Глава 11

— М-м-м, как пахнет! — раздалось неожиданно над ухом, пока я, задумавшись, колдовала над тушеным мясом с овощами.

— Проснулся? Как себя чувствуешь? — обернулась, вздрогнув.

— Я проспал весь день. Это какой-то трэш! Не помню за собой такого. Что готовишь?

С истинно мужским любопытством Артур начал открывать крышки, заглядывая в кастрюли.

— Что умею, то и готовлю, — буркнула недовольно, вспомнив, как в течение часа перелопатила кучу кулинарных сайтов в поисках чего-то особенного.

Не хотелось ударить лицом в грязь, представляя, насколько может быть избалованным наш больной.

После разозлилась, потому что либо нужных продуктов не хватало, либо уверенности, что справлюсь.

Была мысль заказать из ресторана. Но постоянно выезжать так тоже не получится.

Поэтому плюнула и решила не мудрить. Пусть привыкает есть, что дают!

— Я уж лет пять как не пробовал домашней стряпни, — втянул носом аромат от булькающего гуляша.

— Чем же ты питался, позволь спросить?

— Думаешь, помню? Еда из ресторанов, корпоративные обеды. Я даже и не заморачивался по этому поводу. Нет, дома была домработница, но и она готовила, высчитывая калории, какую-то здоровую бурду. Все овощное, обезжиренное. Я как-то пару раз пробовал перекусить подобным и понял, что долго не протяну на таком корме. А сейчас вот понял, насколько соскучился по простому, человеческому, домашнему обеду.

— Ужину. Ты время видел? — кивнула на настенные часы. — К тому же ты еще не пробовал. Может, и не настолько соскучился.

— С твоих рук съем даже яд.

Понизив голос, Артур легонько прошелся губами по коже за ушком, щекоча дыханием.

— Вот и зря! Накормлю ведь однажды, если выведешь! — увернулась я.

Отошла в сторону, открыв холодильник, и бездумно начала разглядывать полки.

Продукты я закупила на неделю вперед. Расфасовала и распихала по полкам. Но сейчас мне тупо нужно было сделать вид, будто занята.

Я всячески избегала прикосновений мужчины, его намеки, ухаживания. Во мне боролись два чувства: одно кричало о неправильности происходящего, о том, что я для него игрушка, разовое развлечение женатого человека. Приятный бонус при сложных жизненных обстоятельствах. Он поиграет и бросит. В жизни не бывает сказок. Не возвращаются и не ищут прекрасные принцы своих золушек после жаркого бала.

Другое нашептывало о том, что жить нужно сегодня и сейчас. Я родилась не во времена жестких условностей, когда после близости с мужчиной до брака девушка считалась испорченной и опозоренной. Скорее уж моя невинность в таком возрасте сейчас смахивала на позор.

Меня тянуло к Артуру, магнитило со страшной силой. В его руках я плавилась, подобно горящей свече. Ощущала себя настолько женственной, желанной, что отходили на второй план все мои страхи. С ним я порой против воли растворялась в потоке незнакомых, волнующих и таких сладких ощущений.

И стоило ли противиться его напору, если подобного, кроме как с ним, я никогда не ощущала?

— Злата? — позвал он, и я поняла, что на время выпала из реальности.

— Я зелень ищу, — ляпнула первое, что пришло в голову, хватая пучок укропа.

— Ты стала избегать меня, — спокойно вывел Артур.

— Это нормальное поведение.

— И то, что от прикосновений мужчины у тебя случаются истерики, — это тоже нормально?

— Да, вполне! — огрызнулась, хлопая дверью холодильника. — У меня не было близости. Она меня пугает. Что в этом необычного?

— Не было близости, — эхом повторил он, переваривая информацию, словно услышал ее в первый раз. — Тебя пытались изнасиловать? В клубе? Это там произошло?

— Я не работаю в клубе так долго! — выпалила обиженно, слишком поздно сообразив, что невольно подтвердила его догадку насчет изнасилования. — Блин, у меня мясо сгорит!

Дернулась к плите, бросив на столешницу зелень.

Не его дело — копаться в моих подсознательных страхах. Если бы я не засветилась рядом с ним настолько, что меня теперь ищут непонятные личности неизвестно для чего, ноги моей бы здесь сейчас не было.

Один неосторожный взгляд в сторону Артура, и я понимаю, что обманываю сама себя.

Что его руки, его губы уже оставили невидимые ожоги на моем теле, заклеймили нежностью и пороком. Опутали паутиной из желанных прикосновений, и теперь вряд ли, даже если сильно захочу, я смогу вырваться из его аркана.

