Глава 89

— О чем ты хотела поговорить? Наверное, спросить, не сплю ли я с твоим мужем? — Моника не стала мудрить и отогнала машину на парковку возле какого-то стоматологического кабинета, расположенного в квартале. И ударила по тормозам, кивнув мне на переднее сидение.

— Перебирайся сюда, поговорим. Я люблю смотреть в глаза собеседнику. — Мне стало неловко, но я все-таки перелезла на переднее сидение. Моника внимательно посмотрела мне в глаза и немного театральным движением отбросила волосы с лица.

Я даже позавидовала этой девушке, в которой чувствовался поистине французский стиль и изящество. Это ж надо, собираясь на «операцию», Моника была одета в стильные облегающие джинсы от Диор стального цвета, в объемный свитер на два оттенка светлее, который скрывал даже оружие на тонкой девичьей талии.

Рисковая девчонка. Обутая в черные замшевые ботильоны на небольших клинообразных каблучках, Моника чувствовала себя очень уверенно. Я представляла, что выгляжу как мокрая курица с волосами, которые торчат во все стороны, как неукрощенное пламя.

Мои кудри вели себя отвратительно по питерской дождливой погоде, хотя у Моники прическа лежала волосок к волоску. А мои собственные джинсы выглядели так, словно их сняли, изваляли в грязи, и потом по ним еще проехался грузовик.

— Итак, на чем мы остановились? — Моника едва заметно улыбнулась. Я нахмурилась и выпалила:

— На том, спишь ли ты с моим мужем?!

— А если бы даже и так? — Этот ответ ударил меня под дых. Ее издевательский голос резанул тупой ножовкой по нервам, и я почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Моника, наоборот, раскованно откинулась на спинку кресла и скучающе взглянула на часы от булгари на своем запястье.

— Ты так и не ответила. — Нашла в себе силы прошептать я.

— Нет. — И снова я вздрогнула, услышав прямо противоположный ответ.

— Ты же только что сказала…

— Что я сказала, девочка? — Глаза Моники опасно сверкнули, и я ощутила, как ее тонкая рука уперлась в мою грудь. Сильным, тренированным движением — не вырваться, даже если захочу. — Сначала я намекнула, что да. Потом ответила — нет. Какому ответу ты поверишь больше? Каких доказательств ты потребуешь от меня? Или от Дана? Все твои страхи — только в твоей голове, chery. Пора тебе понять, что любые мои слова — бессмысленны. Если ты хочешь придумать красивую историю про то, что я любовница Дана и поверить в нее — флаг тебе в руки. Переубеждать не собираюсь. Но просто подумай головой… Дан все поставил на карту ради тебя и твоей дочери. Он готов рискнуть жизнью и свободой, только бы быть вместе с вами. И ты считаешь, что после таких поступков он будет гулять на сторону со своей подругой француженкой? Тогда я скажу тебе одно, милая. Ты совсем не знаешь Дана и очень низко его ценишь. И жаль, что он влюбился именно в тебя — пустую себялюбивую девчонку, которая верит выхваченным из воздуха перепискам. И не слушает ни своего мужа, ни даже собственного голоса разума, если он, конечно, есть в наличии. Какой смысл жить в браке, если ты не доверяешь Дану, скажи мне? — Я сидела, как вкопанная, чувствуя, как мои щеки заливает краска стыда. Иногда такое бывает — ты смотришь на вещи однобоко, со своей колокольни. Варишься в собственных мыслях, раздуваешь проблему с ничего.

Обижаешься и делаешь виноватым второго человека. А потом, приходит кто-то третий, смотрит на ситуацию со стороны, и говорит несколько взвешенных фраз, и все сразу становится на свои места.

Будто щелкает что-то в голове, и ты больше не обвиняешь мужа в измене, а… отпускаешь подозрения и разрешаешь себе довериться ему. Не искать подвоха, не читать чужие переписки, не заглядывать в его телефон.

А просто слушать себя и сердце. И смотреть в его глаза, понимая, что, если он соврет — ты и так узнаешь. Почувствуешь раньше, чем первое слово лжи слетит с его красивых губ. Но этого не будет. Не будет лжи потому, что он любит тебя, а ты — его, и ваши чувства сильнее тех испытаний, что сейчас встали на вашем пути.