Глава 6

Настя

– Здесь нужно подписать, – равнодушно оповещаю мужчину, из-за которого всю прошлую ночь ревела. И позапрошлую. И ночь до этого… – И здесь, – подкладываю ему бумаги, а он подписывает не глядя. Не глядя на них, но наблюдая за мной.

– Насть… – наконец не выдерживает и падает на спинку своего кресла. – Обиделась?

– На что? – прикидываюсь дурочкой. Стервой! Которой наплевать на то, что мужчина перед ней с каждым днём разбивает ей сердце всё больше и больше.

Однажды оно полностью разобьётся, и я перестану его любить. Но на это нужно время.

Я сильная! Я подожду!

– Ты сама знаешь, на что, – вздыхает.

– Нет, – равнодушно мотаю головой. – Ещё здесь нужно подписать.

– Насть, хватит! Я не могу так! Ты словно погасла.

– А я не ёлочка, чтобы гореть днями напролёт, – ненароком выдаю себя и то, что просто пылаю от злости и обиды. Но тут же беру себя в руки. – Будете подписывать или мне позже зайти?

– Настюш, давай поговорим, – предлагает, указав на стул для посетителей. – Но обещай, что не будешь перечить мне и злиться.

– Я не могу ручаться за то, что будет в будущем.

– Боже, дай мне сил! – поднимает глаза к потолку. – Правильно дядя говорил, что связаться с упрямой девушкой – нажить себе проблем на всю жизнь.

– Я не только упрямая, – кривлюсь ему в улыбке. – Но ещё и злопамятная. Поэтому поаккуратнее со словами.

– Буду иметь в виду, – отвечает в тон мне и выдавливает такую же кривую улыбку. Меня дразнит.

Точно запомню! И отомщу!

– Насть, все люди по-своему уникальны. У каждого своя судьба, своя боль, свои мысли и свои цели. Порой цели одного человека не совпадают с целями другого. Ты… ты хочешь отношений, любви, хорошего мужчину, который будет тебя ценить и оберегать. Мои же цели иные. Я не могу дать тебе всего этого, потому что не знаю, что со мной случится завтра. У меня опасная работа. Я рискую почти каждый день. Меня могут убить в следующую минуту.

– А зачем жить будущим? Не легче жить настоящим? – перебиваю его. – Меня тоже могут убить завтра! Зайду в банк, а там ограбление и меня пристрелят! Или же машина собьёт, – пожимаю плечами. – Твои причины отказов мне надуманы.

– Так кажется со стороны, Настя.

– Назар, я сейчас не уговариваю тебя быть со мной. А лишь хочу донести одну мысль, – встаю и подхожу к нему, сев на стол. – Ты прав, будущее нестабильно. Завтра вообще может наступить зомби-апокалипсис, и мы все станем монстрами. Или же начнётся эпидемия какой-нибудь болезни, и мы будем сидеть дома без возможности выйти на улицу. Жить надо настоящим и своими желаниями! В страхе за своё будущее ты можешь упустить жизнь!

– Насть, – шепчет моё имя и приподнимается, нависнув надо мной. – Ты умная девочка. Кое-где слишком умная, но ты не знаешь всего… и слава богу. Моя жизнь не так проста, как ты думаешь.

– Ну да! Ты суперкиллер, который получает деньги на устранение людей за деньги, – шучу, пытаясь поднять ему настроение. – И сейчас у тебя новая опасная цель, которая может засечь тебя и прикончить раньше времени.

– Что?.. – напрягается.

– Когда я тебя увидела первый раз, то именно такую картинку в своей голове нарисовала, – неловко мнусь. – Извини! Глупая шутка…

– А что, если я и правда киллер? – задаёт вопрос, усмехнувшись. – И убиваю людей за деньги. Ты готова быть со мной?

– Ну да, – мотаю головой. – Быть девушкой киллера круто! Ты никогда не станешь его целью, – широко улыбаюсь. – Любовь ко мне победит любовь к деньгам. Ты убьёшь моих заказчиков и…

– И ты пересмотрела фильмов про любовь, – заканчивает за меня, хохотнув.

– Я девушка, – пожимаю плечами. – Мне нравится смотреть, слушать и чувствовать любовь. Мечтать о ней и… получать. Но мне в любимые мужчины достался упёртый сухарь. Баран, который делает мне больно своими действиями и словами.

– За оскорбления и получить можно! – угрожающе предупреждает босс.

– Упрямый осёл…

– Настя, не нарывайся!

– Пафосный индюк!

– Настя! Последнее предупреждение… – рычит, а в глазах горит огонь безумия.

– Бесчувственный робот, – забиваю последний гвоздь в крышку гроба его спокойствия и безразличия. И Назар срывается.

