Глава 21

Мы доезжаем до моей квартиры, где жили с Викой. Злость распирает всё внутри, хочу придушить эту сучку. Что это ещё за игры такие? Полина волком смотрит и сопротивляется подняться со мной наверх, но для меня важно, чтобы она поднялась. Хочу, чтобы сама убедилась, что я ей не соврал, чтобы дальше не отталкивала и не выделывалась со мной. А пока она собственными глазами не увидит и своими ушами не услышит, можно забыть о её возможном расположении ко мне. – Зачем всё это? Чего ты добиваешься? Меня не касается твоя личная жизнь, не впутывай меня и ребёнка в свои разборки! – Не ворчи и спокойно продолжай перебирать своими аппетитными ножками. – Не разговаривай со мной так! – А мне так нравится. – А мне нет. – Привыкнешь значит! – Соколов, ты… ты… – Полина явно негодует, готов поспорить, она готова лопнуть от возмущения, но я не даю ей опомниться, беру за руку и, игнорируя её попытки выдернуть руку, веду за собой в квартиру. – Да, да, да. Я охренел, можешь думать обо мне всё, что твоей душеньке угодно, если тебе так легче принять ситуацию. Завожу её за собой и ищу глазами Вику, этой стервы на первый взгляд нигде не видно, а после слышу топот со стороны кухни. Выходит Вика с широкой улыбкой на лице, вот только она гаснет сразу, когда замечает за моей спиной Полину. – Что ты тут делаешь? Я разве тебе не сказал не попадаться мне больше на глаза? – Привет, а я тут приготовила твой любимый пирог, и ещё у нас гости… Вика не успевает договорить, как из кухни выходит сначала моя мама, а следом и мать Вики. Все втроём нарядные, будто у нас тут праздник. – Не понял. Мама сначала выходит радостная и готовая наброситься на меня с объятиями, как всегда, но когда видит, что я не один, с её лица тоже сходит весь настрой и позитив. На глазах меняется и в её взгляде появляется презрение. Я и раньше всё это замечал, пытался сгладить острые углы между двумя дорогими моему сердцу женщинами, но всё же не справился. Понял и принял своё поражение слишком поздно. Но в этот раз всё будет по-другому. – Сынок, что происходит? Почему она здесь? Полина тоже отвечает с вызовом на взгляд матери и пытается вырвать руку, но я торможу. Переплетаю наши пальцы и ещё сильнее притягиваю её к себе. – Димочка, что происходит? – непонимающе смотрит мать Вики на наши соединённые с Полей руки. – Юлия Михайловна, прошу прощения, но этот вопрос здесь буду задавать только я. Могу я узнать, что здесь происходит?! Что вы все здесь забыли у меня? Мать Вики сразу замолкает и переводит взгляд на мою мать, определённо посылая ей сигналы, чтобы та всё же вынудила меня как минимум успокоиться, потому как я очень даже агрессивно настроен. Вести диалог ещё и с матерью Вики совсем не готов, как бы я к ней ранее нейтрально не относился. Честно говоря, меня сейчас все бесят, даже моя мать. Какого чёрта она принялась играть в их игры?! Почему для неё на первом месте не я и моё слово? Решаю, что этот каламбур не стоит моего и Полининого времени, поэтому помогаю им ускориться. – Не могу сказать, что ваш сбор даже и к лучшему, но раз вы все здесь собрались, повторю один раз то, что ранее говорил уже Вике, и после вы все дружненько покинете мою квартиру. Вика же наконец вернёт мне ключи от моей квартиры, и не станет провоцировать меня на меры, после которых будет плохо только ей одной. Мать приходит в себя и быстро заступается за мою несостоявшуюся невесту. – Дима, тебе не кажется, что ты перегибаешь палку?! Согласна, Вика на эмоциях совершила ошибку, о которой уже тысячу раз пожалела, но разве это повод срывать свадьбу и отказываться от невесты? Все мы люди, и все мы ошибаемся, поэтому мы с Юлией Михайловной сюда и приехали, чтобы помирить вас. Вам нужен второй шанс, не стоит рубить с плеча, ведь ничего страшного же не случилось в конце-то концов. Дети, ну что