Илья

— Ну что там, доктор? — нервно бросаюсь к психологу, вышедшему из моего кабинета. — Спасти можно? Хоть как-нибудь внушить ей правильный образ жизни? — взволнованно хрущу пальцами и не могу успокоиться.

К слову, не могу это сделать с того момента, как узнал подробности жизни Лики.

— Как вам сказать, Илья Витальевич, — вздыхает психолог кашлянув. — Спасти можно всех, но исправить далеко не каждого, — завуалированно отвечает она.

Не видит своим профессиональным взглядом, что я и так на взводе? Зачем еще больше нагнетает? Цену себе набивает?

— То есть все плохо? — решаю уточнить и дать ей последний шанс ответить мне четко.

— Да все хорошо с ней, Илья Витальевич. Дайте ей немного времени, — тянет она. На секунду замолкает, и непонятная мне искорка проносится в ее взгляде. — А вообще, знаете… Окружите девушку хорошим отношением. Может, и поймет быстрее, что другой мужчина ей не нужен, кроме вас.

— А я? Что? В смысле, другой мужчина? — фыркаю. — Я не претендую на нее!

— Не врите человеку, который считывает эмоции, — бросает она с улыбкой, пройдя мимо.

Да, с психологами лучше не спорить. Особенно с такими спецами, как эта. Не зря ведь ее так ценят и прайс такой. Да и отзывы хорошие. Явно не шарлатан.

Берусь за ручку и вхожу в свой кабинет, намереваясь еще и сам поговорить с Ликой.

У меня есть хороший план, чтобы спасти Лику от той беды, которую она сама не осознает.

И он осуществится, хочет она этого или нет.

— Дурак ты, Медведев, — смотрит Лика на меня снизу вверх. — Ой, дурак! Доверчивый дурашка!

— Я помочь хочу, — не понимаю веселья в ее глазах.

— Не нужна мне помощь, — со вздохом закатывает глаза. — Я сама хорошо справляюсь. Да и проблем у меня нет. Зря переживаешь!

Ожидаемо начинает искать пути спасения от меня.

Но пусть даже и не думает.

Я перед тем, как Лику отдать психологу, сам час консультировался о том, как лучше мне с Анжеликой себя вести. Что могу сказать, а что не стоит.

Правда, женщине я свой план не поведал. Ведь отчасти он незаконный, но в общих чертах все узнал.

— Конечно, — вздыхаю я, кивая. — Пойдем, — подхожу к ней и протягиваю руку.

— Домой отвезешь?

— Отведу, — поправляю ее коварно.

Она смеряет меня недоверчивым взглядом, но все же принимает мою помощь, встав животом вперед, что слегка забавно даже. Не имел прежде такого тесного контакта с беременными, и этот жест пингвина выглядит так, что сдержать смешок невозможно. Она словно на мостик пытается встать, но огромный живот мешает.

— Пошли! — тянет она, еще даже не догадываясь, что я намерен сделать.

Она и не думает, что я на такое способен. Но когда дело касается женщин и насилия, я сам не свой становлюсь.

— Ты куда? — спрашиваю ее, когда она тянет меня на выход.

— Домой, — фыркает на мой вопрос.

— Нам туда, — указываю ей на другую дверь.

— Там быстрее? — уточняет она.

— Да, самый короткий путь, — отвечаю и аккуратно завожу ее в свои апартаменты.

Почти квартира. Небольшая студия, в которой я живу, когда нет сил возвращаться домой. Но теперь в ней будет жить Лика.

Не хочу, чтобы этот урод или его мамаша ее нашли.

Поэтому я спрячу свою бывшую у себя. Здесь куча охраны, есть даже штатный медик, и администратор предупрежден.

— В шкафах есть крупы. В холодильнике быстрые стейки. Что-то из приправ осталось. Постельное белье чистое в шкафу. Как пижаму, можешь мою рубашку взять. Туалет и душ догадаешься где, — перечисляю, пока она остолбенело смотрит перед собой на эту квартирку.

— Ты что удумал? — оборачивается ко мне, но я уже скрываюсь за дверью, которую запираю на ключ. — Медведев! — ударяет она по двери. — Медведев, что происходит?!

— Так будет лучше! — отвечаю ей, достав ключ из дверного замка. — Там даже балкон с креслом есть. Если подышать захочешь.

— Медведев!

— Это для твоего же блага, — повторяю, хотя у самого сердце разрывается оттого, что я похитил человека. Но я не со зла! Наоборот, помочь хочу.

— Илья, это все обман! — кричит она мне. — Меня никто не избивает! Это все спектакль для тебя!

— Я читал, что жертвы часто отрицают акт насилия и оправдывают тиранов, — говорю ей недовольно и строго. — Со мной такое не пройдет. Там есть все необходимое для жизни.

— А лекарства?! — возмущенно бросает она. — Здесь мои лекарства есть?

— Какие лекарства? — спрашиваю, прокляв себя за то, что забыл об этом. — Напиши мне список. Я куплю в аптеке снизу и принесу.

— Это похищение, Медведев!

— Список лекарств! — требовательно прошу. — Я все равно тебя не выпущу!

— Себе купи от слепоты и доверчивости, — бурчит она за дверью. — У меня с собой витамины и обезболивающее. Ничего не надо. Ненавижу тебя, Медведев! Проклинаю тот день, когда вновь встретила тебя!