Хватает меня руками за щёки, стиснув скулы, и впивается страстным поцелуем, от которого у меня голова кругом идёт.

– Ещё раз что-то такое выкинешь, и я тебя накажу!

– Дурак… – кидаю, потому что это единственное, что мой отравленный и затуманенный мозг сейчас может выдать.

– Я предупреждал! – рычит Назар, и… я вновь оказываюсь в своём раю, из которого меня могут скоро выкинуть, но ничего с собой поделать не могу! Люблю и всё! Хочу и всё! Моё и точка!

Но происходит неожиданное… Меня оставляют в раю. На день, на два… на неделю… и до Нового года. Одаривают цветами, подарками, целуют в перерывах между подписанием бумаг, водят в кино и… доводят до сладкого и желанного безумия.

***

За пару дней до Нового года решаю, что нужно как можно скорее расправиться со старыми делами и в следующий год вступить только с чем-то новым. И чем-то новым для меня оказывается квартира, а из старых дел – рекомендации Рустама Лапина и его поручительство. Как-никак он тогда согласился мне помочь с ипотекой. Тем более оказалось, что проблем у меня больше, чем у остальных. Ипотеку дают лишь с двадцати одного, а мне… девятнадцать. Скоро двадцать.

Но не успеваю я дойти до кабинета Лапина, как до моих ушей доносится знакомый раздражающий голос, который бесил меня на протяжении всего времени работы в этом клубе.

Виктория Кирилловна – фанатка моего бывшего босса. Сумасшедшая и больная на голову женщина.

– А где эта… Настя? – спрашивает она у кого-то, и я иду на голос, обнаружив ненормальную рядом с Алисой Лапиной. Сводной сестрой Рустама. Но сейчас она его девушка. В общем, запутанная история. – Мегера истеричная? Неужто он её бросил! Боги услышали мои мольбы! Слава богу, теперь он весь мой!

– Эм-м… – тянет Алиса, не понимая ничего.

– Я здесь! – подаю голос, решив спасти будущую жену своего поручителя по ипотеке. – Да, Виктория Кирилловна, я здесь. И всегда буду здесь. Рядом с Рустамчиком.

Опускаю руку на плечо Алисы, показывая, что она не одна. И в случае чего я помогу ей спрятать труп богатой вдовы.

– Какими судьбами в клубе, Виктория Кирилловна? – спрашиваю, нацепив улыбку.

– Я к Рустаму, – как всегда. Ничего нового.

По плану дальше охрана её выводит из клуба, и мы не видим её следующие несколько дней.

– К сожалению, но у Рустама нет с вами дел, – поджимаю губы. – Выход там!

– Да как ты смеешь! Дура! Да он тебя уволит по щелчку моих пальцев, мерзавка! – начинает кричать змеюка престарелая. Всё как всегда, и ничего нового. Скучно даже.

Может… повеселимся?

Уверена, Алиса не будет против.

– Это уже сделала его жена и сын, – заявляю и якобы расстраиваюсь.

– Сын? Жена?.. – глаза нимфоманки округляются.

О да!

Отлично!

Идём дальше!

– Ага! Алиса, – киваю. – Алиса, будьте добры, паспорт, – но заметив, что она сама немного шокирована, беру всё в свои руки. Достаю паспорт из её сумочки и раскрываю перед Викторией. – Лапина Алиса.

– Вот мразь! – вопит стерва в возрасте. – Ненавижу! Я его… а он… Кобель!

– Выход там, Виктория Кирилловна, – указываю ей на дверь и даю сигнал охране, чтобы вывели её как можно скорее. Боюсь, я переборщила. Но зато больше не придёт сюда и Алисе будет спокойствие.

Ну а пока я напомню охране клуба, что впускать в клуб людей из чёрного списка – нельзя! Запрещено! Совсем разленились лодыри!

Надо дать Алисе парочку уроков, как мужчин держать в рукавицах. Тех, которые тебе подчиняются, конечно. А пока пусть практику смотрит.

И со всем своим талантом начинаю отчитывать охрану, то и дело поглядывая на Лапину, которая явно с меня в шоке. Скоро сама такой же будет! Просто стесняется пока.

Закончив с нотациями и руганью, отпускаю охрану и оборачиваюсь к девушке Рустама с милой улыбкой.

– Привет! Извини, что… что так, – приветствую её, виновато опустив взгляд. – Я заехала, чтобы у Рустама характеристику взять. Решила квартиру не снимать, а купить. По возрасту не подхожу, но один банк согласился дать ипотеку, если у меня будет характеристика с места работы и поручитель, – оправдываюсь, чтобы в случае чего не подставить своего друга. Алиса ревнивая. Очень. Лапин не раз говорил об этом. – Рустам согласился помочь со всем этим. И вот я тут. И как видим, вовремя.