же вы творите-то?! Разве так можно? – Мама! – предупредительным тоном обращаюсь к ней. – Если ты сейчас серьёзно всё это сказала, то я в тебе разочарован. Спрошу тебя один раз! Ты моя мать или её? – киваю на Вику. – Сынок, ну что за глупости? Конечно же твоя! – тут же спохватывается она. – Значит, ты должна быть рядом со мной и защищать моего ребёнка, на минуточку, твоего внука, от нападок и угроз, вне зависимости от того, от кого и чего исходит угроза. Если ты считаешь по-другому, то… – Сынок, не горячись и не разбрасывайся громкими словами, сам же потом будешь жалеть. Я просто хотела всем добра, ну что ты так завёлся, ты же меня знаешь. Всё, что я делаю, это всё только ради тебя и твоего блага. Мать подходит и пытается оправдаться, старается обнять, но я впервые на неё очень зол. Даже в ответ не обнимаю. Она понимает, что перегнула палку, поэтому сейчас старается всеми способами замять конфликт. – Дим, – Полина тянет руку. Обернувшись вижу, что она морщится. – Ты делаешь мне больно. Разжимаю руку и быстро подношу к губам, целую её нежную ручку и плевать на всех остальных. – Прости, я не хотел. – Расцеловываю руку, пытаясь забрать её боль. – Ну всё, хватит. Дим, смотрят же… Полина не смотрит на меня даже, её взгляд прикован к остальным женщинам, которые чуть ли не готовы её испепелить прямо здесь. Вика всхлипывает и обижено смотрит на меня. Юлия Михайловна старается успокоить дочь. А моя мама вынуждена молчать, просто стоит и наблюдает за происходящим. Решаю, что пора поставить все точки над “i”. – Мы с Полиной решили дать нашим отношениям второй шанс, ведь как известно у нас в скором времени будет ребёнок. Надеюсь, теперь для всех всё ясно, и никто из вас не попытается влезть и испортить наши отношения с Полиной. А теперь, будьте добры, покиньте мою квартиру. – Мама, пошли, я не хочу это всё больше терпеть, – Вика делает из себя потерпевшую, воет и выбегает первая. – Я это так не оставлю, Дима. Ты, значит, попользовался моей дочерью, а теперь как на горизонте высветилась твоя бывшая, мою дочку, как ненужную вещь, сразу за борт?! Не на ту напал, я это так не оставлю! – Умоляю, Юлия Михайловна, не опускайтесь так низко. Вам не к лицу. – Это кто ещё из нас низко пал?! Менять мою шикарную дочку на эту простушку! Да у неё ни внешности, ни статуса, ни одежды даже нормальной нет! Только твой ребёнок в её животе, и то, неизвестно, насколько долго он там задержится! – Закрой-те рот! Не знаю как я так быстро оказался рядом с ней, но её спасла от меня моя мать, которая вовремя встала между нами. Иначе, клянусь богом, я не ведал уже, что творю, готов был схватить её за шею и начать душить. – Сыночек, сыночек, она уже уходит. Прошу, вы все на взводе, давайте просто успокоимся… Юлия Михайловна, пойдём, дорогая, я тебя провожу. Мать уводит эту смертницу, а меня не отпускают всё никак её слова. Всё внутри кипит и бушует. Так перенервничал, что руки мелко дрожат. – Я… мне, наверное, лучше уйти. У тебя тяжелый день был, поговорим позже. Поля неловко перебирает ногами, теребит ремешок сумки. Немного потерянная, не знает, что делать и как себя вести. – Ты, кажется, не поняла. Я сказал, что хочу второй шанс. Ты не готова сейчас нам дать его, но я готов ждать. Но и у меня будет условие. Ты должна переехать ко мне. Будешь жить под мои присмотром. И тебе, и мне так будет спокойнее. Глаза Полины бегают по дверям квартиры, будто точно зная, где моя спальня, останавливается там. Закусывает губы и неохотно говорит. – Я не смогу жить в квартире, где ты проводил время с другой. Я быстро догоняю, о чём идёт речь. Киваю и сразу соглашаюсь с ней. – Да, конечно. У меня не было намерений унизить тебя. Купим другую квартиру, если хочешь, а пока можем пожить в моём загородном доме. Там, кроме меня, никого не было. Согласна? – Да… Хорошо.