым решением перевез нас в свой дом. Чарли и Марк тоже с нами и кайфуют от жизни вблизи природы.

Подхожу к мелкой, беру ее на руки.

— Софи не звонила, мам? — спрашивает муж Анну Матвевну.

— Собирается приехать, — говорит та, — намекнула, привезет гостя… С кем она там еще познакомилась?!

Богдан щурится.

— Мама!

— Ладно, мне просто интересно… — бормочет свекровь.

Я чувствую объятья маленькой дочки, смотрю на возню старших. Украдкой бросаю взгляд на силуэт мужа и розовею, вспоминая недавние минуты. Да, не всегда нужно бороться с обстоятельствами. Иногда нужно вдохнуть полной грудью и дрейфовать по течению. А судьба вынесет тебя именно туда, куда нужно.

___________________________________________

Конец