– Ага.

– Ты, наверное, не поняла, что только что было? Я объясню, – обещаю. – Может, по кофейку?

– Ты встречаешься с Рустамом? – ошарашивает вопросом.

– Нет. И никогда не встречалась, – улыбаюсь ей и её ревности. – Ну… у нас было кое-что, но не так, как ты думаешь. Пойдём. Это долгая история.

Беру её за руку и веду к свободному столику. Прошу официанта принести мне капучино, а Алисе раф.

О, да, я знаю каждую вещь, которая нравится Алисе. Рустам и раньше о ней без остановки говорил, а сейчас вообще не затыкается, когда мы созваниваемся. А ещё и про Матвея, сына Алисы, мне рассказывает. Например, я знаю обо всех родинках на его теле.

– Я начну с самого начала, можно? Ещё до знакомства с Рустамом? – предлагаю ей.

– Ага!

– Я с детства увлекалась фигурным катанием, – начинаю свой рассказ. – Имела огромные шансы стать мировой звездой в фигурном катании. Меня в своё время и даже совершенно бесплатно хотел взять под своё крыло именитый тренер, заметив мой талант. Я была лучшей. Но спорт – это огромные нагрузки, непрерывные тренировки и постоянные стрессы. Перед последними соревнованиями тренер гонял меня, как не знаю, кого! Мы были обе уверены в моей победе. Но не мои родители. Те заставляли меня тренироваться ещё и сверхурочно. В общем… из-за перенапряжения и усталости я сделала огромную ошибку. Не выполнила верно элемент. В итоге… – кривлюсь. – Травма бедра и долгая реабилитация. Мне был закрыт путь в большой спорт. Если только на таблетках. Дабы угодить родителям, которые во мне разочаровались, я пила сильнейшее обезболивающее и выступала. Не так высоко, как раньше, но… этого хватало, чтобы поддерживать имя и получать новые рекламные предложения. И всё же… я провалила всё… потеряла имя и деньги, которые получали родители.

– Ты? – перебивает меня Лапина. – По мне, так это твои родители сделали с тобой это. И не спорь! Если тренер давал тебе отдых, то тебе нужен был отдых. А ты пахала. Из-за родителей.

– Уже не так важно, – печально ухмыляюсь. – Я долго была на таблетках, и в итоге… я нажила себе огромные проблемы по женской части. Я… Я не могу иметь детей. Шанс есть, но он настолько ничтожен, что даже надеяться не стоит. А ещё… возможно, это последствия таблеток, а может и физиологическая особенность, но мой организм убивает меня болью, если у меня нет близости с мужчиной.

– Так бывает? – с сомнением уточняет.

– Поверь, я сама раньше не думала, что так бывает. Но, к сожалению, это так… – отпиваю капучино и пожимаю плечами. – Мне нужно было прекратить пить таблетки, чтобы восстановить себя и возможность забеременеть когда-то. Но без обезболивающего я не могла выступать, да и жить нормально тоже. И я выбрала себя. Разочаровавшись во мне, родители решили себе новую звезду сделать. Мою младшую сестру. А из меня слепить… в общем, подложить под одного спонсора, чтобы через него сестре дорогу к славе проложить. Я взбунтовалась. Ушла из дома. Денег не было, и подруга предложила устроиться сюда танцевать. Не очень благородная работа, но а что я могла сделать? Никуда больше не брали, – рассказываю я ей историю своей жизни. Но не чтобы жалость вызвать, а чтобы она поняла, что Рустам помогал мне… не губить моё здоровье. И сохранял мне шанс когда-нибудь родить.

Назару.

Сына или дочь…

– Понимаю.

– А через неделю, после того как устроилась танцовщицей, я познакомилась с Рустамом. Он с делами не справлялся, и я решила помочь вне своего рабочего времени. Помогла, потому что мне всегда нравилось что-то организовывать, строить планы, назначать деловые встречи. Потом Лапин предложил мне должность своего помощника. И слава богу! Я… Я не могла танцевать на публике. После того падения страх выступлений появился. Так я стала помощницей твоего брата, а потом его псевдодевушкой.

– Карьерный рост, так сказать.

– Если бы, – хмыкаю. – Недолго я бунтовала. Родители попали в аварию, и мне пришлось вернуться домой, чтобы с сестрой быть. Так и осталась с ними по сей день. Свои боли по женской части унимала таблетками, хоть и понимала, чем мне это грозит. Родители давили, чтобы я с тем спонсором… сблизилась. А я так не могу! Психовала. Из-за этого приступы чаще возникали. В один из приступов меня Рустам и застал. Как раз в клубе всё это случилось. Не выдержала я всего этого. Расплакалась и всё ему вывалила. Хотя мы даже не были близки. Просто начальник и его помощница. Общение сугубо деловое. Пару раз он меня ловил в мои ужасные моменты, ну… и Рустам предложил помочь. Разок. Второй. А потом мы дали нашей помощи кодовое название – «близость по дружбе». Чётко по вторникам, в одно и то же время.