А легкая усмешка, исказившая красивый изгиб его губ, сейчас как прямое доказательство того, что он слышит мои мысли. Чувствует мой эмоциональный фон.

— Блин! Блин! Блин! — затрясла рукой после того, как схватилась нечаянно ладонью за раскаленную сковороду.

— Под холодную воду, — вскочил Артур, увидев, что произошло, — быстро. В холодильнике есть лед?

— Нет. Он с системой ноу-фрост. А продукты еще не успели заморозиться.

Я продолжала стоять и дуть на обожженную ладошку, когда мужчина толкнул меня к мойке, открыл кран, схватил за руку и сунул ее под воду. Прижав своим телом сзади.

Я растерялась от неожиданности.

И от его заботы.

От реакции, последовавшей быстрее, чем моя.

Но больше всего оттого, что сейчас он стоял, прижавшись пахом к моей попе, и вдавливал в дверку посудомоечной машины, держа за руку. Да и вообще блокировал все мои возражения.

Его пьянящая и пугающая близость одномоментно вскипятила кровь в венах, переключая все мое внимание с ноющей руки на его прикосновения.

Холодная вода журчала где-то на периферии сознания, отдаваясь фоном и окутывая обожженную кожу, успокаивая боль, пока я пыталась справиться с нахлынувшим волнением.

Повернула голову, чтобы сказать спасибо. Но не успела издать и звука, даже выдохнуть, как Артур запечатал мне рот жестким поцелуем.

Это было… неожиданно.

Сладко.

Головокружительно.

Почва ушла из-под ног, и мир завертелся вокруг нас со страшной скоростью, лишая связи с реальностью.

Колени подогнулись.

Если бы не крепкое тело Артура, которым я была прижата к опоре, точно рухнула бы вниз. К его ногам.

Он больно прикусил губу, напирая сильнее. Схватил волосы, стянув их у затылка, фиксируя мне голову, чтобы не смела увернуться.

Бедро почувствовало твердую внушительную выпуклость, выросшую под брюками за считаные мгновения.

Я вздрогнула, распахнув глаза. Разорвала поцелуй.

Но полностью отстраниться мужчина не дал. Прижался лбом к моему лбу и прохрипел:

— Как же я хочу тебя, девочка! Если бы ты только знала… Даже в таком состоянии!

Тяжело дыша, глядя затуманенными глазами, он больше не принуждал. Не давил и не лез снова, но и отпустить отказывался.

Просто гипнотизировал, лишая воли. Умоляя подчиниться.

Довериться.

Открыться.

Я выдохнула, понимая, что действую нечестно, но другого выбора не было.

— Твою ж!.. — дернулся Артур, прикрыв веки и сжав губы в тонкую полоску, когда я, сделав вид, что нечаянно, вцепилась пальцами в раненое плечо.

— Прости! — выдавила без сожаления.

Отступила.

Вывернувшись, проскользнула между ним и мойкой, возвращаясь к плите.

Подальше от него.

На безопасное расстояние.

А попросту говоря, трусливо сбежав.

Мясо уже вовсю шкворчало на сковороде, намекая, что готово, источая аппетитный аромат и хоть немного заставляя отвлечься.

Так! Успокоиться, взять себя в руки и дышать!

Просто дышать.

А еще лучше — помнить, что Артур — чужой мужчина.

Женатый!

Но почему-то именно сейчас это не действовало.

И тело, словно взбесившись, требовало бОльшую дозу этого безумия.

Меня, подобно наркоману, тянуло за новой порцией прикосновений мужских рук, губ, тела. Продолжения, которое должно было последовать за всем этим!

Черт, да я хотела Артура ничуть не меньше, чем он меня! Еще немного, и сама начну умолять его взять меня.

— Ужин почти готов. Можешь садиться, — стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал, пригласила за стол.

— Ты придешь ко мне ночью? — едва слышно донеслось с его стороны.

Оказывается, можно взорвать фейерверк ощущений внутри человека, даже не прикасаясь. Задыхаться от фантомных ласк, сгорать и плавиться, подобно воску, от одних только вибраций в его голосе!

Он не сказал ничего особенного, кроме банального "хочу", которое я слышала десятками в клубе во время выступлений, но ни одна такая хотелка не задевала меня, не запускала фантазию работать на полную катушку, практически отключив тормоза.

А вот у Артура получилось.