Не буду вдаваться в подробности, как мне было стыдно в первые разы. И как долго я отвергала помощь, потому что… ну неправильно это. Как Рустам первые разы сомневался в своих действиях. Нам было неловко.

Но приступы были всё сильнее и сильнее, и я не выдержала. Согласилась.

А затем это перестало иметь какое-то важное значение.

– Я отказалась от таблеток, и, возможно, это даст мне шанс когда-нибудь родить ребёнка, – тем временем продолжаю рассказывать Алисе. – Между нами с Рустамом была просто лечебная близость, и всё. Никто из нас к этому серьёзно не относился. Просто… как таблетку выпить. В один из дней, когда родители на меня вновь давили, я выпалила, что у меня есть мужчина. Рустам Лапин. Они злились, а потом узнали о том, кто его мать. Дана Лапина – спонсор многих благотворительных проектов. Спортивных и не только. Я попросила Рустама один раз подтвердить, и… родители перестали искать того, под кого меня подложить. Вся эта чепуха в социальных сетях была для моих родителей. Рустам и здесь помогал. И я очень ему благодарна! Была и буду!

– То есть… вы не…

– Нет. Он любит тебя, – говорю и явно не Америку ей открываю, если они встречаются.

– Что?! – удивляется.

Кажется, всё-таки Америку открываю.

– Знаешь, сколько раз он меня Алисой называл? Знаешь? – начинаю хохотать, вспоминая. – Да я о том, что ты любишь, знаю больше, чем о том, что люблю я. Поверь… порой меня от твоего имени так тошнило, что я могла сорваться и наорать на твоего брата.

– А эта… женщина? – спрашивает Алиса. – Она сказала, что он её мужчина.

– Это Виктория Кирилловна. Там вообще история один смех. Ей пятьдесят восемь. После смерти своего состоятельного супруга женщина пошла вразнос. Кроме покойного мужа, у неё был двадцать один муж. С каждым годом всё моложе и моложе. Год назад её взгляд пал на Рустама. Она его личный сталкер. Преследует и преследует. И при этом он даже никогда с ней не спал. Он её всегда отталкивал тем, что у него будто бы я есть. И он со мной любовь крутит. Что только она не выкидывала! Мы с Рустамом порой несколько суток смех не могли унять, – вовсю смеюсь. – Видимо, кто-то ей сказал, что меня с ним рядом долго нет, и она решила, что мы расстались. Но ничего! Теперь у него жена! Круто, что у вас фамилия одна и та же!

– А она меня не убьёт? – со страхом в голосе спрашивает.

– Риск есть, но не думаю, что Рустам тебя в обиду даст. И смотри, Алис, Рустам с тобой, и ты не должна молчать. Если нужно – посылай всяких женщин в лесок дрова рубить. Да, у Лапина их было немного, но он верен своей девушке и женщине. Даже мне был верен, хотя мы не встречались. А тебе тем более будет предан.

– Почему он мне этого не рассказывал? Про ваши отношения? – резонно интересуется, но ответ на её вопрос лежит на поверхности.

– А ты ревновала его ко мне?

– Ага!

– Ну вот и ответ. Рустам любит нервировать людей. Разве ты этого не знаешь?

– А ты его не любила?

– Ну как друга скорее, – отвечаю недолго думая. – Как мужчину совсем немного. А вообще… я Назара люблю! Очень, – признаюсь ей, чтобы показать, что между мной и Рустамом точно ничего не будет больше.

– Назара?! – шокировано округляет глаза.

– Да. С первого взгляда. Мы сейчас встречаемся! – радостно делюсь своим маленьким счастьем. – Он такой… – закусываю губу, когда он предстаёт перед моими глазами. – Классный. И опасный.

– О боже! Ну, наконец! А то я уже начала думать, что у него ориентация не та!

– Та! Поверь, ещё какая та! – восклицаю, чувствуя, как сердце начинает биться сильнее. – Кайфовая ориентация у меня с ним.

После немного еще болтает с Лапиной и обсуждаем план по которому она будет мстить Рустаму. Коварная женщина, однако!

И слава богу, что я больше не ее враг, а… а новая подруга.

У меня никогда не было подруг и я вообще не представляла, как люди их заводят, а оказалось… когда вместе мстят, то люди сближаются…

Надеюсь, что наша дружба не временная и у меня будет еще один близкий человечек, помимо Рустама и Назара.