Я молча переставляла с места на место пустые тарелки, накрывая на стол, и желала только одного: чтобы он прекратил говорить таким тягучим пьянящим тоном, перестал впрыскивать мне под кожу, обжигая нервные окончания, свои порочные мысли и желания!!!

Мурашки бегали под кожей, запуская будоражащие импульсы по телу. В груди гулял пожар, а низ живота скручивало непонятными, сладко-предвкушающими спазмами. Обещая что-то запредельное, манящее и такое запретное!

— Нет! — тряхнула головой, скидывая наваждение.

Вернее, попыталась это сделать.

— Я не трону тебя. Обещаю. Пальцем не прикоснусь! Все будет так, как сама захочешь.

— Я тебе не верю.

— Почему? Когда я успел потерять твое доверие? — Он тоже дышал через раз, вцепившись рукой в край стола до побелевших костяшек.

— Я просто знаю, что бывает в таких случаях! Проходила!

— Значит, я все-таки прав и какая-то мразь встретилась на твоем пути?

— Прекрати, Артур! Пожалуйста!

Он снова сократил между нами расстояние до минимума, надвигаясь как коршун.

— Ты бежишь сама от себя, — покачал он головой, но остановился и как будто сбросил градус напряжения. — Что он тебе сделал? Бил? Принуждал? Оскорблял?

— Я сама виновата. Я поверила, — вырвалось неосознанно.

— Кто тебе это сказал?

Мне так живо и красочно вспомнились оскорбления матери, когда в тот роковой день я вернулась домой под утро. Вспомнила, как закрывалась руками, когда мать лупила меня мокрой тряпкой по спине, голове, плечам. Как она таскала за волосы со словами, что воспитала малолетнюю шалаву. А после того, как немного успокоилась, я рассказала, что же на самом деле произошло со мной. И вместо поддержки и утешения получила длинную лекцию о том, что я сама виновата. Что нельзя быть настолько дурой и верить словам, нельзя давать повод мужчинам. Это обязательно будет неправильно понято.

Она убеждала меня в том, что вся вина лежит полностью на мне и даже не поинтересовалась, как звали того парня. А немного позже я и сама начала верить, что мама права.

— Сережа! Ужинать! — крикнула брату и прямо посмотрела на Артура. — Жизнь доказала.

Он покачал головой, прикусывая губу, давая понять, что не согласен со мной, но спорить дальше не стал потому, что в кухню вихрем влетел младший брат. А подобные разговоры не для его ушей.

Мужчина за прошедший день успел подружиться с ребенком, и сейчас последний, увидев, что Артур проснулся, завалил его кучей вопросов.

Меня немного стало отпускать. Мысли потекли в другом направлении, и постепенно я успокоилась.

Сережа с удовольствием уплетал за обе щеки ужин, озорничая и иногда воруя кусочки мяса с тарелки мужчины. Последний весело подмигивал, подыгрывая ему.

Брат не воспринимал Артура как дядю. Скорее, как старшего товарища, с кем можно и пошутить, и, не боясь, идти в разведку. А меня начинала напрягать способность мужчины так быстро находить общий язык с людьми. Располагать к себе, буквально, влезая в доверие.

Он уйдет. Рано или поздно Артур поправится и вернется в свой мир лоска, богем и больших денег. А мы останемся здесь.

— Поел? Тарелку за собой вымой. А потом купаться и зубы чистить.

— Спать еще рано! — возмутился брат.

— Потом забудешь.

— Делай, что говорит сестра, и жди меня в комнате. У нас еще недоигранная партия шашек с утра.

— А в шахматы ты научишь меня играть? — загорелись глаза ребенка.

— Не только научу, но и покажу пару крутых приемов. Но только после того, как закончишь с делами. Так что вперед! И не халтурить. Проверю!

Сережа с энтузиазмом бросился выполнять объявленные поручения.

— Быстро вы подружились. У тебя ведь нет своих детей? А общий язык умеешь находить.

— У тебя парнишка смышленый, он сам идет на контакт, — пристально взглянув мне в глаза, ответил Артур, не договорив основную мысль. Но и так стало ясно, что камень был брошен в мой огород. — Спасибо за ужин. Очень вкусно. Я давно ничего подобного не ел.

— Не за что, — отвернулась, убирая со стола.

Артур тоже встал и начал помогать одной рукой, как мог.

— Не надо, я сама. Сейчас закончу на кухне и приду к тебе, нужно перевязать плечо по новой.

— Хорошо, — согласился он, встав у меня за спиной, и прошептал тише, добавив хрипотцы в голосе: — Я буду ждать.